Исход
Шрифт:
И все же даже в этих невыносимо трудных условиях евреи переправляли в страну иммигрантов и строили для них новые села. На участке, где намечалось новое поселение, рано утром собиралось несколько сот строителей и жителей соседних сел. Первым делом они сооружали башню, устанавливали генератор и мощные прожекторы, а затем огораживали небольшой участок вокруг башни. К вечеру работа заканчивалась, соседи расходились по домам, а новые иммигранты под прикрытием небольшого отряда Хаганы располагались на ночь в огороженном месте.
Ари Бен Канаан, которому едва минуло двадцать, стал специалистом по созданию
Новоселы осваивали свой участок постепенно. Мало-помалу они строили дома, и вскоре на новых местах возникали деревни. Если это был кибуц, то первым делом строили дом для детей. Он всегда находился в центре участка, чтобы при нападении банде было трудно добраться до него.
Авидан говорил, что в этих поселениях воплощается библейский рассказ о воссоздании Иерусалима с лопатой в одной руке и копьем — в другой. В книге Неемии говорится: «…половина молодых людей у меня занималась работою, а другая половина их держала копья…» 7 . Так и они — обрабатывали землю и строили дома; каждого землепашца или плотника охранял человек с винтовкой.
Арабы действовали до того открыто, что англичанам стало невозможно сидеть сложа руки. Хадж Эмин и Кавуки превращали их в посмешище, и законная власть наконец-то решилась действовать. Англичане разогнали Высший арабский совет и выдали ордер на арест Хадж Эмина. Муфтий скрылся от английской полиции в мечети Омара. Англичане долго колебались, но так и не решились ворваться в мечеть, опасаясь гнева мусульман. Хадж Эмин скрывался в мечети около недели, затем, переодевшись женщиной, сбежал в Яффу, а оттуда морем в Ливан.
7
Неем. 4, 16.
Когда стало известно, что иерусалимский муфтий бежал из Палестины, вся страна, и прежде всего сами арабы облегченно вздохнули. Беспорядки и погромы прекратились, а в Палестину пожаловали новые британские следственные комиссии.
Арабы бойкотировали следствие, лишь иногда посылая своих представителей читать по шпаргалке заранее подготовленные речи. Хотя Хадж Эмин и унес ноги, клика эль-Хусейни по-прежнему сохраняла влияние. Перед следственной комиссией арабы все увеличивали свои претензии к евреям, которые платили восемьдесят процентов суммы налогов страны, хотя их было гораздо меньше, чем арабов.
Наконец, изучив в очередной раз ситуацию в стране англичане выдвинули новое предложение: разделить Палестину на два государства. Арабы должны получить большую часть территории страны, а евреи — узкую полосу вдоль побережья от Тель-Авива до Хайфы и часть Галилеи, которую они освоили.
Национальный еврейский совет, всемирная сионистская организация и все палестинские евреи устали от арабского фанатизма
Англичане пытались растолковать арабам, что самое благоразумное — это согласиться, так как территория, которую предлагают выделить евреям, не сможет принять много иммигрантов. Арабы, однако, требовали, чтобы евреев выбросили в море. Хадж Эмин эль-Хусейни, находившийся тем временем в Бейруте, организовывал в Палестине новые беспорядки.
Тагарт, разработавший британскую систему укреплений, построил вдоль ливанской границы стену из колючей проволоки, по которой пропустили ток. Она должна была остановить молодчиков муфтия и контрабандистов, наводнявших Палестину оружием. Вдоль стены Тагарт построил новые укрепления.
Одно из этих укреплений выросло над Абу-Йешей и Яд-Элем, в том месте, где, по преданию, была похоронена царица Эсфирь. Его так и назвали — фортом Эсфири. Стена Тагарта затруднила действия террористов, но не смогла остановить их.
В рядах Хаганы нарастала тревога, и весь ишув все чаще задавал себе вопрос — когда же наконец национальный совет прикажет ей действовать. Под этим нажимом Бен Гурион в конце концов согласился с планом, который разработал Авидан. Сионистское поселенческое общество купило земельный участок на севере Галилеи у ливанской границы, в том самом месте, где, по данным разведки Хаганы, в страну проникало большинство арабских террористов. Вскоре после этого Ари и еще двух молодых бойцов вызвали в Тель-Авив, в тайную штаб-квартиру Авидана.
Глава отрядов самообороны развернул перед ними карту и показал местоположение нового участка. Его стратегическое значение было очевидным.
— Вы трое возглавите подразделение и построите здесь кибуц. Мы самым тщательным образом отобрали для этого восемьдесят мужчин и двадцать женщин. Ну, а о том, что вас там ждет, вряд ли стоит говорить.
Они кивнули.
— Муфтий не пожалеет усилий, чтобы прогнать вас оттуда. Мы впервые выбрали место для кибуца из-за стратегических соображений.
Сара Бен Канаан чуть не слегла от горя. Сотню лучших сынов и дочерей ишува отправляли на дело, равносильное самоубийству. Ари поцеловал мать, вытер слезы на ее лице и заверил, что все будет в порядке. Отцу он молча пожал руку: им-то все было понятно без слов.
Вбежала Дафна, родители попрощались и с ней.
Дафна и Ари вышли из села, еще раз обернулись, чтобы взглянуть на поля и на собравшихся у околицы друзей. Когда сын с невестой скрылись из виду, Барак вздохнул и обнял Сару за плечи.
— Им ведь так мало надо от жизни, — шепнула Сара. — До каких же пор, Господи, нам придется отдавать детей?
Барак покачал огромной головой, прищурился, чтобы взглянуть еще раз на удаляющиеся фигуры.
— Господь потребовал от Авраама, чтобы он принес в жертву сына. Тень этого события до сих пор лежит на нас. Если такова будет Божья воля, отдадим и Ари,
Сотня сынов и дочерей ишува отправилась на ливанскую границу, чтобы встать на пути бандитов и убийц. Ари Бен Канаан, двадцати двух лет, был вторым по чину командиром. Они назвали это место Гамишмар — Вахта.