Ищейки в Риге
Шрифт:
Но, когда открылась дверь и на крышу вышел полковник Путнис с несколькими вооруженными людьми, Валландер все же удивился тому, что ошибся. Ведь, несмотря ни на что, он полагал, что чудовищем, которое так долго пряталось в тени, был Мурниерс.
Путнис медленно подошел к ним. Его лицо было очень серьезным. Валландер почувствовал, как ногти Байбы впились ему в руку. «Он вряд ли прикажет своим людям расстрелять нас здесь, — с ужасом подумал Валландер. — А вдруг все же прикажет?» Он вспомнил жестокую казнь Инесе и ее друзей, внезапно его охватил всепоглощающий
И тут лицо Путниса расплылось в улыбке, и Валландер со смущением понял, что перед ним не ухмыляющийся хищник, а доброжелательно настроенный человек.
— Не надо так волноваться, господин Валландер. Похоже, вы думаете, что за всем этим клубком стою я. Но должен сказать, что вас охранять непросто.
На какое-то мгновение Валландер совсем перестал соображать. Затем понял, что все-таки был прав и что не Путнис, а именно Мурниерс — то самое исчадие зла, которое он так долго искал. К тому же предчувствие его не обмануло — что есть и третья возможность: и у врага может быть враг. Внезапно ему все стало ясно, рассудок не подвел его, и он протянул левую руку, чтобы поздороваться с Путнисом.
— Несколько необычное место встречи, — улыбнулся Путнис. — Но вы явно мастер сюрпризов. Должен признаться, что не понимаю, как вы попали в страну без ведома наших пограничников.
— Я сам не очень это понимаю, — ответил Валландер. — Это очень длинная и запутанная история.
Путнис озабоченно посмотрел на его раненую руку:
— Вам следует как можно быстрее показаться врачу.
Валландер кивнул и улыбнулся Байбе. Она по-прежнему была в напряжении и, казалось, не понимала, что происходит вокруг.
— Мурниерс, — произнес Валландер. — Так это был он?
Путнис кивнул:
— Майор Лиепа был прав в своих подозрениях.
— Я многого не понимаю, — покачал головой Валландер.
— Полковник Мурниерс очень умный человек, — ответил Путнис. — И, без сомнения, злой, но это, к сожалению, доказывает только то, что хорошие мозги часто достаются жестоким людям.
— Это правда? — вдруг спросила Байба. — Это он убил моего мужа?
— Он, конечно, не сам разбил ему череп, — отозвался Путнис. — Скорее всего, это сделал его верный сержант.
— Мой водитель, — сказал Валландер. — Сержант Зидс. Тот, кто убил Инесе и других на складе.
Путнис опять кивнул:
— Полковник Мурниерс никогда не любил латышский народ. Хоть он и делает вид, что ему как сотруднику милиции политика неинтересна, в душе он — фанатичный приверженец старого порядка. Для него Бог всегда будет сидеть в Кремле. Благодаря этому он смог беспрепятственно заключить союз с преступниками. Когда майор Лиепа стал слишком настойчивым, Мурниерс попытался навести его на ложный след, чтобы подозрения пали на меня. Должен признаться, я долго не мог даже предположить, что происходит. Затем решил, что будет лучше, если я продолжу играть роль ничего не знающего человека.
— И все же я не понимаю, — сказал Валландер. — Должно быть что-то еще.
— Конечно, было кое-что еще. — Путнис в очередной раз задумчиво кивнул. — Нечто гораздо большее, чем высокопоставленный коррумпированный милицейский чин, защищающий свои привилегии с немыслимой жестокостью. Это был дьявольский заговор, и майор Лиепа это понимал.
Валландер замерз. Он по-прежнему держал Байбу за руку. Вооруженные люди Путниса отошли к пожарной лестнице.
— Все было очень ловко рассчитано, — улыбнулся Путнис. — У Мурниерса возникла идея, которую ему очень быстро удалось внедрить и в Кремле, и среди русского руководства в Латвии. Мурниерс решил махом убить двух зайцев.
— Воспользовавшись тем, что в новой Европе больше нет стен, он решил заработать деньги путем организованной контрабанды наркотиков, — подхватил Валландер. — В частности, в Швецию. И одновременно использовать эту контрабанду, чтобы дискредитировать латышское национальное движение? Я прав?
Путнис кивнул.
— Я с самого начала понял, что вы опытный полицейский, комиссар Валландер. У вас аналитический склад ума и большое терпение. Именно это Мурниерс и планировал. Вину за торговлю наркотиками свалят на освободительное движение в Латвии. Общественное мнение может радикально измениться, особенно в Швеции. Кто захочет поддерживать движение, которое благодарит за оказанную ему помощь, наводняя страну наркотиками? Ничего не скажешь: Мурниерс изобрел опасное, изощренное оружие, которое раз и навсегда могло бы уничтожить освободительное движение в этой стране.
Слова Путниса заставили Валландера задуматься.
— Ты понимаешь, о чем он? — спросил он Байбу.
Она медленно кивнула.
— А где сержант Зидс? — спросила она.
— Как только у меня будут необходимые доказательства, Мурниерса и сержанта арестуют, — заверил Путнис. — Сейчас Мурниерс наверняка очень волнуется. Он не до конца отдавал себе отчет в том, что мы все время наблюдали за его людьми, которые в свою очередь наблюдали за вами. Конечно, за то, что я без нужды подвергал вас слишком большой опасности, меня можно критиковать. Но я полагаю, это было единственной возможностью найти бумаги, оставшиеся после майора Лиепы.
— Когда я вчера выходила из университета, меня ждал сержант Зидс, — сказала Байба. — Если я не передам ему бумаги, Упитис умрет.
— Упитис, конечно, невиновен, — сказал Путнис. — Мурниерс взял в заложники двух маленьких детей его сестры. Их убьют, если Упитис не возьмет на себя убийство майора Лиепы. Для Мурниерса нет ничего святого. Его разоблачение станет облегчением для всей страны. Конечно, его приговорят к смертной казни. Как и сержанта Зидса. Расследование майора обнародуют. Заговор раскроют, не только на процессе, но и доведут до сведения всей Латвии. К тому же эти сведения наверняка вызовут большой интерес и за пределами страны.