Invincible! I'm Invincible!

Navuhodonosr

— А Брит? — Вспомнил я. — Они с сестрой ведь были рядом, когда ты во второй раз одевала Церебро.

— Тот старик-наёмник? — удивилась Ева. — Нет, ничего особенного. Он, они оба, чувствуются, вполне… податливыми. *

Вот как она это для себя характеризует: податливость. Для её способностей любое вещество, что глина, из которой можно лепить, что душе угодно. Если бы Ева более очевидно использовала свои способности — а то многие, Рекс к примеру, считают, что её сила это «стрелять какими-то розовыми штуками» — Ева, с таким-то именем в особенности, уже собрала бы вокруг себя религиозный

культ. Впрочем, сегодняшнее откровение всё-таки кое-что проясняет: её силы хоть и выглядят богоподобными, но всё же не дают абсолютной власти. Некоторые могут этому противостоять.

Но как следует подумать о способностях Евы и природе моей к ним сопротивляемости мне не дали. Неожиданный, впрочем, как и всегда, вызов от Сесила прервал наш геймерский вечер.

— Марк, срочно нужна твоя помощь в Нью-Йорке. — Хмурым голосом сообщил мужчина. — Там вторжение пришельцев. Город в огне, мы не успели эвакуировать жителей. Защитники не справляются, совершенно не справляются.

Как всегда кратко и по делу.

— Омнимен? — уже вставая, спросил я, чем вызвал недоуменный взгляд Евы, не понявшей ещё, что разговор ведётся уже не с ней.

— Мы не знаем, где он. Я бы не просил тебя о помощи, если бы мог отправить туда его.

— В смысле не знаете? Он же с утра…

— Он перестал отвечать на вызовы несколько часов назад — сразу же после начала вторжения — и мы потеряли его маячок. Мы понятия не имеем, где он и когда вернётся.

Совпадение? Неужели он опять сунулся прямо внутрь портала? Это вполне в его духе, но почему тогда вторжение не остановилось?

— Это Сесил? — наконец, поняла в чём дело Ева.

— Я понимаю, что это риск встретиться с ним для тебя, — спокойно продолжал Стэдман. — Но в прошлый раз всё прошло нормально… и ты реально нужен там, мы уже стянули в город все возможные ресурсы, но технологии этих зелёных ублюдков на голову превосходят наши, и их реально много. В Пентагоне уже обсуждают применение ядерного оружия.

— Я понял, скоро буду.

— Что там? — поняв по моему тону, что дело серьёзное, встревоженно спросила Ева.

— Какое-то вторжение пришельцев в Нью-Йорке. Мне нужно лететь, скажи моей маме, что я…

— Сам потом скажешь! — перебила меня девушка, на ходу преобразуя свою одежду в костюм. — Я с тобой.

— Ева я…

— Ты бы остался на моём месте? — Снова не дала мне закончить мысль она.

Блядь! И Нью-Йорк всё равно достаточно близко, она и без меня долетит туда за несколько минут, если захочет. Я даже не могу отмазаться тем, что она замедлит меня.

— Нет. — Неохотно признался я.

— Значит и не о чем говорить, — отрезала девушка. — Хочешь я помогу с одеждой?

Вздёрнув брови, она подняла руки с загоревшимися на них розовыми искорками в мою сторону.

— Это сэкономит нам немного времени. — Не придётся лететь до тайника с костюмами.

Ещё до того, как я закончил фразу, мои футболка и шорты с трусами, с несколько странным щекочущим ощущением на коже начали преображаться в точную копию костюма. Не знаю, насколько подделка Евы соответствует стандарту качества, но зато это бесплатно.

Заперев дверь изнутри, мы вылетели через окно моей комнаты, и сразу же умчались ввысь вечернего

неба.

— Дай руку и закрой лицо, прокачу с ветерком. — Поколебавшись лишь секунду, Ева выполнила мои указания, после чего я быстро но плавно — чтобы не навредить девушке — начал ускоряться, держа направление в сторону большого яблока.

Примечание:

* На самом деле было бы логично, если бы как раз Брит был невосприимчив к способностям Евы, но события комиксов говорят нам о том, что на него всё же можно воздействовать. 1. Что-то вроде телепатии, когда его вывели из строя мозговой пушкой. 2. Та самая технокуртка, которая сливалась с его телом.

Слишком горячий парень

— Какого хуя тут… — опешил я, увидев до омерзения знакомые черты вторженцев.

Белая-синяя однотипная военная форма — что-то среднее между бронежилетом и скафандром — отвратительные зелёные рожи с отростками типа усиков на лысых черепах, мощное лазерное оружие и абсолютная беспощадность ко всему. Твари расстреливали всех без исключения, не только тех, кто противостоял им, но и мирных жителей, в панике бегущих прочь от войны. Не делали исключения ни для кого, ни для женщин, ни для стариков, ни даже для детей.

— Какой кошмар, — вторила мне Ева, развеивая структуру, защищавшую её от слишком сильного сопротивления воздуха при полёте, чтобы напрямую увидеть разрушения, настигшие крупнейший мегаполис страны.

Да, страдания города и его жителей, не успевших эвакуироваться, и правда были ужасны, но я имел в виду другое. Эти, как выразился Стэдман зелёные ублюдки, были хорошо мне знакомы — это же грёбаные флаксаны. Я уже отражал их вторжение в своём родном мире. Но ещё ведь слишком рано! Это должно было случиться намного позже, я собирался подготовиться к вторжению, заручиться поддержкой героев и предотвратить все эти смерти… Блядь! Какого хуя, они припёрлись так рано?!

И их чертовски много. Они словно мегаколония огненных муравьёв расползлись уже по всему городу и открыли не один, а множество порталов. В прошлый раз мы с отцом наткнулись на них в самом начале вторжения и не позволили зелёной чуме толком разбушеваться. Можно сказать, что в тот раз всё обошлось довольно легко, погибшие были, но не слишком много.

— Марк, сзади! — вскрикнула испуганно Ева, совершенно забыв про уговор называть меня по прозвищу в таких ситуациях.

Оглянувшись, я увидел, что к нам приближается тройка летательных аппаратов — флаксанские истребители — и первый из них уже открыл огонь из лазерных пушек на носу своего корабля, даже отсюда я мог видеть перекошенную в азартном оскале рожу пилота через куполообразное стекло.

Ева успела поставить щит, который с честью выдержал этот залп, но при этом покрылся сетью трещин.

Вот и первый пациент. Сейчас я устрою вам, твари, День Независимости.

Вылетев из-под щита, я рванул наперерез первому аппарату, тот вильнул испуганно вбок, но не смог избежать столкновения. Я даже успел насладиться скривившемся в недоумении и страхе выражением пилота, прежде чем, схватив корабль за крыло, ударить им в другой аппарат.

Может их техника и лучше земной, но для меня они всё ещё не прочнее картона!