Инвазия 3
Шрифт:
— Нет, — покачал головой Смит.
— В смысле «нет»?
— Нет — означает нет, что тут непонятного? Я не дам тебе никаких допусков. Корабль выполнит свою задачу или погибнет, как и я. Мне жаль, но по правилам все вы подлежите ликвидации. Прямую угрозу в виде Фаллоу ты устранила, спасибо. Но и ты, и твой друг Фрэнк, и Браун, мой коллега, и даже доктор Санчез, и все эти невиновные ни в чем люди должны умереть. А я — вернуться на базу и сесть в изоляцию, передав предварительно информацию об угрозе. Либо, если угроза будет сочтена
— Но…это глупо! Так нельзя! Ты ведь не заражен! У тебя есть полезная информация. Ты сам важен, ведь знаешь, как сражаться с Дэворарами… Не будь упрямым кретином!
— Такова судьба. В конце концов, об угрозе Дэвораров руководство в курсе, так что если никто не вернется с задания — будет и так понятно, что делать дальше.
— Ладно. Я тебя услышала, — зло бросила Элен.
С этими словами двери в рубку распахнулись. Смит не питал иллюзий, для этого он был слишком опытен. Если с врагом нельзя договориться — его уничтожают. Сопротивление в данном случае практически бесполезно.
Но вместо влетающей гранаты или входящей в помещение Элен двери просто остались открыты. Она решила с ним поиграть? Очень зря. Все-таки хозяин корабля он, и если у него будет шанс…
— Не обольщайся. У тебя ровно одна дорога — до эвакуационной шлюпки. И времени примерно сорок секунд. Никуда более ты попасть не сможешь. Я не собираюсь становиться тобой, убивать, потому что «так надо». Вали отсюда, «мистер Смит»!
Не слишком то веря в такую удачу, он вышел в коридор. Интуитивно он ждал удара в спину, но…ничего не произошло.
Что ж. Пожалуй, у него остался только один выход. Подобный финт известен лишь тем, кто долгое время служил в рядах «Мизерикордии». Никто посторонний об этом не знает.
Именно на такой случай, как сейчас, почти во все корабли «Мизерикордии» встроена система ручного запуска самоуничтожения корабля, дабы секреты не доставались никому, и сейчас Смит эту самую систему запустит.
Глупая, хоть и благородная девочка. Жаль, что так сложилось…
Смит прошел по коридору, практически до самого эвакуационного шлюза, когда корабль внезапно дернулся, и пол коридора встал на дыбы. Удар был такой силы, что со стен посрывало все незакрепленные предметы, а свет начал мигать, как на дискотеке.
Когда же лампочки, наконец, прекратили свою пляску, начали гореть ровным светом, то взгляд Смита сразу же зацепился за искореженные и перекошенные стенки с правой стороны коридора. Похоже, что в «Трейсер» таки попали хорошо.
— Смит! Если ты еще цел, то учти, у тебя совсем не осталось времени. Активация системы самоуничтожения, которую я, кстати, отключила еще до того, как выпустить тебя из инженерной рубки, уже не запустится. Мы только что потеряли левый двигатель. Реактор перегревается. Я попытаюсь сейчас направить то, что осталось от корвета, в район, откуда был пуск. Не вздумай мешать мне!
Вряд ли сейчас она врет.
А, черт! Рик! Рик мог сказать…
Что ж, тогда остается и впрямь только эвакуироваться. В конце концов, задачу он выполнит. А в том, что корабль и торпеда рухнули на поверхность луны, что корабль так и не удалось уничтожить — его вины нет.
Так, а сейчас рывок ручки, с помощью которой можно открыть шлюз. Двери нехотя расходятся, и…
Твою же мать! Капсула повреждена! Да чего там — она попросту уничтожена. Здесь не осталось ничего — оборудование всмятку, порванные провода искрят, на полу какие-то обломки…
Черт! Сбежать шансов нет.
А раз так…
Нужно вытащить девку отсюда. Нужно добраться до «Буревестника», которым может управлять только она, и на нем отправиться к планете. Но как убедить сейчас Элен спастись? Девчонка явно решила стать камикадзе.
Смит развернулся и побежал по коридору. Наверняка Элен уже разогнала звездолет для тарана, и времени было в обрез.
Он, задыхаясь, добрался до мостика, да только двери не желали открываться. Ни коды, ни приказы, ни грубое механическое воздействие эффекта не дали.
— ЭЛЕН! ЭЛЕН! Открой дверь! Нам нужно поговорить! — отчаявшись, заорал Смит, тут же спохватился и принялся орать, уже включив рацию.
Молчание. Абсолютное. Похоже, что агентесса отключила связь.
— Смит? Это ты, Смит? — черт, ее голос прозвучал для него лучше любой музыки.
— Я! Элен, я сейчас передам тебе права полного доступа. Запускай заряд, не надо гробить корвет!
— Слишком поздно. Даже если бы я была настолько дурой, чтобы поверить — сейчас слишком поздно. Я отключила ИИ, и корабль идет на ручном управлении. Надеюсь, подрыва реактора при ударе хватит, чтобы инициировать вашу бомбу…
— Нет, Элен! Не делай этого! Ты еще можешь спастись!
— «Можешь спастись»? — Элен прямо-таки фыркнула. — Ты что, думал, что я тут решила самоубиться? Ну, уж нет! Я сваливаю. Надеюсь, «Буревестник» сможет снова взлететь.
— ПОДОЖДИ! Элен! Я на борту! Я…я не могу воспользоваться капсулой.
— Тогда на твоем месте я бы уже бежала со всех ног к ангару, к «Буревестнику»…
— Что? Ты не на мостике?
— Давно нет. Поспеши. Ждать не буду… — внезапно появившиеся в эфире помехи забили ее дальнейшие слова.
Через доли секунды причина сбоя стала понятна. Корпус корвета пробит насквозь, пульсирующее копье лазерного огня закончило свой путь где-то внутри корпуса, очень близко от рубки — даже через скафандр Смит ощутил волну жара.
Обернувшись, он понял, что в целом уже может и не торопиться. Потолок коридора, ведущего к ангару «Буревестника», расплавленным потоком выливался на пол, заодно полностью блокируя снаружи двери.
— Элен! Элен, ты меня еще слышишь?
— А! Чер…! Г…е ты…ам?