Иржина
Шрифт:
Императорский дворец встретил нас яркими огнями, ароматами цветов и фланирующими толпами разряженных придворных. Бал! Бал! Бал! Девушки, прекрасные, словно тропические цветы, сияние драгоценных камней в украшениях, великолепные кавалеры, чопорные услужливые лакеи… Все как всегда.
Мы всем семейством прошли в бальный зал, и родители Грега нас тут же покинули, сказав, что нечего молодежи делать со стариками. А следом за ними ушел и Себастьян. Так что мы с братом вновь остались вдвоем,
Разумеется, я не собиралась рассказывать подробности, да еще на балу. Поэтому пришлось щелкнуть брата по носу и сказать, что не его это дело. А потом добавила на языке демонов, который мы с ним вместе учили:
– Сейчас важно не то, как я, с кем и в каких позах, а то, что мне удалось избежать участи оказаться сам знаешь – с кем и сам знаешь – где.
– Ну, больше волноваться не стоит. Дядюшка за тебя теперь глотку всем порвет, – совершенно серьезно ответил мне брат, тоже на языке демонов. – Ты его первая любовь, а зная его характер – единственная и последняя.
Не уверена, что наше произношение было правильным, все же изучали мы язык исключительно по книгам, но друг друга мы с Грегом понимали, и ладно.
В это время появилась светлая делегация в полном составе, а за ними и моя бабуля в прежней компании. Гости рассредоточились по залу, и я украдкой посмотрела на папу, Валли и перевела взгляд на Фолхерта. Хм… Что-то у него вид нездоровый. Ощущение, словно на нем сутки дрова возили, а вместо отдыха он поле вспахал. Под глазами черные круги, лицо помятое, движения дерганые, взгляд бегающий.
Только я собралась обратить на это внимание брата, как моя Горгулья-родственница Рания отделилась от бабули и ее седовласого спутника и неспешно продефилировала через толпу придворных к Фолхерту. Подплыла, взяла его под руку, словно он ее собственность, и прижалась бюстом. Мужчина дернулся и сначала сделал движение, словно хочет сгрести ее в охапку, потом опомнился и попытался отстраниться. Не тут-то было! Горгулья выпускать свою добычу не собиралась. Она что-то проворковала ему, лицо Фолхерта исказилось в гримасе, и он снова попытался отодвинуться.
Как любопытно! Я пихнула Грега локтем, указав взглядом на то, что меня заинтересовало, но, оказалось, брат и так смотрел именно туда и все это видел.
– Подойдем поближе? – шепнул он мне.
Кивнула ему, и мы аккуратненько начали пробираться в нужном направлении. Интересно же! Но пока мы двигались к Фолхерту и Рании, они по инициативе последней двинулись к окнам и спрятались за штору.
– Ого! – не выдержала я.
– Смотрю, твои соплеменницы времени зря не теряют, – озадаченно произнес Грегориан.
– Я в шоке! – сообщила, ошарашенно глядя на возню, скрытую тяжелой портьерой. – Они там, что… того?
– Похоже не они, а его… того самого. И скорее
Мы шокированно переглянулись. И не мы одни, надо сказать. Несколько дам, стоящих неподалеку, цветом лиц напоминали спелые помидоры, а их глаза приняли формы правильных кругов. Да и мужчины поглядывали в том направлении с неодобрением. Боги, какой ужас! И так мы увлеклись происходящим поблизости непотребством, что даже не заметили появления императора.
Присутствующие склонились в поклонах… Потом объявили первый танец. По традиции бал открывал его величество, и сейчас дамы начали прихорашиваться и стрелять глазками в сторону владыки, а тот шел по залу, рассекая толпу, словно огромный фрегат. Такой же крупный, мощный, опасный. Мой! Я с удовольствием следила за пластичной, несмотря на габариты, фигурой и в который раз удивлялась – как такому высокому и широкоплечему мужчине удается двигаться с такой грацией? В груди разливалось тепло, а низ живота неожиданно начало тянуть. Ужас, я развратница! И в предвкушении прищурилась.
Он остановился передо мной и склонил голову:
– Леди Иржина! Вы составите мне пару?
– С удовольствием, ваше императорское величество! – Я присела в традиционном реверансе.
Зазвучала музыка, и мы двинулись в первых па.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил он шепотом. – Я уже соскучился!
– Теперь хорошо, – смущенно опустила я ресницы. – В Обители была, отдохнула и выспалась.
В ответ император рассмеялся низким мурлыкающим смехом, и я невольно поежилась.
– После танцев не отходи далеко от трона, пожалуйста, – попросил он. – И еще. Если вдруг я буду говорить какие-то… ужасные слова… Не верь! Это будет только из-за необходимости и только если меня вынудят. Правда – то, что я говорил сегодня. Клянусь!
Остальная наша беседа была исключительно на светские темы и в полный голос. Про убранство зала, цветы, погоду, природу и так далее. Думаю, ему, как и мне, хотелось говорить совсем другие слова и позволить себе намного больше, чем только чинно танцевать. Но вокруг были придворные, которые не спускали с нас глаз и прислушивались к разговору, если оказывались в достаточной близости.
После я успела станцевать еще два танца: с братом и с названым отцом. Лорд Найтон сначала задавал общие вопросы, как я себя чувствую, как настроение, а потом, явно мучаясь от необходимости говорить это, все-таки завел речь о том, что его волновало.
– Иржи, деточка, – начал он издалека. – Скажи, как ты относишься к нашему императору?
– Хорошо отношусь, – стрельнула я в него глазками и тут же отвела взгляд в сторону.
– Кхм. Понимаешь… Он вчера задал мне один важный вопрос. И хотя я не считаю, что Дагорн для тебя подходящая пара… – сбиваясь, попытался он сказать мне. – Он вчера просил нас с Эстель…