Инженеры Кольца

Нивен Ларри

— Они мои, я принес их с далекой звезды.

— Не шутите со мной, Луис Ву.

Луис взглянул на нее.

— Люди, построившие города, имели такие вещи?

— У них были предметы, которые говорят. И они могли поднимать здания в воздух, так почему бы не самих себя?

— Как быть с моим спутником? Видели вы подобных на Кольце?

— Он выглядел чудовищно. — Женщина покраснела. — У меня не было возможности разглядеть его.

Нет, она явно спятила.

— Почему вы направляете на меня винтовку? Пустыня — наш общий враг, нам нужна помощь друг друга.

— У меня нет причин верить

вам. Кроме того, я думаю, что вы сумасшедший. Только Строители Городов могли путешествовать между звездами.

— Вы ошибаетесь.

Она пожала плечами.

— Мы так и будем ехать медленно?

— Мне нужно попрактиковаться.

Впрочем, Луис уже обрел некоторую сноровку. Дорога была прямой и не очень ухабистой, без какого-либо движения. Время от времени встречались песчаные наносы, но Валавирджиллин велела ему не притормаживать перед ними.

— Можете рассказать о летающем городе? — спросил Луис.

— Я никогда не была там. Его используют дети Строителей Городов. Они больше не строят и не управляют, но мы привыкли, что они содержат город. У них много посетителей.

— Туристов? Людей, которые приходят только взглянуть на город?

Она улыбнулась.

— По этой и другим причинам. Некоторых приглашают. А зачем вам знать такие вещи?

— Мне нужно добраться до летающего города. Далеко ли я смогу проехать с вами?

Теперь она рассмеялась.

— Думаю, что вас не пригласят туда. Вы никому не известны и не могущественны.

— Я что-нибудь придумаю.

— Я еду в школу у Возвращенной Реки. Там я должна рассказать о том, что произошло.

— А что произошло? Что вы делали в пустыне?

И она рассказала ему, хотя это оказалось нелегко. В словаре переводчика оказались пробелы, но, изрядно потрудившись, они заполнили их.

Люди Машин правили могущественной империей. Традиционно империи представляют собой группу почти независимых государств. Отдельные государства должны платить налоги и выполнять распоряжения императора, касающиеся например, отношения к войне, борьбы с бандитизмом, технического контроля за коммуникациями и иногда официальной религии. В остальном они живут как считают нужным.

Все это было дважды верно для Империи Машин, где, к примеру, образ жизни плотоядных пастухов соперничал с жизненными привычками Травяных Гигантов, был полезен для торговцев, получающих от пастухов выделанные кожи, и никак не затрагивал гулов. На некоторых территориях различные виды сотрудничали, и все позволяли гулам свободно ходить по своим землям.

Впрочем, гул [5] — это было слово Луиса Ву, а Валавирджиллин называла их как-то вроде ночных людей. Они являлись сборщиками отбросов и могильщиками, и потому Валавирджиллин не похоронила своих мертвых. Гулы умели говорить, и их можно было научить отправлять похоронные обряды в соответствии с местными религиями. Они являлись источником информации для Людей Машин, легенды утверждали, что они делали то же для Строителей Городов, когда те правили миром.

5

ghou — кладбищенский вор (англ.)

По словам Валавирджиллин, Империя Машин являлась

торговой империей и взимала налоги только со своих собственных купцов. Чем больше она говорила, тем больше вопросов возникало у Луиса. Государства поддерживали дороги, которые связывали империю, если их граждане могли это делать, а к примеру, живущие на деревьях Висячие Люди не могли. Дороги обозначали границы между территориями, принадлежащими различным видам гуманоидов. Завоевательные войны с пересечением дорог запрещались, то есть дороги предотвращали войны (иногда!) просто своим существованием.

Империя имела возможность набирать армии для борьбы с бандитами и ворами. Крупные участки, захваченные торговыми постами, стремились стать полными колониями. Поскольку дороги и машины связывали империю, от государств требовалось перегонять химическое топливо и постоянно держать его в наличии. Империя покупала рудники, добывала свои собственные руды и распределяла права на производство механизмов в соответствии с имперскими спецификациями.

Имелись школы для торговцев. Валавирджиллин и ее спутники были студентами и преподавателями из школы у Возвращенной Реки и ехали в торговый центр, разделяющий джунгли Висячих Людей, торгующих орехами и сушеными фруктами, и земли Пастухов, предлагавших кожу и изделия из нее. (Нет, не маленьких краснокожих, какой-то другой вид.) По пути они сделали крюк, чтобы заглянуть в древний пустынный город.

Никто из них не ожидал встретить вампиров — откуда те могли брать воду в этой пустыне? Как они вообще попали сюда? Вампиры почти вымерли, за исключением…

— За исключением чего? Я не совсем понял.

Валавирджиллин покраснела.

— Некоторые старые люди держат беззубых вампиров для… для РИШАТРА. Может, так все и получилось: сбежала пара ручных вампиров или беременная самка.

— Вала, это отвратительно.

— Да, — холодно согласилась она. — Я никогда не слышала, чтобы кто-то признался, что держит вампиров. А разве там, откуда вы пришли, никто не делает ничего такого, что другие считали бы постыдным?

— Я как-нибудь расскажу вам о токовой наркомании. Но не сейчас.

Она изучила его поверх металлического дула своего оружия. Несмотря на черную бахрому бороды вокруг подбородка, она выглядела вполне человеком… а не дикарем. Лицо ее было почти идеально квадратным, и Луис ничего не мог прочесть на нем. Это и понятно: человеческое лицо развивалось как сигнальное устройство, а эволюция Валы расходилась с его собственной.

— Что вы собираетесь делать теперь? — спросил он.

— Я должна сообщить о смертях… и сдать предметы из пустынного города. Это расточительство, но империи нужны устройства Строителей Городов.

— Я еще раз повторяю, что они принадлежат мне.

— Поехали.

Пустыня покрылась пятнами зелени, а теневой квадрат закрыл солнце, когда Валавирджиллин приказала ему остановиться. Луис с радостью повиновался. Его утомили сражение с дорогой и бесконечные попытки удержать машину на нужном направлении.

— Мы будем… обед, — сказала Вала.

Они уже привыкли к пробелам в переводе.

— Я не знаю этого слова.

— Это нагревание пищи, пока ее можно будет есть. Луис, вы умеете?..