Irresistible
Шрифт:
И с этим я вошла на кухню на дрожащих от нервов и возбуждения ногах, поставила тарелку на стойку и ушла через заднюю дверь.
Я не планировала делать декларацию о независимости во время воскресного ужина, но я почувствовала себя чертовски хорошо после этого.
* * *
Позже вечером, когда я оделась и легла в постель на простыни, которые не могла заставить себя поменять, потому что они все еще пахли им, я достала свой телефон, чтобы отчитать его за те двадцатидолларовые купюры, которые он засунул мне в карман.
Придурок.
Я
Конечно, же. Потому что ты такой невинный. С твоими грязными словечками.
Эй, эти деньги из банки ругательств идут на благотворительность. Я только вношу свою лепту.
Я этого не знала. На какую благотворительность?
Девочки по очереди выбирают каждый месяц. Я думаю, это месяц Фелисити. Обычно она выбирает Национальное географическое общество.
Я не сомневалась.
Я видел камень, который ты ей подарила. Это было очень мило с твоей стороны. Спасибо.
Не за что. А какие организации выбирают Милли и Уинни?
Милли обычно выбирает детские благотворительные организации. Уинни животных.
Я люблю твоих девочек. У них добрые сердца.
Они тоже любят тебя. Они отказались расплетать свои косички в душе. Я думаю, они хотят быть похожими на тебя.
Оу. Они спят?
Да. Наконец-то. Уинни потребовалось некоторое время чтобы заснуть. Я все еще лежу рядом с ней. Она убеждена, что под ее кроватью живут монстры, поэтому мне пришлось пообещать, что я буду спать сегодня с ней.
Я представила, как он лежит рядом с маленькой Уинни, и мое сердце забилось сильнее.
Бедная малышка. И какой хороший папа. Думаю, тогда я не буду писать тебе ничего грязного.
Подожди, я могу передохнуть. О какой грязи мы говорим? Типа слегка грязное? Или полностью грязное?
Я тихо рассмеялась, отправляя ответное сообщение.
Полностью грязное.
О, черт. Подожди. Я спускаюсь
Мой пульс начал учащаться. Я не собиралась писать ему ничего грязного, когда взяла телефон, и я никогда не делала этого раньше. Но у меня было много фантазий на его счет, а сегодня я чувствовала себя дерзкой и свободной, словно могла сделать все, что угодно. Прикусив губу, я выключила лампу и сняла футболку. Затем я вылезла из трусиков и поглубже залезла под одеяло.
Если я собиралась сделать это, я собиралась сделать это правильно.
Глава 18
Мак
Я спускался по лестнице так быстро, что споткнулся и чуть не упал лицом вниз. Убедившись, что входная и задняя двери заперты, я поспешил в свою комнату, закрыл дверь и стянул с себя рубашку.
Теперь я один. Ты здесь?
Я здесь. Я бы хотела, чтобы ты тоже был здесь.
Мои джинсы были уже тесными. Я расстегнул и снял их, прежде чем снова лечь на кровать. Затем я позвонил ей.
Она ответила, смеясь.
– Я сказала, что буду писать тебе грязные вещи.
– К черту, - тихо сказал я, держа телефон левой рукой, а правой скользя по нижнему прессу.
– Если ты собираешься говорить мне грязные вещи, я хочу услышать, как ты это делаешь. Так говори.
Ее смех стал знойным.
– Такой властный.
– Тебе это нравится.
– Ты прав. Мне нравится, - прошептала она.
– Где ты сейчас находишься? Я взял свой член в кулак и позволил поднимающейся плоти проскользнуть сквозь пальцы.
– Я лежу в постели. И на мне нет ни кусочка одежды.
Закрыв глаза, я представил ее обнаженной под одеялом.
– Почему?
– Потому что каждую ночь, когда я ложусь спать, я представляю, что ты рядом со мной. И что тебе нравится ласкать мою голую кожу.
– Это не все, что мне нравится делать с твоей голой кожей.
Она снова засмеялась, низким и звонким смехом.
– Нет. Тебе нравится целовать меня. Я лежу здесь и трогаю все места на моем теле, где я хотела бы почувствовать твой язык.
– Сделай это сейчас, - потребовал я, моя рука теперь двигалась быстрее.
– Прикоснись к себе.
– Где?
– прошептала она.
– Скажи мне.
– К груди. Животу. Твоим бедрам. Твоей киске. Я говорил низким голосом, представляя, как ее руки блуждают по ее телу.
Она застонала, и член в моем кулаке стал толще и тверже.
– Это так приятно, - вздохнула она.
– И возбуждаюсь просто слыша твой голос.
– Ты мокрая?
– Ты знаешь, что да. Потому что ты трахаешь меня своим языком.
Господи, я чувствовал ее вкус. Я чувствовал ее шелковистую, набухшую кожу на своем языке. Я слышал, как учащается ее дыхание. Я чувствовал, как напрягается и дрожит ее тело.
– Скажи мне, чтобы я заставил тебя кончить.