Ирландский обет
Шрифт:
***
Когда я вышел из отеля Макса, я был по-настоящему пьян. Я пришел домой и обнаружил Ану в постели, с выключенным светом и спящей, и я удалился в свою комнату к сомнительному удовольствию от своих рук, как бы сильно мне ни хотелось разбудить ее и погрузиться в нее. Как бы я ни был пьян, мне было трудно сопротивляться желанию, но я не мог вынести мысли, что она может очнуться от своего полусна и увидеть там Александра вместо меня. Я не мог вынести мысли о том, что она снова будет звать его, поэтому оставил ее в покое, решив разобраться с проблемой самостоятельно. В ту единственную
Утром я встаю и ухожу до того, как она просыпается, благодаря звонку, который я получил, возвращаясь от Макса. к моему большому неудовольствию, Лука позвонил мне, чтобы сообщить, что они с Виктором направляются в Бостон и рассчитывают встретиться со мной ясным ранним утром. По тону его голоса я не ожидал, что это будет приятная встреча, и мог догадаться, о чем она, скорее всего, будет.
София приехала погостить к Ане после неудачи с Сиршей на несколько дней, и, хотя я благодарен, что Ану не оставили совсем одну, пока она боролась, по крайней мере, не на всю неделю, это также означает, что Лука, вероятно, пронюхал о ситуации, и передал ее Виктору. Нравится мне это или нет, но мои решения влияют и на них, благодаря альянсу. Очевидно, что я избегал тех последствий, о которых упоминала Сирша, так долго, как мог, и теперь вороны вернулись домой, чтобы свить гнездо.
Когда я прихожу, у меня презентабельный вид, хотя голова раскалывается от слишком большой дозы виски накануне вечером. Лука и Виктор уже ждут меня, сидя по обе стороны от главы стола, в остальном конференц-зал пуст.
— Доброе утро. — Я сажусь, ставя перед собой кофе, который прихватил по пути вниз. — Могу я кому-нибудь из вас что-нибудь предложить?
— Нет, спасибо, — говорит Лука на том же дыхании, на котором Виктор кратко отвечает: — Объяснение.
Иисус, Мария и Иосиф. Это уже три раза за неполных два дня, когда от меня требуют объяснений, и, честно говоря, я начинаю уставать от этого.
— Что вы имеете в виду? — Я делаю глоток кофе, как раз в тот момент, когда открывается дверь и входит Левин, за ним Найл и еще один мужчина, которого я не узнаю. Найл встает позади меня, как он привык, в то время как Левин садится справа от Виктора. Незнакомый мне мужчина — высокий, темноволосый, кареглазый и явно итальянец, садится справа от Луки.
— Это мой заместитель, Алессио Моретти, — говорит Лука, кивая ему. — Он приехал из Чикаго, чтобы занять эту должность. Алессио, это Лиам Макгрегор, глава Ирландских королей здесь, в Бостоне.
— Очень приятно, — натянуто говорю я, кивая ему. — Итак, Лука, Виктор, в чем дело? Не то чтобы я не рад вас видеть, но эта встреча была созвана… внезапно.
— Мы предупреждали тебя, когда ты отправился спасать Анастасию, — говорит Виктор таким же лаконичным голосом, — что ей нездоровится.
— Мы оба это сделали, — добавляет Лука. — Мы говорили тебе, что она физически и психически повреждена. Ты все равно отправился за ней, как я позже услышал, также по настоянию моей жены, и мы были достаточно счастливы, позволив тебе это сделать. Ана заслуживала того, чтобы ее спасли.
Виктор хмурится,
— Ты знаешь так же хорошо, как и я, что она не заслужила такой судьбы или того, что случилось с ней до этого. Ты был так же виноват, как и все мы, в том, что Александр забрал ее до того, как мы смогли туда добраться.
— Как бы то ни было, — натянуто говорит Виктор. — Целью для тебя было спасти ее, Лиам, вырвать из рук француза. Не оставлять ее себе.
— А ты думал, что я собирался делать? — Я прищуриваюсь, глядя на него. — Ты не можешь сказать мне, что не знал о моих чувствах к ней.
— Чувства — это одно, — быстро говорит Лука, прежде чем Виктор успевает сказать что-то еще, чтобы согласиться с быстро мрачнеющим выражением его лица. — Действовать в соответствии с ними — совсем другое, Лиам. Ты подписал контракт перед отъездом в Россию. Контракт с Сиршей О'Салливан.
— Да. — Я откидываюсь на спинку стула, чувствуя, как страх, который я сдерживал все эти последние недели, медленно ползет по моим венам, а по комнате разливается холод. — Превентивная мера, пока я охотился за Анной, чтобы в мое отсутствие не вспыхнула гражданская война. Не все короли полностью преданы мне с тех пор, как мой отец…
— И ты думаешь, что разрыв этого контракта заставит их сделать это? — Виктор качает головой. — Подумай головой, мальчик! Как ты думаешь, что сделает Грэм О'Салливан, когда ты скажешь ему, что отказываешься от своего обещания его дочери?
— Я не знаю наверняка, но…
— Я достаточно хорошо знаю ваши обычаи, — резко продолжает Виктор. — Девушка может остаться нетронутой, но разорванная помолвка, особенно когда ее муж должен был стать главой Королей, скажется неблагоприятно, и несправедливо, я бы добавил, на ней. После этого ее отцу будет трудно найти для нее достойную партию, ты об этом думал?
— Я знаю, и я чувствую себя ужасно из-за этого, но…
— Но что? — Вмешивается Лука. — Лиам, никто не говорит тебе, что ты не можешь заполучить Ану, если вы двое сможете прийти к какому-то соглашению. Если Сирша согласна на более традиционное соглашение, а Ана готова поддерживать с тобой сдержанные отношения без уз брака, то нет причин, по которым у тебя не может быть одновременно любви и долга. Но ты не можешь жениться на ней, ты понимаешь?
— Нет, — натянуто отвечаю я. — Я не понимаю. Я уже сказал Сирше…
— А ее отец знает?
— Нет, — неохотно признаю я. — Насколько я знаю, нет, но…
— Блядь, мальчик! — Громко ругается Виктор, его лицо искажается от разочарования. Я слышу, как Левин что-то тихо говорит по-русски вполголоса Виктору, который издает многострадальный вздох.
— Я был лучшего мнения о тебе, когда мы заключали этот союз, — натянуто говорит Виктор. — Твой отец был предателем как по отношению к Королям, так и по отношению ко мне, и я имел бы полное право потребовать, чтобы Короли заменили родословную Макгрегоров новой. Если бы у Грэма О'Салливана был сын. Но у него нет, только дочери, и когда он заверил меня, что его место по правую руку от стола сохранится, что его дочь всегда была неофициально обещана наследнику Макгрегора, я оставил это без внимания. Теперь я вижу, что, возможно, я допустил ошибку…