Invincible! I'm Invincible!
Шрифт:
— Когда я родился, они попытались научить меня как быть таким же хорошим, как… — в этот момент, когда он уже почти дотронулся до Евы, испуганная, она отшатнулась и создала защитную стенку из уплотнённого воздуха, которая начисто отсекла кисть парню.
А вот это было некрасиво… он ведь ещё ничего тебе не сделал!
Но боль и потеря конечности совсем не встревожили «Двойку» — у него даже кровь из обрубка не потекла — и он продолжил свою речь с того же места, на котором остановился секундой ранее:
— Таким же как ты — дочь, что была идеальной в их
— Прости! Я не хотела! — запаниковала Ева во все глаза уставившись на последствия применения своих сил. Но ему не нужны были её извинения, он спокойно подобрал кисть с пола и продолжил обвинительную речь:
— Я снова и снова пытался воплотить в жизнь их идеальные представления о тебе, но провалился раз за разом, и они… возвращали меня в с сраную трубу! — Под конец он уже отбросил игру в спокойствие и холодность и перешёл на крик. — Для них у тебя не было недостатков, потому что они даже никогда не знали тебя! Как мог я соответствовать?!
Под конец он приставил свою кисть к обрубку, и она тут же приросла обратно. Но это была вовсе не регенерация, я думаю, он сам напрямую управляет молекулами и атомами своего тела, перестраивая их, по своему усмотрению — что подтверждает его слова, ведь это та самая способность, которой обладает и сама Ева. Правда она всегда говорила, что не способна управлять живой плотью, а вот «Двойка» таких ограничений явно не имеет.
— А теперь оказывается, что ты всё это время была жива. И ты именно так прекрасна, как они и говорили! — Он уже окончательно себя накрутил и впал в ярость, попытавшись ударить Еву, своей приращённой обратно рукой. — И я ненавижу тебя за это!
Так себе затея, ведь Ева уже довела свои способности до автоматизма и, конечно же, снова воздвигла между собой и нападавшим стену из уплотненного воздуха, об которую тот и расквасил свою руку, на этот раз практически в фарш.
— Мы все ненавидим, — добавил он, провожая снова отшатнувшуюся Еву взглядом. — Мелкие возможно ненавидят тебя даже больше, чем я. Но они не могут сказать тебе так много слов, ведь в отличие от меня они никогда не покидали трубу достаточно надолго, чтобы научиться говорить.
И они снова бросились в атаку на Еву, на этот раз всей толпой, но только лишь для того, чтобы калечить самих себя об воздвигнутый девушкой плотный защитный купол. В основном они преобразовывали собственные тела, наращивая мышцы, превращая руки в булавы, кувалды или лезвия. Самый мелкий так и вовсе превратился в облако сиреневого дыма, но только лишь для того, чтобы в таком состоянии переместиться вплотную к куполу, после он снова стал собой и выдохнул луч уплотненного сиреневого воздуха в купол Евы — и из всего, что они демонстрировали это было ближе всего к тому, что делала сама Ева.
И как мне поступить? Ситуация оказалась не такой простой. Детки, конечно, не правы, обвиняя во всех бедах Еву, ведь она не выбирала рождаться совершенным супероружием и быть спасённой своим отцом-создателем. Если уж кого и винить в их увечном существовании и ужасной судьбе, то именно его, ну и тех придурков, что пытались
— А ты как сюда пробрался? — Я поймал седобородого старика в белоснежном лабораторном халате, что тайком пробирался через завалы навстречу спешащим свалить с места разборок суперсемейки заложникам, про которых с появлением Евы все благополучно забыли. — Жить надоело?
— Пусти! — начал отчаянно вырываться неожиданно бойкий старик, когда я приподнял его над полом, удерживая за ворот одежды. — Я должен ей помочь!
— И чем ты поможешь Саманте? Станешь заложником в руках её противников?
— Я… — он хотел было что-то возразить, но видимо и сам понял контрпродуктивность своих действий — учёный же всё-таки, должен уметь мозгами пользоваться. — Я что-нибудь придумаю. Подожди, ты знаешь её имя? Знаешь её тайную личность? Кто ты вообще такой?
— Слишком много вопросов сразу… но да, я супер, и я знаю Еву.
— Тогда ты должен помочь ей! Я не могу этого сделать, но сможешь ты… они же сейчас пробьют барьер!
Всё это время жуткие супер-братья и супер-сёстры Евы продолжали долбиться об её купол и их усилия наконец начали приносить плоды — стены потрескались.
— Спокойней, дедуля, её там уже нет. — И подтверждая мои слова, Ева выскочила из тоннеля под полом, который проделала своей силой.
После чего поспешила спрятаться от нападающих за стеной рядом с нами и… начала молиться.
— Дорогой Бог, — сложив в просительном жесте руки обратилась она к потолку, не замечая нас, стоящих с другой стороны укрывшего её проёма. — Я была хорошей девочкой в этом году. Пожалуйста замени эти страшных детишек на пять маленьких КиллКенненов и я не буду больше ничего никогда просить всю свою жизнь!
— Ева! — пока я придумывал остроумную шутку, привлёк внимание Саманты старик. Козлина, испортил момент — это же первое впечатление, у меня был шанс показать себя в наилучшем свете!
— Док? — Под взглядом у шокированной Евы, я поставил её создателя на пол. — А ты? — она перевела недоуменный взгляд на меня.
«Думай, Марк, думай, срочно нужна остроумная шутка, ещё не всё потеряно!»
There is no hero here to save you
— КиллКэннонов увы не осталось, — сострил я. — Но зато есть немного меня — а это значительно лучше.
— Чего? — не уловила суть Ева… а я так старался: связал свою шутку с её молитвой, мд-а.
— Да забей и-и-и лучше пригнись, — в этот раз она сразу поняла о чём я, да и трудно не понять, когда тебя несутся с яростным воплем: «Не спрячешься!»
Он как будто специально подсказывает ей, чтобы она ненароком не попала под смертельный удар…
Ева прижалась к полу, вооружившись подвернувшейся под руку железной трубой, а стена у неё над головой взорвалась кучей ошмётков, под ударом стального кулака её братца. И это не просто слова — рука парня и впрямь от локтя до пальцев превратилась в сплошной кусок стали.