Ищите нас в космосе

Евдокимов Дмитрий Валентинович

Ребята замерли, испуганно глядя на эти непонятные превращения. Комната вдруг озарилась ослепительной вспышкой синего света. Когда мальчики открыли глаза, загадочная машина стояла без действия, но в дверном проеме появился какой-то человек. Впрочем, человеческого, пожалуй, в нем было мало: кожа его носила явственный зеленый оттенок, и вдобавок он был совершенно лыс. Рот человека был непомерно велик, глаза неестественно выпуклы. Одежда тоже была странной — длинный золотистый плащ. Человек стоял, скрестив руки на груди, и часто-часто моргал, как будто вышел на свет из кромешной

мглы.

— Вы к кому, гражданин? — оторопело спросил Костя.

— Я пришел по вашему зову, чтобы выполнить волю великого Учителя, услышали ребята, хотя каждый из них поклялся бы, что незнакомец не разжимал своих тонких длинных губ.

— Здесь нет никаких учителей, — растерянно сказал Костя.

Выпуклые глаза внимательно осматривали комнату.

— Я посланец иной планеты, — сказал пришелец.

Петя спросил первое, что пришло ему в голову:

— Почему, когда вы говорите, ничего не слышно, но все понятно?

— Потому что я не говорю, а мыслю. Мысль не нуждается в переводе. Впрочем, это не существенно. Я должен задать вам несколько вопросов. Жаль, что на контакт опять вышли дети.

— Что значит — опять? Разве вы здесь не первый раз?

— Не я. Мой предок. И тоже встречался с мальчиком. Это было очень давно.

— Я, кажется, догадываюсь, как он к нам попал, — быстро прошептал Петя. — Эта штука — приемник, понимаешь? А где-то на его планете передатчик. Когда мы здесь приемник случайно включили, он и передался. Мы первые люди, установившие контакт с другой цивилизацией.

— Можете не шептаться. Я улавливаю все, что вы думаете, — промыслил гость. — А чтобы доказать, что я с другой планеты, я сделаю то, что не может никто у вас на Земле: сделаю ваши желания видимыми.

— Как это? — недоверчиво спросил Костя.

— Говори, что ты хочешь?

Костя хмыкнул: ему все еще казалось, что это какой-то невероятный розыгрыш.

— Значит, так. Пусть исполнится то, чего желаем в данный момент не только мы, но и все обитатели этого дома!

Гость сосредоточенно потер рукой круглую голову.

— В доме шестьдесят четыре квартиры, — уловили мальчики его мысль. — В них сейчас находятся двадцать три живых существа, шесть вне дома, но в радиусе действия моей воли…

Сначала им показалось, что ничего не произошло. Но, приглядевшись, Костя увидел, что у Пети в руках книга «Сто уроков самбо», а у него самого — полевой бинокль. С пола раздалось урчание. Матильда придерживала лапой неизвестно откуда взявшуюся белую мышку.

— Здорово! А в других квартирах? — спросил Костя и тут же услышал со двора крик соседского Альки:

— Натка! Иди играть. Я свой мячик нашел.

— Я не обманул вас, — сказал гость. — Все желания стали видимыми.

Мальчики с восторгом уставились на пришельца.

— Если вы действительно из космоса, — сказал Петя, — тогда вам в Академию наук надо. Там сектор специальный есть — по инопланетным цивилизациям.

— Это далеко? —

спросил незнакомец.

— С полчаса езды. Сначала на метро, потом на троллейбусе.

Незнакомец покачал головой.

— У меня мало времени.

Взгляд его остановился на картине. Костя вырезал ее из какого-то журнала. На ней был изображен красный конник с обнаженной шашкой в руке, вздыбивший коня.

— Что это?

— Война с белыми, — ответил Петя.

— Война, — незнакомец сосредоточенно свел к переносице брови. — А воевали только мечами?

— Нет, что вы, — засмеялся Петя. — Это только на картинке. И пулеметы были, и пушки. А теперь вооружение другое — ракеты с ядерными боеголовками.

Лицо незнакомца посерело.

— И сейчас на вашей планете война?

— Историки подсчитали, — ответил Петя, — в среднем за год на земном шаре три войны происходит. И сейчас то в Африке, то в Азии…

— Значит, все по-прежнему, — сокрушенно заметил гость.

— Совсем не по-прежнему! — не согласился Костя. — Сейчас большинство людей за мир!

— Но войны не прекращаются. Твой друг сказал…

— Это пока. Настанет время, и войн не будет.

— Значит, я прилетел рано. Воля Учителя остается неисполненной.

— А кто он — учитель? — спросил Петя.

— Монопад — великий мыслитель и ученый нашей планеты.

— А что он сделал?

Гость покачал головой.

— У меня нет времени. Слишком короток сеанс связи.

Он быстро нагнулся к аппарату, что-то нажал, горловина повернулась к стене, и из нее взметнулась полоса света. Гость повернулся к мальчикам, поднял руку:

— Прощайте, братья по разуму.

В то же мгновение он исчез. Ребята долго смотрели друг на Друга.

— Эх ты, дипломат! — наконец сказал Костя. — Понимаешь, что ты наделал?

— Чего?

— »Чего»! — передразнил друга Костя. — Если он с другой планеты, так связь прервется на многие столетия.

— Ну я же правду говорил…

— Правду, да не всю.

— Я не успел…

— Так и не надо было лезть. Что они теперь о нас подумают?

Петя бросил взгляд на столб света.

— А что, если… что, если нам отправиться следом?

Схватив рюкзак, Петя решительно вошел в луч света. Костя подскочил к столу, что-то лихорадочно написал на бумажке, еще раз оглядевшись, поднял с пола гарпунное ружье и тоже шагнул в неизвестность…

Они ничего не ощутили: ни движения, ни скорости. Просто окунулись на миг в темноту и тишину и тут же вышли из нее, очутившись в помещении, напоминающем своим арочным потолком зал средневекового храма. В центре, на четырех опорах, стоял точно такой же аппарат, как и в квартире, только раз в двадцать больше. Стены зала были покрыты ковром из какого-то вьющегося растения с большими маслянистыми темно-фиолетовыми листьями. Купол зала оказался прозрачным. Сквозь него было хорошо видно черное небо с яркими, крупными, будто нарисованными звездами.