Инженеры
Шрифт:
Как-то Сергей со Светой приехали в гости к Яше и были очарованы. Окраина села, через дорогу — лес, полный грибов и ягод, тишина, воздух, напоенный запахами хвои. Тогда-то Яша и предложил Сергею взять участок рядом. У Яши были друзья в сельсовете, и он всё устроил: долгосрочная, на пятьдесят лет аренда — пятьдесят три американских цента в год и обязательство построить жилье за три года.
Только как превратить эту бывшую и нынешнюю помойку в жилье? У Сергея за плечами были еще не такие стройки! Он справится. Проект дома он делал сам. На собственном переносном чертежном приборе, купленном когда-то в Москве, — пластиковой доске в половину чертежного листа, с рейсшиной. За неделю сделал расчеты, начертил планы, фасады, разрезы. Прорыл пробные шурфы на участке. Под тонким слоем серой бесплодной земли начинался песок — чистый, желтый, и это была удача. Дело в том, что песок —
Яша свел Сергея со своим добрым знакомым, занимавшимся строительством. У Володи Найды была небольшая бригада — два человека, да и сам он оказался открытым, сердечным человеком. Володя долго разглядывал, перебирал чертежи. Дом был двухэтажный, в трех уровнях, с подвалом и заглубленным гаражом, с высокой шатровой крышей и просторной верандой, выплескивающейся на солнечную сторону.
— Сергей Валерьевич, а почему Вы так сложно всё закрутили? — спросил он. — У нас так не строят.
— Володя, я же строю для себя. Чтобы было удобно, просторно. И чтобы было красиво. А сложностей здесь никаких нет. Тебя крыша беспокоит? Сложно? Так я сделаю чертежи ферм, их соберем на земле на болтах, и уже собранные закинем наверх.
— Интересный дом, я таких еще не строил. И самый красивый будет во всем нашем селе.
Володю восхитило то, что не нужно никаких глубоких фундаментов, — всего лишь выложить плиты на двух уровнях, и на них просто и удобно станет весь дом.
— Только я за лестницу на второй этаж не возьмусь, — предупредил он. — Она у Вас сложная, винтом загибается.
Сергей заверил, что лестницу будет делать сам. Ударили по рукам, и закипела работа. Колышки и бечевки заграфили площадку, обозначая контуры будущего дома, небольшой экскаваторишка ковырял землю, выворачивая груды земли, перемешанной с песком. Но настал вечер, и через строительную площадку сплоченным строем, наискосок двинулось местное стадо коров, возвращавшееся с пастбища, сбивая колышки и бечевки, проваливаясь в вырытые ямы. Последние десять лет каждое утро и вечер они копытили этот путь, и никакие понукания и кнуты не могли заставить их изменить привычный, нахоженный маршрут. Стройка останавливалась, и Сергею пришлось срочно огораживаться от рогатого племени. В районном центре в магазине стройматериалов были закуплены трубы — стойки ограждения — и сетка-рабица. Грохали кувалды, забивая трубы, натягивалась сетка. На следующее утро коровье стадо пестрым черно-рыжим клином в изумлении остановилось перед неожиданным препятствием. Буренки возмущенно ревели, пытались рогами смести сетку и категорически отказывались идти в обход. Пастушку с длинным кнутом через плечо понадобилось полтора часа — тащить каждую корову за рога и направлять на новый путь, а хозяйки коров собрались недовольной толпой и обменивались нелицеприятными репликами по адресу пришлых: небось, из города заявились, и чего им там, в городе, неймется? Только через неделю рогатое стадо привыкло к новой дороге в обход, но каждый раз, проходя мимо ненавистного проволочного забора, укоризненно мычало.
Дом рос быстро. Удалось, по Володиной подсказке, купить недорого готовый сруб для первого этажа. Недалеко, в соседнем рабочем поселке, продавали сруб молодые люди — наследство, оставшееся от родителей. Когда-то в этом поселке кипела жизнь, работали два небольших заводика, бойко перерабатывающих окрестный лес на занозистые, сучковатые доски.
Медленно, но неумолимо замедляет бег, умирает сельская жизнь. Закрылись местные лесопилки, не выдержав конкуренции с гладкими, упакованными в полиэтилен досочками из Польши, уехала в столицу на поиски новой жизни молодежь, тяжело и безысходно ковыляли по зарастающим бурьяном улочкам оставшиеся старики, а эти двое остались. Они были очень молоды и трогательно растеряны: Сергей видел, как они перебирали в своих узких ладонях зеленые американские бумажки, на которые теперь можно было купить призрачное счастье.
А с мусором… Сергей купил в хозяйственном магазине две дюжины тканых пластиковых мешков, наполнял их рваньем, грузил в свою машину — два мешка в багажник, два — на заднее сиденье, — и раз за разом вывозил на площадку на околице, где дружной группой, ожидающе открыв жестяные рты, стояли мусорные контейнеры.
Володя Найда был настоящим найдой,
Николай был настоящим мастером своего дела, только вот таких печей, как задумал Сергей, он никогда не клал. Печь должна была обогревать два этажа, шведкой, с обогревом нижнего пода и с плитой. Печь такого типа Сергей подсмотрел в книжке «Печи и камины», купил по случаю в книжном магазине в Москве. Он начертил устройство печи и порядовку — порядок укладки кирпичей. Николай кряхтел недовольно, но печь получилась на славу удачной, отделанной золотистыми изразцами: она быстро нагревалась и долго сохраняла тепло. Красавец дом рос быстро, радуя глаз вишневым кирпичом первого этажа, сайдинговой белизной второго и золотистой черепицей шатровой крыши.
Теперь даже коровы, возвращаясь с пастбища, останавливались, оглядывали дом и одобрительно мычали: «М-м-м, такого в нашем селе еще не было!»
Дом вырос к осени, вернее, каркас дома, теперь его нужно было наполнить: водопроводом, электричеством, мебелью, всем тем, что делает мертвый скелет строительства жильем. Надвигалась зима, и Сергей закрыл свой новый дом на замок. До весны, под присмотр друга Яши. Подвернулась инженерная работа в Москве, кстати, заработать немного денег. Стройка вытянула у Сергея почти всё заработанное и отложенное.
3
Предложенная в Москве работа была необременительной. Нужно было наладить в близком Подмосковье на небольшом заводе производство конструкций башен для мобильной связи — бурно развивающееся направление. Четыре месяца, до самой весны, Сергей разрабатывал чертежи специальных приспособлений для сборки, руководил их изготовлением, учил рабочих, как собирать, и учился сам. Пропадал неделями в Дмитрове — там, на окраине города, был расположен этот завод. В общем, в марте производство пошло, Сергей собрал контрольной сборкой первую вышку, всё сошлось, хозяин завода пожал Сергею руку, вручил ему честно заработанные деньги — не очень много, но хватит для достройки сельского дома, и он с первым весенним теплом переселился в свою деревню.
А что Светлана? Сергей вдруг обнаружил, что жена живет своей, женской, непонятной жизнью, постепенно отдаляясь от него, и ее всё меньше интересуют инженерные страдания мужа. С этим что-то нужно было делать, образовавшуюся прореху в семье нужно было срочно залатывать. Быстрее закончить сельский дом, вселиться туда, жить сельскими радостями. Светлана — она же родом из деревни. У них всё получится!
Из всех благ цивилизации на окраине села было лишь электричество — линия-воздушка проходила по улице, рядом с домом. Остальное — водопровод, горячую воду, канализацию — нужно было делать автономными. С благословения друга Яши (как же все-таки везло Сергею с друзьями!) всю электрику подрядились сделать двое молодых ребят — инженеров-электриков из соседнего санатория, а Сергей бродил по участку с рогулькой — разведчиком водоносного слоя. «Нужно найти воду, ну пожалуйста!» — молил он рогульку. И она преисполнилась добротой — клюнула в самом удобном месте, в пятнадцати метрах от дома. Есть вода!
Для рытья колодца — сурового мужского дела — Сергей вытащил своего шестнадцатилетнего внука Андрюшу. Внук обещал вырасти городским увальнем, и работа в деревне была прописана ему дедом, как врач прописывает лекарство больному. Не нужно тратить слов, не нужно читать мораль. Они двое рядом — дед и внук, двое мужчин — делают одну, общую, нужную работу, и перебрасывается мост взаимопонимания, мост через два поколения. Завезены бетонные кольца, над будущим колодцем сооружен ворот с ручкой, веревкой и ведром, под бетонным кольцом подрывается земля, и кольцо постепенно погружается, потом над ним выстраивается второе, третье. Двое сильных, здоровых мужчин, мокрые от пота, трудятся слаженно. Один — внизу, во влажной полутьме наполняет лопатой ведро, второй воротом вытаскивает ведро наверх. Потом они меняются ролями — Андрюше нужно научиться рыть колодец.