Инженер
Шрифт:
Целеуказатель – самое простое.
Репульсор – один главный и три побочных. Что бы дроид имел возможность к быстрому движению и высокую маневренность пришлось поставить три репульсора, выглядящие как диски. Эти диски крепились поворотно к корпусу и в сложенном состоянии прижимались к корпусу. Сам корпус из сплава поющей стали и квадания. Светиться металл перестал, хотя белый цвет остался. На именно этого дроида, помня слова Гарруса, я поставил мощную фару-прожектор, которая могла подсветить цель или просто светить ей в глаза, если дело происходит ночью, то очень полезно. К тому же и не в боевом варианте использования так появлялась функция летающего
Разработка второго дроида заняла три дня, после чего настал черёд испытаний. Прошивка, так как у него было другое назначение и другой функционал, изменилась – дроид тихо летел за своим хозяином, не проявляя агрессии и легко переходил в боевой режим. Это был частичный, но успех – такого дроида можно было взять с собой в десантный челнок, размеры и вес позволяли.
Когда собрался весь честной народ в виде Гарруса, Заида и Праззы, началось новое развлечение – отстрел мишеней. Создать маленький блок целеуказания для винтовки не составило труда – он крепился к винтовке и пристреливался по прицелу. Право первого испытания я доверил Ваккариану.
Снайпер присел на одно колено и приложил винтовку к плечу.
– Куда тут нажимать?
– Вот, тут кнопка, – показал я. Кнопка действительно была не видна с первого взгляда.
Ваккариан нажал на неё и дроид изменил местоположение, зависнув с другой стороны ангара.
– И что? – не понял Заид.
– Он атакует только если навести на цель. Если навести на поверхность, то просто зависнет рядом с ней. Так можно управлять перемещениями дроида. Хотя можно переставить в автоматический режим.
Гаррус тут же навёл прицел на мишень и приказал атаковать. Дроид со скоростью под три сотни километров в час пролетел к мишени и облетая её, застрекотал пулемётами. Четыре ствола продырявили мишень насквозь, как дуршлаг.
– Мощно. – прокомментировал Гаррус и уложил пулю во вторую мишень, уже из винтовки.
Вообще, на этих дроидов у меня были большие планы – как канонный Шепард, без поддержки с воздуха, лезть в пекло я не был намерен. Все разошлись, а я остался, создавать новых дроидов. Как минимум – одной десантной группе было положено иметь дроида. В местных боях использовались Дроны, да и то использовать их мог только хорошо соображающий в технике человек. Меня такая поддержка не устраивала – слишком они слабые. От пары попаданий дохнут и не имеют оружия, кроме разрядника-электрошокера.
Неделю спустя пришла пора возвращаться. Мы уже достаточно нахватали ценностей – от Мордина по гиперпространственной связи пришло сообщение, что они свою миссию выполнили на семьдесят процентов и среди отмеченных планет обнаружили два пригодных для жизни мира.
Заид и Гаррус выглядели намного оживлённее, когда узнали, что мы наконец возвращаемся.
Впереди был только Иллиум.
========== 14.
Иллиум… как много в этом звуке. Местный недо-Корусант. Когда-нибудь, через много-много лет, может быть и получится Иллиуму стать столицей. Хотя пока что это просто колония-шлюз между системами терминус и контролируемым пространством. Собственные законы дают редкую вольницу и на Иллиуме находятся представительства почти всех компаний. Не все, но многие быстроразвивающиеся компании азари находятся на Иллиуме.
К республиканско-демократической системе азари у меня была только одна претензия, она же главная. Расы на цитадели разделены на три сорта. Совет, это первый сорт, расы не в совете – те, кто имеет диппредставительство на цитадели и, те, кого на цитадели нет.
Если это демократия, то это какая-то неправильная демократия. Единственная раса, которую я мог бы без жалости уничтожить были батарианцы, ибо рабовладельцев я ненавижу до глубины души. Остальные же, на мой взгляд, должны иметь равное право голоса при решении общих проблем. С таким подходом как у азари нельзя построить галактическую республику – можно только снискать проблемы на свою голову от представителей «малых» рас, которых не признали в совете.
Собственно, люди теперь «первого сорта», и это вызывает тонны ненависти со стороны тех, кого в совете-таки нет.
Жизнь им подпортить предстоит мне, лично мне. Корабль вынырнул из гиперпространства в секторе Тазале. Летели мы сюда довольно долго – четыре дня.
Я занялся целиком и полностью изучением рынка сбыта. Где кваданиевая сталь может быть наиболее ценной? В броне, в космических кораблях, в оружии.
Русские не могли сплоховать и тут – на рынке были едва ли не лучшие в пространстве цитадели образцы оружия «Розенков матириэлс», результат перекупа в середине двадцать первого века государственных заводов неким Розенковым. Потомки его были ещё ухватистей, а после того как рынок расширился и на другие расы, то компания вообще находится в своём золотом веке.
Казённые заводы выпускают, конечно же, неплохие образцы вооружения, но отдать двести тысяч за комплект брони «титан» может не каждый офицер. При том, что жалование составляет четыре тысячи плюс небольшая премия за выслугу лет… Они же произвели знаменитую броню N7, которая по отзывам является лучшей профессиональной бронёй на рынке. Купить её можно, вот только заветного статусного шильдика N7 на ней не будет – это только для спецназа.
Вторые на очереди в списке получателей стали «Розенков матириэлс» Броневой металл должен быть доступен для них – и кваданий, и дюрасталь. Последняя отличалась скорее секретом приготовления, нежели редкостью элементов, только карваниум был редким…
Как ни удивительно, корабль не вызвал переполоха, по крайней мере пока. Пока сканеры ещё не успели как следует рассмотреть Инменсум.
Передо мной был сектор Тазале. Первая же планета – Иллиум, мне было туда.
– Инменсум, летим на Иллиум, становишься на орбиту а вниз мы на «фантоме» спустимся.
– Принято, – тут же ответил корабль, и двинулся в сторону планеты.
Мне оставалось только потирать руки и думать, как можно выдоить максимум из местных.