Иные продажи
Шрифт:
Во-первых, вначале нужно просто написать свой текст: «Для авантюрного бизнеса требуются смелые люди...» Во-вторых, надо купить городскую газету по трудоустройству с объявлениями о найме работников. В-третьих, из своего текста следует вычеркнуть все те фразы и обороты, которые встречаются в объявлениях этого газетного номера.
Вот тогда твой поиск интересных и трудолюбивых людей получит шанс быть успешным.
Теперь я понимаю, что в коммерции этот опыт есть смысл перенести и на многое другое. Например — на коммерческие презентации.
Да-да! Из
Чтобы стать первыми, мы должны употреблять совсем иные слова. Это должны быть не те слова, которые удовлетворяют вторых. Это должны быть особые и по-настоящему Первые Слова!
Это, конечно, смешно и странно, но после публикации этого текста в моем «Живом журнале» появился вот такой комментарий-вопрос:
— А вот бы пример, какие именно фразы и обороты остались бы в том объявлении о найме работников?
Не смейтесь. Просто спокойно осознайте: прочитателю (sic!) строк о необходимости поиска новых слов понадобилась шпаргалка с испытанными и проверенными словами. Со старыми. С чужими. С заеложенными.
Мне не оставалось ничего иного, кроме как ответить: «Я уверен в отсутствии там вот таких слов»:
Над широким берегом Дуная,
Над великой Галицкой землей
Плачет, из Путивля долетая,
Голос Ярославны молодой...
Я очень благодарен собственному ЖЖ-блогу, он позволил «обкатать» многие фрагменты этой книги. И теперь я с совершенно спокойным опасением жду того момента, когда ее возьмет в руки мой особый прочитатель.
Что нужно читателю? Да то же самое, что и каждому человеку:
Так что же нужно человеку?
Совсем немножечко любви.
И вдвое меньше пониманья.
И кроха малая познанья.
И капля дерзости в крови» —
так лет сорок назад пел бард Илья Ченцов.
В отличие от читателей, прочитателю дерзость в крови не нужна. Ни капли. Так спокойнее.
Прочитатель, взяв в руки книгу об иных продажах, рассчитывает найти в ней готовые рецепты того, как легко и просто, без изнуряющих диет и мучительных физических нагрузок, стать совершенно иным. Богатым и преуспевающим. А книга-то задумана не как сборник рецептов. Она задумана как тревога.
Да, там не было опечатки. Кое-какие рецепты тут тоже есть, правда? Но повторю: эта книга задумана как тревога. Джека Лондона и его героев влек в Белое безмолвие «трубный глас Севера». У его Таруотера «ноги так и зудят, а мозг сверлит всегдашняя бредовая идея». У полярника Кремера в крови был «постоянный полярный зуд». О людском «неудержимом стремлении к уходящим в бесконечность вершинам» пишет Стефан Цвейг.
В.
Пьер Маньян, покорявший арктические пустыни парусами своего снежного буера, считает, что «зов далей — это ответ на преследующую каждого из нас мысль о смерти», желание великими свершениями заслужить толику бессмертия в памяти человечества.
Биограф исследователя океанских глубин Жоржа Уо отмечает его повиновение «какому-то таинственному зову» к приключениям и удовлетворению жажды знаний. Сам Уо ощущает в себе «некий инстинкт, страсть к исследованию».
Вы помните и вот эти строки Бодлера:
В один ненастный день в тоске нечеловечьей,
Не вынеся тягот, под скрежет якорей,
Мы всходим на корабль, и происходит встреча
Безмерности мечты с предельностью морей...
О. Куваев, мечтавший создать «художественную географию отечества», пишет:
Люди просят у жизни всякого: кто денег, кто красоты, кто талантов. Пусть же даст мне фортуна возможность шляться по планете именно так, как я хочу, и умение писать об этом так, чтобы жирным дачникам не спалось по ночам, — и счастливее меня не будет человека.
Вы ведь сегодня тоже долго не сможете уснуть? Мне удалось сделать свой текст тревогой?
Стремление быть не таким, как все, и вообще тяга быть иным сродни зову странствий. Кого-то тянет, а кого-то и нет...
Выходите за рамку
За полтора десятка лет, проведенных в шкуре тренера продаж, я твердо усвоил: не всякому торговцу есть смысл запускать под черепную крышку ежика сомнений, странствий и поиска. Но ведь и эта книга тоже не для всех.
Впрочем, первым такое тавро на собственное сочинение поставил еще Герман Гессе. «Не для всех» — так он обозначил аудиторию своего «Степного волка». Правда, если быть совсем точным, то он написал: «Только для сумасшедших». Но кто же из нас нормален?
Если мы выглядываем за пределы проверенных рецептов коммерческой кулинарии, значит, мы с вами уже аномальны. Хотя для меня и моих братьев по крови и разуму рваться «за флажки» — это вполне привычно. Ведь строки Высоцкого про флажки вы помните?
Волк не может нарушить традиций.
Видно, в детстве — слепые щенки —
Мы, волчата, сосали волчицу
И всосали: «Нельзя за флажки!»
Но когда свобода по цене выравнивается с жизнью, приходит время нарушать правила: