Исчезнуть навсегда
Шрифт:
Мама постоянно говорит, что когда-нибудь из-за своего лука Марк повредит себе глаз. Мне кажется, иногда она слишком уж старается выглядеть опытной матерью, однако у нее не очень получается. Она довольно молодая и к тому же не склонна воспринимать вещи слишком серьезно. Впрочем, когда она дома — что бывает не слишком часто из-за ее работы, — с ней приятно проводить время.
Отец у нас тоже в порядке. Хотя он очень серьезный и, как и Марк, держится довольно напряженно. Иногда мне кажется, что с ним достаточно сложно общаться. Такое впечатление,
Так или иначе, у нас редко бывают ссоры вроде той, что случилась утром. Обычно мы неплохо ладим. А может, дело в том, что предки так много пропадают на работе и у нас нет времени на ругань.
Я взяла куртку и сумку Марка, вышла через заднюю дверь и потащила брата к автобусной остановке. С родителями мы даже не попрощались. Тогда мы и подумать не могли, что, возможно, видим их в последний раз.
— Послушай, чем им не угодила Джин? — спросил Марк.
Может, на их вкус, она слишком мала для тебя, — пошутила я. Джин на голову ниже Марка.
— Что?
— Шутка, — пробормотала я.
Ну почему всякий раз, когда я иронизирую, мне приходится объяснять это Марку.
Джин небольшого роста, но, честно говоря, это нечто. Она действительно хороша собой: прямые темные волосы до пояса, гладкая кожа цвета слоновой кости, прекрасные черные глаза, из-за которых парни сходят с ума. Все ребята в школе считают Джин очень сексапильной, да так оно и есть.
А теперь, в десять часов вечера, родителей не было дома, в гостиной вовсю шла импровизированная вечеринка, а сексуальная Джин сидела на диване — на коленях у брата.
Я вспомнила об утреннем скандале, взглянула на часы и подивилась, где же родители. Обычно они звонят, если задерживаются на работе.
Проигрыватель надрывался. Кто-то врубил какую-то металлическую группу на полную громкость. Приятель Лайзы — Кори — и какой-то парень, которого я раньше никогда не видела, пытались отнять друг у друга банку содовой. В конце концов банка не выдержала, и пена залила ковер.
О Господи, подумала я, лишь бы это веселье не вышло из-под контроля. С минуты на минуту должны прийти родители.
И тут…
Я посмотрела на диван, где сидели Марк с Джин. Она обвила руками его шею и целовала в губы. Ее глаза были закрыты. Тот еще поцелуй!
Я не собиралась на них глазеть, однако подумала, что это уж слишком. За такой поцелуй в некоторых штатах можно угодить под арест.
И тут я услышала звонок в наружную дверь.
В углу комнаты раздавался громкий смех. Марк и Джин оставались неподвижными. Все были заняты собой. Похоже, никто, кроме меня, звонка и не слышал.
Я подбежала к окну. У дома припарковался большой синий «Шевроле». Прижавшись лицом к стеклу, я разглядела в свете фонаря у крыльца высокого человека в темной рубашке и мятых брюках. Он заметил меня и показал мне полицейский жетон!
Посреди музыки, шума и смеха я вдруг оцепенела Сердце как будто перестало биться. Все вокруг замерло Я знала,
С родителями случилось что-то ужасное!
Глава 2
Я открыла дверь в прихожую и остановилась перед второй стеклянной дверью. Полицейский улыбнулся.
— Добрый вечер, — сказал он, оглядывая меня с ног до головы.
Свет фонаря отражался в стекле и слепил меня, и потребовалось время, чтобы я смогла рассмотреть его лицо. Он был немолод. В его усах виднелась проседь. У него были холодные синие глаза, напоминавшие лед на замерзшем зимнем озере. Он внимательно рассматривал меня сквозь стекло.
— Я капитан Фэррадэй.
— Что случилось? — спросила я. — Папа с мамой, они…
— Ваши родители дома? — спросил полицейский и вновь улыбнулся, показав ряд ровных белых зубов.
— Нет, они…
— Так их нет?
— Нет. Думаю, они задержались на работе.
Его взгляд скользнул мимо меня в прихожую.
— Вы пришли не для того, чтобы сказать мне что-то о родителях? — спросила я, почувствовав некоторое облегчение.
— О родителях? — Казалось, капитан не понял вопроса. — Нет. Я тут по соседству расследую ограбление.
— Ограбление?
— Да, через три дома от вас. Теперь вот хожу по домам, опрашиваю, не заметил ли кто-нибудь что-то подозрительное. Ну, какую-нибудь подозрительную машину или что еще.
— А-а-а… Да нет, я ничего такого не видела.
В гостиной раздался взрыв смеха, сопровождаемый звоном разбитого стакана. Доносившаяся музыка казалась здесь, в прихожей, особенно громкой.
— Вы никого не заметили на улице, ну, кого раньше никогда не видели?
Теперь он смотрел мне прямо в глаза. Я отвела взгляд:
— Нет. Никого. Эта улица не очень людная. К тому же мы здесь недавно, поэтому…
— Твои родители скоро придут?
— Наверно. Я точно не знаю. Иногда они задерживаются на работе допоздна.
Мы посмотрели друг на друга. Затем Фэррадэй достал из кармана маленькую белую карточку.
— Вот, возьми. — Он приоткрыл стеклянную дверь и протянул карточку мне. — Это мой личный номер. Специальная прямая линия. Если заметишь что-то подозрительное, звони в любое время.
Я взяла визитку и поблагодарила его.
— Держи ее рядом с телефоном. На случай, если грабитель вновь решит наведаться в эти места.
Он повернулся и спустился с крыльца.
Я стояла и слушала, как скрипит гравий под его ботинками. Я видела, как капитан сел в свой старый, громоздкий «Шевроле», и удивилась, почему он не на полицейской машине. Подумала — видно, для того, чтобы ловить нарушителей на дорогах. Большая машина бесшумно тронулась и растворилась в ночи.
Я засунула карточку в карман джинсов и вернулась в гостиную. Когда я вошла, меня удивила стоявшая там тишина. Музыку выключили. Джин по-прежнему сидела на коленях у Марка, однако она повернулась и смотрела на меня. Они оба смотрели на меня.