Исчадие Света
Шрифт:
— Рада снова видеть тебя среди живых, — сдержанно приветствовала она Квентина. Ее круглое миловидное лицо сияло чистотой, кожа светилась румянцем. — Ты храпел, как медведь в берлоге.
Квентин в ответ насмешливо изогнул бровь.
— А ты много времени провела в берлогах с медведями?
— Было дело. — Тамис провела рукой по коротко остриженным волосам. — Что скажешь, если Обат сможет показать другой путь в Погребенный Замок?
— Я просто спрошу, когда мы отправляемся в путь, — ответил удивленный горец.
Никаких сомнений по поводу продолжения поисков не возникло. Люди отдохнули, поели и воспряли духом. Ужасные воспоминания несколько
После недолгой трапезы путники разобрали оружие и выступили в путь. Вместе с ними отправился Обат с двумя дюжинами сильных мужчин. Почти все ринджи были вооружены шестифутовыми духовыми ружьями, длинными ножами и дротиками, а некоторые несли короткие прочные гарпуны с зазубренными наконечниками, способными пробить даже металлические корпусы механизмов. Их использовали еще и в качестве рычагов, так пояснил Обат. Ринджи просовывали гарпуны в сочленения металлических тел и поворачивали, пока сустав не распадался на части. Численное превосходство тоже давало ринджи немалое преимущество. Машины вовсе не так неуязвимы, как кажется, серьезно добавил Обат.
Наблюдать за ринджи в походе оказалось весьма полезным делом. Несмотря на то, что они жили почти первобытной жизнью, их воины были прекрасно натренированны и дисциплинированны. Они были разбиты на отряды, различающиеся по численности и вооружению. Передовые части несли тяжелые гарпуны, реже — духовые ружья и дротики. Даже в походе они держали оружие наготове и не собирались в толпу, а разведчики обеспечивали безопасность не только спереди, но и сзади, и с флангов. Новички, еще не испытанные в боях, шли посередине, под прикрытием более опытных товарищей. Квентин отметил, что в походе по приказу Обата ринджи время от времени менялись местами в строю, их смазанные маслом и покрытые потом тела блестели на солнце. Ни один из путешественников не сомневался в правильности выбранной тактики. Ринджи жили на этой земле и не раз за прошедшие века встречались с порождениями Антракса: они знали, на что идут.
Через некоторое время Панакс замедлил шаг и оказался рядом с Квентином, позволив эльфам уйти немного вперед. Он сделал это явно намеренно, и горец тоже пошел помедленнее.
— Ринджи считают, что Антракс управляет погодой, — негромко и спокойно произнес дворф.
— Это невозможно, — изумленно возразил Квентин. — Никто не может управлять погодой.
— Они считают, что Антракс может. Ринджи считают, что именно поэтому погода в этой части Паркасии не меняется, как в других районах. Обат знает о ледниках и снежной пустыне на побережье. Он говорит, что за горами, на северо–западе, тоже иногда идет снег, там происходит смена времен года. А здесь ничего этого не случается.
Квентин задумчиво поправил меч Ли, висящий за плечами.
— Странник что–то говорил Беку о постоянстве погоды. Я считал, что такая аномалия наблюдается благодаря комбинации
— Жестокое божество, судя по рассказам ринджи, — проворчал дворф. — Он охотится за ними без всякой видимой причины. Использует их тела в качестве сырья, а потом выбрасывает останки. Я не перестаю спрашивать себя, во что мы ввязались.
— А я стараюсь представить, что из этого Странник знал заранее и держал при себе, — ответил Квентин.
— Трулз Рок ответил бы, что Странник знал обо всем, поскольку друиды всегда сначала выясняют подробности, а потом умалчивают их. Я не уверен в этом. Три дня назад, когда мы попали в ловушку, Странник казался таким же ошеломленным, как и любой из нас.
Дальше друзья шли молча. Утро превратилось в тихий теплый день, под ногами была широкая тропа, ведущая их через древний лиственный лес, солнечные лучи с трудом пробивались сквозь сплетенные над головой кроны и неясными пятнами ложились на землю. Наверху беззаботно распевали птицы, а белки и лесные мыши частенько перебегали через тропу. Солнце медленно склонялось к западу, в нагретом воздухе витали ароматы зеленой листвы и высохшей земли. Тамис замедлила шаг и оказалась рядом с Панаксом и Квентином.
— Чем дольше я размышляю, — спокойно произнесла она, — тем меньше мне все это нравится.
— Что ты имеешь в виду? — удивленно спросил Панакс, оглядываясь вокруг, как будто хотел найти ответ в зеленой чаще.
— Задумайтесь вот над чем, — начала Тамис, переводя взгляд с одного путника на другого. — Почему ринджи решили нам помогать? Только по доброте душевной? Из чувства долга оказывать помощь всем заморским гостям? Или из сочувствия к нашему горю по потерянным друзьям?
— Это не так уж невероятно, — несколько раздраженно ответил Квентин.
— Не глупи, — пристально взглянула на него девушка. — Помогая нам, ринджи рискуют своей жизнью в случае мести со стороны Антракса, или как там его называют. Вряд ли они стали бы так поступать, не ожидай какой–то выгоды, которая оправдала бы опасность подобной затеи.
Панакс нахмурился, как и Квентин, огорченный такими подозрениями.
— Что же они надеются выиграть, Тамис?
— Мне кажется, я догадалась, — ответила Тамис, понизив голос и не спуская глаз с ринджи. — Мы сказали им, что нас привели сюда поиски сокровища. Ринджи знают, что мы пришли в заброшенный город только ради этого. Должно быть, они предполагают, что мы заранее знали, во что ввязываемся. Они могли решить, что у нас есть какие–то средства, чтобы покончить с Антраксом. А теперь подумай сам. Что если они наблюдали за нашей первой схваткой и знают о мече Ли и о могуществе друида, хотя и не говорят об этом? Ринджи искали способ отделаться от Антракса уже не одну сотню лет, и вот, наконец, нашли. Нас. Может, они всего лишь используют нас в качестве оружия?
— Чтобы разрушить власть Антракса, — закончил ее мысль Квентин. — Поэтому они ведут нас прямиком к Антраксу, а потом бросают на произвол судьбы в надежде на благоприятный исход. Они не станут ввязываться в драку, если до этого дойдет. Просто разбегутся.
— Я не знаю, что именно они сделают, — пожала плечами Тамис. — Я только считаю, нам надо быть как можно осторожнее. Наше появление заставило их задуматься — откуда мы появились, что будем делать, когда все это закончится? Возможно, они надеются, что мы и Антракс уничтожим друг друга и оставим ринджи в покое. Они не могли не учитывать такой вероятности. Вряд ли после долгих лет одной тирании они захотят принять другую форму такой же тирании. Ринджи догадываются о подобной возможности, и, что бы мы ни говорили, нам не удастся их разубедить.