Ирландский обет

Джеймс М. Р.

— Мне не нужно, чтобы ты убивал ради меня, — шепчу я. — Мне не нужно, чтобы ты умирал ради меня. Мне нужно, чтобы ты был со мной, Лиам. Мне нужно, чтобы ты жил, доверял мне. И мне нужно…мне нужно, чтобы ты любил меня.

Глаза Лиама расширяются при этих словах, но прежде, чем он успевает сказать еще хоть слово, я обхватываю его лицо обеими руками, большими пальцами вытираю слезы с его скул и наклоняюсь вперед.

А затем, ощущая вкус соли на наших губах, целую его.

24

АНА

Я

слышу вздох Лиама, когда я целую его, то, как прикосновение моих губ отзывается эхом по всему его телу. Его руки ложатся на мою талию, его губы приоткрываются, когда я наклоняюсь к нему, и я чувствую вибрацию его стона, когда он подается вперед, его руки сжимаются на мне, когда он опрокидывает меня обратно на пол, поцелуй становится неистовым, когда он растягивается на мне.

— Ана… моя Ана… — он шепчет мое имя у моих губ, его руки срывают с меня одежду, задирают платье, когда мои губы приоткрываются под натиском его рта. Каждая эмоция оживает с новой силой: боль и обида, тоска и любовь, все переплетается воедино. Его язык погружается в мой рот, переплетаясь с моим, когда я хватаюсь за его рубашку, вытаскивая ее из брюк.

Я слышу шелест шифона, когда он стаскивает с меня юбку, чувствую щелчок пуговиц, когда расстегиваю его рубашку, мои ногти впиваются в гладкую кожу его груди, когда он стонет мое имя у моих губ. Я тоже ахаю, когда он возится со своим ремнем, мы оба, безумная мешанина рук и ртов, когда мы пробиваемся сквозь слои одежды между нами.

Теперь уже нельзя останавливаться. Он срывает с меня трусики, его пальцы зацепляются за край и стаскивают их до середины моих бедер, в одно мгновение его твердый член оказывается у меня между ног, когда он наваливается на меня, постанывая от желания.

— Ты нужна мне, Ана, — шепчет он мне в рот, когда я чувствую, как головка его члена раздвигает мои складочки, толкаясь к моему входу, — Ты нужна мне…

Я вскрикиваю, когда он входит в меня. Он задыхается от удовольствия, стонет, когда я сжимаюсь вокруг него, притягивая его глубже, и мои руки скользят к его лицу, к его волосам, запутываясь в прядях, когда я смотрю на него снизу вверх.

— Ты мне тоже нужен, Лиам, — шепчу я, когда он прижимается ко мне, толкаясь сильно и быстро с почти первобытной потребностью. — О, боже, Лиам, Лиам…

Он входит в меня так глубоко, как только может, и я обхватываю ногами его бедра, моя спина выгибается дугой, когда я чувствую, как удовольствие начинает нарастать, захлестывая меня.

— Я собираюсь кончить, Лиам…

— Да, — рычит он, его рот наклоняется к моему, когда он снова вонзает в меня свой член, трахая меня в неистовом, настойчивом темпе, который доводит нас обоих до предела. — Кончай на меня, Ана, кончай на мой член, трахни…

Я задыхаюсь, мои ногти впиваются в его спину, когда я выгибаюсь навстречу ему, и я слышу стон, срывающийся с его губ.

— Я тоже собираюсь кончить, Ана, черт возьми, я не могу сдерживаться, я не могу…

— Лиам! — Я выкрикиваю его имя, чувствуя, как его член пульсирует внутри меня, все его тело содрогается от силы его оргазма, который вызывает мой, мы оба прижимаемся друг к другу, чтобы вытянуть его. — Лиам…

— Ана. — Он шепчет мое имя у моих губ, как молитву, и прижимается ко мне всем телом. — Боже, Ана…

Я чувствую, как он пульсирует внутри меня, горячий поток его спермы наполняет меня, мое собственное удовольствие прокатывается по моей коже, казалось бы, бесконечными волнами. Он очень неподвижно лежит на мне, его рот прижимается к моей шее, и на мгновение мне кажется, что он собирается выйти из меня. Но затем проходит такт, потом другой, и я чувствую, что он снова начинает

двигаться, на этот раз медленнее.

— Лиам? — Пораженная, я смотрю на него, и он улыбается мне сверху вниз, тихо постанывая, когда тянется к моим рукам. Он переплетает свои пальцы с моими, поднимая мои руки над головой и прижимая их там к прохладному деревянному полу, когда начинает вонзаться, длинными медленными движениями, которые позволяют мне чувствовать каждый дюйм его твердого члена внутри меня.

— Я все еще возбужден для тебя, — шепчет он. — Вот как сильно я хочу тебя, Ана. Ты заставляешь меня кончать сильнее, чем когда-либо в моей жизни, но я все еще тверд как скала. Мне все еще нужно быть внутри тебя, чтобы заставить тебя кончить снова, наполнить тебя до краев моей спермой. — Он покачивает бедрами, снова входя в меня, прижимаясь ко мне, погружаясь в меня так глубоко, как только может. — Я хочу заставлять тебя кончать снова и снова, доставлять тебе столько удовольствия, сколько ты можешь вынести, своими пальцами, языком и особенно своим членом. — Он снова толкается, сильно, словно подчеркивая правдивость этого. — Я мог бы провести остаток своей жизни вот так, внутри тебя.

— Лиам… — я выдыхаю его имя, запрокидывая голову, чтобы его губы коснулись моего горла, чувствуя, как нарастает новый оргазм, когда он выходит из меня и снова входит. Мне кажется, что он идеально вписывается в меня, как будто его тело создано для моего. Я смотрю на него, на его красивое, точеное лицо, рыжеватую бороду, поблескивающую в городском свете, проникающем через стеклянные двери, блестящие каштановые волосы, падающие на лоб. — О, Лиам.

— Ты моя, девочка, — ворчит он, снова входя в меня, покачивая бедрами, чтобы я могла почувствовать, насколько прочно он внутри меня, наполняя меня. — Всегда моя. Я не отпущу тебя, никогда. И я не позволю причинить тебе вред снова, никогда. Когда я говорю, что люблю тебя, Ана, я имею в виду всем своим существом, своим телом, своим сердцем, до глубины души. Я буду твоим. Я твой прежде всего, только твой.

Я чувствую, как к моим глазам подступают слезы, всплывая на поверхность, но на этот раз это слезы другого рода. Я поднимаю подбородок, глядя ему в глаза, когда он движется внутри меня.

— Я люблю тебя, Лиам, — шепчу я и чувствую дрожь, которая проходит по его телу, когда я говорю это. Его глаза закрываются, его бедра прижимаются к моим, когда он снова входит в меня. — Открой глаза, — шепчу я, и он так и делает, его зеленые глаза устремлены на меня с какой-то отчаянной надеждой, которая разбивает мне сердце и исцеляет все сразу. — Я люблю тебя.

— И я люблю тебя. — Он снова целует меня, глубоко, горячо и неистово. Я теряю счет тому, сколько раз мы шептали это друг другу, пока он входил в меня, снова и снова, медленно и неумолимо, пока удовольствие нарастало для нас обоих.

— Пойдем со мной, моя девочка. — Наконец он стонет, его тело содрогается поверх моего. Я встречаю его губы в еще одном страстном поцелуе, крепче обхватывая его ногами, притягивая к себе и удерживая его там.

— Кончай в меня, — шепчу я, и дрожь, сотрясающая его тело, пробирает меня до костей. Он стонет мне в рот, его руки сжимаются вокруг моих. Когда я чувствую, как он еще больше твердеет внутри меня, пульсируя от первой волны его оргазма, я тоже вскрикиваю, звук теряется в нашем поцелуе, когда мы соединяемся во второй раз, мое тело сжимается вокруг него, когда он наполняет меня. Это лучше всего, что я когда-либо представляла, лучше всего, что мы делали раньше. Я чувствую, как он растворяется во мне, наши тела тянуться друг к другу, когда мы прижимаемся друг к другу, содрогаясь от удовольствия, охватившего нас обоих.