Иные миры. Будущее возможно...
Шрифт:
– Мы должны были поймать его, – сказал в отчаянии Алекс. – Это был бы замечательный экспонат для зоологического музея. Помилуйте, лунная ящерица, доставленная доктором Александром Гардтом! Замечательно, не правда ли?
– Куда делся Андерль, – спросил озабоченно Гардт. – По-видимому, его кабель оборвался, иначе он вмешался бы в наш разговор. Андерль, где ты?
Ответа не последовало.
– Что-то неладно, – заметил Алекс, но, желая успокоить инженера, прибавил: – Но я все же не думаю, чтобы такая ящерица могла
– Ты прав, но имей в виду, что наша способность защиты весьма ограничена уязвимостью наших костюмов. Едва наш резиновый костюм где-либо прорвется, мы не можем противостоять задушению, если до этого наши кровеносные сосуды не лопнут от понижения наружного давления. Боюсь, что Андерль слишком положился на силу своих мускулов и забыл о необходимой осторожности.
К сожалению, наши исследователи не захватили с собой барометра и не могли определить давления атмосферы в этом ущельи; во всяком случае, его было недостаточно, чтобы человек мог продержаться здесь без искусственного дыхания.
– Давай, поищем его, – сказал Алекс, не забыв, однако, предварительно оторвать стебель папоротника.
– Идем вслед за кабелем, тогда мы скоро найдем Андерля.
Проволока лежала кривыми линиями на земле и показывала дорогу, по которой направлялся Андерль. Двигаясь вперед, Гардт наматывал проволоку.
Пройдя сотню метров, они очутились у конца проволоки, и Гардт заметил выключатель.
– Вот легкомысленный парень! – проворчал он. – Сам отключил себя от нас.
– Очевидно, он заметил что-то особо интересное, проволока мешала ему, и он решил отправиться туда один.
В густом тумане уже на расстоянии десяти метров ничего не было видно. И так как никакие крики и зовы были немыслимы в их шлемах, обоим Гардтам ничего не оставалось, как продвигался вперед на авось.
Они пошли было дальше по прежнему направлению, но вскоре натолкнулись на высоко поднимающуюся стену. Они решились разойтись в разные стороны, но не дальше, чем позволял соединяющий их шнур.
Гардт пошел направо и держался в некотором отдалении от стены. Алекс же направился влево. Слабая тяжесть позволяла им без труда перескакивать через встречавшиеся на пути обломки, и иные препятствия. Они все время говорили в микрофон, поддерживая постоянную связь между собою.
Гардт несколько раз хватался за льдины, которые он в тумане принимал за Андерля, но каждый раз разочарованно сообщал своему спутнику:
– Опять ничего, дядя...
Вдруг Гардт услышал в телефон, что дядя стал пыхтеть и задыхаться.
– Что случилось? – спросил он в испуге.
Ответ был отрывистый, ужасный:
– Он здесь... ох!.. Ужас!.. Скорее!.. Я... тьфу, пропасть!.. Эти гады с ума сошли...
Гардт помчался вдоль проволоки. Он даже не счел нужным наматывать ее.
Через двадцать секунд он был уже рядом
Посреди поля, покрытого растениями цвета ржавчины, катался по земле Андерль. Его тело было покрыто многочисленными бледными липкими ящерицами разной величины. Андерль с отчаянием размахивал руками и ногами, желая освободиться от отвратительных гадов, присосавшихся к нему.
Мелких гадов ему удалось раздавить своим тяжелый шлемом, но все же он не был хозяином положения. Казалось, что-то сильно мешает ему двигаться. Его левая рука судорожно ухватилась за складку брюк.
Алекс, который хотел было освободить товарища, тоже был окружен белыми ящерицами, и ему самому приходилось бороться с ними.
Что делать? Ножом и киркой нельзя поразить гадов, не поранив при этом самого Андерля... Что делать?
Гардт осторожно стал приближаться к движущемуся клубку, но Андерль сделал ему предостерегающий знак, указав рукой на колено, от которого он не отнимал другой руки.
Инженер ужаснулся. Он сразу понял все. Защитный костюм Андерля был прорван ящерицей, и Андерль крепко прикрывал теперь дыру на колене, чтобы не выпустить оттуда воздуха.
Что делать?
Если он сам подвергнет себя такой же опасности, все трое погибнут.
Гардт некоторое время стоял растерянный, но затем счастливая мысль блеснула у него в голове.
– Кислород!
Он быстро схватил запасные баллоны и открыл один из них. Сильная струя вырвалась оттуда. Всюду, куда эта струя проникала, образовывался ужасный холод, и Гардт рассчитывал, что таким путем ему удастся разогнать ящериц. Этот холод не мог повредить его товарищам, так как водолазные костюмы служили достаточной защитой.
Он направил струю на Андерля, который больше всех нуждался в помощи. Гады почуяли опасность и оторвали головы от Андерля, готовые броситься на нового врага. Но в леденящей струе животные быстро коченели и падали вниз.
Андерль ожил. Свободной рукой он без труда сбрасывал с себя окоченевшие тела ящериц. Алекс тоже скоро избавился от своих врагов.
– Проклятые гаденыши! – сказал Андерль, когда все трое опять связались проволокой. – Они буквально хотели меня задушить... Если бы это были земные гады, они растерзали бы меня, но у лунных нет столько сил. Однако это могло кончиться очень плохо.
– Живей, – предупредил Гардт, – живей уберемся отсюда, а то они опять нападут. Они могут ожить. Едва ли они подохли: ведь они приспособлены к холоду лунных ночей.
Андерль прихрамывал, так как все время не отнимал руки от колена.
– Как велика дыра? – озабоченно спросил инженер.
– Не больше дробинки. Хорошо еще, что я сразу заметил ее, и что эти проклятые гады не порвали костюма еще в другом месте. Тогда был бы, пожалуй, конец мне.
– Живей! Ящерицы начинают двигаться.