Исчадие ада
Шрифт:
– Мы не знаем. Скорей всего из-за тех изменений, которые произошли, когда в наш мир попала Анна.
Кристина тяжело вздохнула.
– Зачем они привели ее? Зачем нарушили баланс времени? Зачем?
Фэй положила руку на плечо Кристины и крепко сжала.
– Никто не знал, что так выйдет. Никто. Они не могли оставить девочку там умирать.
– Но ведь она и так умерла? Верно? Зачем было тащить ее в наш мир, если у них с Марианной одна душа?
Кристина побледнела
– В тебе говорит горе и гнев, я не верю, что ты в самом деле желаешь смерти ни в чем не повинному ребенку, - сказала Лина и придвинула стул к постели Марианны.
Кристина отвернулась, на самом деле ей, конечно, было жаль Анну, но если страдала Марианна разве можно кого-то еще жалеть?
– Я очень много думала над тем, что произошло. Я прочла все древние манускрипты, я нашла кучу информации о переселении душ. И я пришла к выводу – в Марианне было две души. Как чудовищно это не звучит, но это так. Иначе перед нами сейчас был бы холодный труп.
Лина погладила руки дочерей и накрыла ладонями. Ручки ее малышек. Как когда-то в детстве, когда она заботилась о них обеих. Они всегда любили друг друга. Между ними была неразрушимая связь. Даже родители не понимали, почему они настолько связаны друг с другом.
– Что значит две? – спросила Кристина и посмотрела в недоумении на Фэй.
– Да, две, – ведьма прошлась по комнате, - одна - это та с которой она родилась, а другая попала в ее тело в тот момент, когда она впервые увидела Ника. В день ее совершеннолетия. В тот самый день, когда окончательно определилась сущность ангела. Организм ослаб, все силы ушли на перевоплощение и рост крыльев, готовых вот-вот впервые показаться наружу. Душа Анны никогда не покидала Николаса. Она витала рядом, полная любви и чувства собственной вины. Тело Марианны оказалось самым подходящим для нее. Все слишком идеально: ее доброе сердце, ее чистые мысли и ее мгновенная тяга к Николасу. Вот почему Марианна так отчаянно его полюбила. Постепенно душа Анны вытесняла душу Марианны, заполняла ее собой и наконец стала ею. Они обе жили внутри нее, только Анна была сильнее.
Фэй остановилась посреди комнаты. Она смотрела в никуда и напряженно думала.
– Если моя теория верна, то у Марианны есть шанс, - лицо Фэй засияло, - да, у нее есть шанс. Огромный шанс вернуться к нам. Ее душе нужно время окрепнуть и прижиться в теле снова. Пока что между ними очень слабая связь, но я верну ее. Мне понадобиться время. Я узнаю об этом явлении как можно больше. Есть заклинания, травы, талисманы.
Фэй увлеклась, ее глаза горели, она яростно жестикулировала и совершенно забыла о том, что она в комнате не одна. Лина и Кристина внимательно смотрели на ведьму, держась за руки. Когда Фэй входила в транс, ее нельзя было трогать. Сейчас ведьма лихорадочно рассуждала вслух, и женщины молчали, не смея ей мешать.
– Только могут быть побочные явления…какие я еще не знаю.
Фэй подошла к постели Марианны и нахмурила тонкие брови.
– Мы вернем ее. Мне понадобиться кровь Мстислава. У них одинаковый ДНК. Конечно, в идеале был бы прямой родственник, но и Изгой сгодится. Хотя затея не особо удачная. Кровь Палача…Впрочем у нас ведь нет выбора да?
– Да хоть
Все обернулись и увидели Николаса. Он облокотился о косяк двери. В руках бутылка бренди. Без Марианны он снова терял привычный облик и контроль над собой. Он слишком страдал и никто не смел, одернуть его или упрекнуть. Николас сильно похудел, лицо осунулось, черты заострились. Его щеки густо заросли щетиной и теперь он не походил на самого себя. Только глаза сухо блестели.
– Ты и правда думаешь, что сможешь вернуть ее?
– Да, я в этом уверенна. Правда не знаю, сколько времени мне понадобиться, но она вернется. Я обещаю.
– Фэй, а ведь можно поискать родных Марианны. Ну там через адресный стол, поднять наших и найти ее. Ищейки землю свернут, но отыщут.
Лина ободрилась и посмотрела на свою младшую дочь.
– Кристина права. Мы никогда не искали ее родственников, потому что считали их мертвыми, но может у нее есть двоюродные братья и сестры, или дяди, тети. Да кто угодно. Нужно поискать.
Николас потер подбородок, его лицо разгладилось. Словно по нему пробежал лучик надежды.
– Из-под земли достану хоть ее прадедушку. Сегодня же всех подниму на ноги. Какая степень родства?
Фэй задумалась.
– Чем ближе, тем лучше. В идеале родные братья или сестры. Но даже троюродная родня может подойти. Иногда бывает, что ДНК совпадает и у дальних родственников. Ищи, Ник. Да…да мы вернем ее обратно…надежда есть.
***
Николас и Лина ушли вместе, а Кристина с Фэй все еще сидели у постели Марианны. Обе молчали. Теперь, когда свидетелей в спальне не осталось, Фэй подошла к Кристине и стала у нее за спиной. Потом положила руки племяннице на плечи.
– Я считаю себя виноватой во всем, - прошептала Фэй, - я пошла у тебя на поводу, я послушалась тебя и не рассказала все твоему отцу.
Кристина резко обернулась, и ее глаза полыхнули красным пламенем:
– А что бы я этим добилась? Войны? Разделения земель? Позора? Дочку короля втоптали в грязь и унижали? Какое счастье, есть о чем рассказывать маленьким щенкам из стаи ликанов. Отец бы порвал его на части. Началась бы такая бойня, что небу стало бы тесно! Мой сын никогда не получит наследие в нашем братстве. Потому что, первым будет Самуил, потом Ками и лишь после них мой Велес. Среди людей, это почти невозможно унаследовать трон старших братьев, а среди нас, бессмертных, у Велеса не будет ни одного шанса стать королем вампиров. Но в стае, он станет таковым очень скоро. Он, всесилен, он сильнее любого вампира или ликана. Ты понимаешь, что я должна была терпеть ради него и ради нас всех?
Фэй с сожалением смотрела на Кристину, в ее горящие глаза. В кого Витан превратил их девочку? Всегда такую бойкую, жизнерадостную? Где та малышка Крис, которая радовала всех своим заливистым смехом? Единственное что осталось от прежней Крис – это ее острый язык.
– Я понимаю, в чем-то ты права. Только не делай больше ошибок, Крис, не делай. Не отдаляйся от нас. Мы тебя любим.
Фэй обняла ее и прижала к себе.
– Я знаю, как он с тобой поступал, и поверь мое сердце обливалось кровью, если бы не та клятва, что я дала тебе я бы убила его сама.