Инвиктус
Шрифт:
Агент Бюро не просто предупредил Корпус. Он лично принял участие в рейде! Должно быть, его телепортационная система перезагружалась, потому что, когда Элиот попыталась увильнуть от Аккермана, он возник перед ней снова, как из-под земли, словно сказочный бобовый стебель. Девушка заметила на его рукаве кровь, к которой он, похоже, намеревался добавить новую струйку.
— Внимание! — пронзительно закричала Имоджен. — Впереди злодей!
— Отведи меня к мальчишке, и покончим с этим! — прорычал агент Бюро.
У Элиот имелось замечательное ругательство на идиш: A zisn toyt zolstu hobn a trok mit tusker zoldid iberforn.
Оставалась только телепортация.
Она прыгнула, и случайная комбинация координат унесла возмущенный крик Марина. Элиот оказалась в совершенно другом месте. Ухоженные дорожки, живая изгородь в утренней прохладе, дополненной солнцем и тихим пением птиц. Сад, в который попала Элиот, казался тихим местом, в котором хорошо предаваться философским размышлениям. В любое другое время она присела бы возле фонтана с мраморным павлином и забылась под журчание струйки, льющейся из клюва птицы в бассейн.
Но отдохнуть не удалось, потому что через пять секунд гравий захрустел под еще одной парой ног. Воздух пронизала электрическая дуга, и возле плеча Элиот снопом рассыпались искры. Стрелял Аккерман. Она бросилась в кусты, собрав ногой целую коллекцию шипов. Ничего еще не потеряно. Но ничего пока что и не спасено. Агент Бюро материализовался перед ней, заставив пятиться.
Это уже не погоня. Ее загнали в угол.
— Можешь отключить эту штуковину, которая служит твоим маяком? — спросила Имоджен.
Элиот увернулась от второго разряда агента Аккермана, телепортировавшись на другую сторону сада.
— Не знаю. Вера, отключи маяк.
Не в состоянии исполнить, ответил компьютер. Передача файла «Гори, крыса» выполнена на 93 %.
Et tu, Вера? Интерфейс хотел, чтобы Бюро мультивселенной отслеживало ее. Пока Вера остается с ней на связи, Элиот будет движущейся мишенью. Прыгай, не прыгай — из перекрестья прицела не выскочишь. Отключить интерфейс — тоже не выход: прервется связь Элиот с «Инвиктусом», и у нее не будет возможности убегать от Аккермана.
На той же стороне сада, где находилась Элиот, появился, размахивая станнером, агент Аккерман.
Она наугад изменила координаты.
Разряд ударил в стену с фресками, но девушки там уже не было.
Сад исчез, и Элиот оказалась… в подземелье. Окутанная сырой тьмой, она почти ничего не видела, кроме огоньков масляных ламп, висевших вдоль стен туннеля. Они давали больше тепла, чем света, в нос бил запах фекалий, мочи и крови. Сверху доносился гул, усиливая шум в голове и тошноту, появившуюся после двух предыдущих прыжков. Изнутри поднимался ком слюны; она сделала несколько неуверенных шагов по
Элиот увидела станнер Аккермана раньше, чем заметила его самого. Электрический скипетр вспыхнул трескучим светом, ярче любого факела осветив клетки со львами. Значит, они под Колизеем. Звери кругами ходили за решетками — сплошные мускулы в шкурах цвета меда, зевали, обнажая ряды клыков. Одна из больших кошек заревела.
Услышав этот звук, агент Аккерман замер. Элиот телепортировалась ему за спину и исхитрилась ударить сзади под колено. Аккерман завопил, звери зарычали, готовые вступить в бой — клыки на изготовку, взять его! Второй удар пришелся уже в воздух. Подражая Элиот, цель испарилась. Она сделала два быстрых шага вперед, проскочив в сантиметрах от того места, где только что находился Аккерман.
Разбег, прыжок — баня. Разбег, прыжок — поле. Разбег, прыжок — храм. Куда бы Элиот ни попадала, агент Аккерман появлялся через пять секунд, автоматически привязанный к ее координатам. И отделаться от него не было ни малейшего шанса.
— Я больше не могу, — прохрипела Элиот после седьмого прыжка. Ее тело не привыкло к столь частым трансформациям. Сама себе она напоминала тряпичную куклу с болтающимися руками и ногами. — Если он попадет в меня, мне конец.
— Можешь прыгнуть в другое время? — спросила Имоджен.
— Бесполезно. Если даже поможет, то ненадолго. — Элиот могла получить передышку, но последствия были бы такие же, как при отключении Веры — Гай не смог бы попрощаться с Эмпрой, память «Инвиктуса» не преодолела бы поворотную точку. И, что еще хуже, агент Бюро мог найти путь в следующую вселенную и убить нового Фара. С контрсигнатурой или без нее. Кто бы мог подумать, что человек с дурацкими перьями на шляпе так опасен?
— Это прекратится, если только он остановится.
44
ВМЕШАТЕЛЬСТВО. ВОЗМОЖНО, НЕ БОЖЕСТВЕННОЕ
Рекордер Эмпра Маккарти сидела на трибуне амфитеатра Флавиев, обнимая руками круглый живот, выпирающий из-под столы цвета индиго. Вокруг кипел и бурлил Колизей. Весь день, с того самого момента, как она проснулась в своей капсуле, складывался не так, как надо. Голова была словно в тумане, и по пути сюда от «Аб этерно» она приняла какого-то человека, читавшего на стене объявление о раздачах, за своего бывшего жениха Эдвина Марина. Эмпра даже замедлила шаг и чуть не окликнула его по имени, но потом сообразила, что год для него неподходящий, да и выглядит незнакомец пожилым — серебристые виски, лет на двадцать старше Эмпры.
Значит, показалось. Мысли всплывали нечеткие, ее подташнивало, голова кружилась. То ли побочные эффекты беременности, то ли разбитое сердце, то ли гомон толпы так действовали — Эмпра не могла сказать наверняка. Скорее всего, троица этих факторов слилась воедино, когда она скорбно смотрела на песок расстилавшейся внизу арены.
Второго незнакомца, присевшего рядом с ней на скамью, Эмпра заметила, только когда он заговорил.
— Cruenti sunt ludi. Oculo intimo spectare non sapiat.