Исход
Шрифт:
— Туда, туда! — крикнула Лена, пытаясь через выбитое окно разглядеть небо над ними. — А потом направо, и в парк, там как-нибудь проедем! Только немного забирай влево, потому что правее есть Олений пруд, я про него забыла!
— Вспоминай все, Леночка! — от души посоветовал ей Максим, объезжая два столкнувшихся автобуса. — Не время для забывчивости!
Облака уходили на юг, и, еще не въехав на территорию парка, он увидел сухой асфальт. Выходит, вечерняя гроза и тут прошла стороной. Это обнадеживало, и Максим, аккуратно преодолев бордюр, повел «тойоту» по парковым дорожкам и просто по лужайкам, благо земля здесь оставалась
— Там, впереди по курсу, тоже большой пруд, — поджав губы, сообщила Лена. — Никогда не думала, что их так много… Но нам не нужно прямо, сверни на Первомайскую, направо. Должны проскочить.
Она выставила автомат в окно. Когда Максим поворачивал, мутантов еще не было видно — наверное, не успели выбраться из воды. А может быть, кто-то другой отвлек их с севера или запада? У Максима не было ни времени, ни желания об этом думать. «Тойота» помчалась по Первомайской улице, и указатели сообщали об отходящих вправо Парковых улицах: Первая, Вторая…
— Негусто было с фантазией у планировщиков! — прокомментировал эти названия Толик. — И сколько же их всего?
— Много! — отрезала Лена. — После Четвертой Парковой притормаживай и уходи вправо на Пятую. Дальше я покажу.
Спустя пять минут они остановились возле обгорелой кирпичной коробки с черными провалами окон — это было все, что осталось от дома родителей Лены. Она открыла было дверь, но передумала и опять захлопнула.
— Церковь! Мама говорила, что пойдет к церкви, искать этого Нового Иеремию. Давайте проедем дворами, это совсем рядом. Ой, и гаражи все сгорели… Папа там постоянно сидел с мужиками, мама ругалась.
— Только не реви! — приказал Максим. — Ты сама хотела это увидеть. А вот, кстати, и церковь…
Сперва они увидели ее лишь на миг, между домами, но и этого было достаточно, чтобы понять: и здесь огонь не пощадил никого. Скосив глаза на датчик, Максим убедился, что бензина пока достаточно, и остановился, не глуша мотор, возле ограды. Церковь все еще немного дымилась — видимо, форма здания способствовала тяге.
— И что же теперь делать? — растерянно спросила Лена. — Как я узнаю, что случилось с родителями?
— А как я узнаю, что случилось с моими? — Толик хмыкнул. — Они в поезде были, к друзьям в Казань ехали. Что ж я, потащу вас вдоль железной дороги? Извини, Леночка, но теперь нам о себе пора подумать. Думаю, первым делом за МКАД надо уходить, а потом попробуем прорваться на юг, в Кубань или хоть в Ростовскую область. Ночевать можно в лесу, мутантам там делать нечего.
— Ты не заметил, сколько в парке деревьев с обглоданной снизу корой? — спросил его Максим, барабаня пальцами по рулю. — И ближе к границам парка их больше. Мутанты жрут все, и в безопасности мы не будем нигде. Может быть, лучше попробовать пристать к этим летчикам? Поехать в Жуковский, найти их базу. А дальше видно будет.
Толик собирался что-то возразить, но Лена прижала ладонь к его губам.
— Тихо! Заглуши мотор, Макс, на минутку!
Он открыла дверь и прислушалась. В наступившей тишине и Максим различил рычание мутанта
— Кажется, это все смочено бензином. Кто-то неплохую линию обороны организовал. А еще немного пахнет жареным мясом… Слюнки текут, а предчувствие нехорошее.
Слева послышался негромкий разговор, будто кто-то лениво переругивался. Максим заглушил двигатель, приоткрыл дверь и взялся за автомат, так же поступили и его друзья. Минуту спустя из-за врезавшегося в стену грузовика показались четыре немолодые дамы, с трудом катившие велосипед, к которому был привязан голый мутант. Дамы были вооружены палками, вроде от швабр, к которым были прикреплены у кого тяпка, явно заостренная, а у кого и цепь с гирькой. Парни переглянулись.
— Бог в помощь, хозяюшки! — подал голос Толик, потому что секундой позже женщины все равно бы их заметили. — Пошто животинку тираните?
— Твое-то какое дело? — Крупная, коротко стриженная дама в спортивных штанах и мужском свитере хищно прищурилась. — Вам что тут надо?
— Мама! — воскликнула Лена, и маленькая седая женщина в очках уронила свое оружие. — Мама, это я!
Дочь кинулась к матери, и они обнялись. Мама Лены оказалась невысокой и худощавой пожилой дамой. Она и правда сильно удивилась, но в отличие от разрыдавшейся дочери не проронила ни слезинки. Остальные женщины, придерживая велосипед с трупом, продолжали с подозрением разглядывать нежданных гостей.
— Ну, хватит, Елена, хватит! — сказала, наконец, мать, вырываясь. — У меня все же дела есть. Кто это с тобой?
— Это мои друзья, — пробормотала Лена, всхлипывая. — А что с папой?
— Отмучился! — Мать перекрестилась. — И хватит об этом. А ты неплохо устроилась, я вижу? Машина, оружие, два мужика охраняют! Еще бы маникюр сделала и накрасилась. Ладно уж… Хорошо, что приехала. А я думала, что не дождусь. Отдай мне автомат и идем. Я представлю тебя Иеремии.
Имя «пророка» ударило Максима, словно электроток. Неужели это правда: в Москве живет сумасшедший, проповедующий зверство и каннибализм? И его секта слушается своего «пророка»? С трупа мутанта капала кровь, Максим только теперь заметил перебитые суставы, связанные проволокой руки и ноги, порезы… Да они выпускали ему кровь! Живому или уже убитому?
— Не хотел бы я такую тещу, — прошептал Толик. — И не надо бы Ленке ей автомат отдавать…
Он сделал шаг вперед, намереваясь сам взять оружие, но Лена уже протянула автомат матери. Нина Андреевна, как звали эту даму, неумело приняла его и тут же передала коротко стриженной. Потом, поправив очки, она посмотрела на парней.