– Лёнечка, привет, мой дорогой! Как же я давно тебя не видела!
Она подошла ближе, и Лёня ответил:
– Здравствуйте, как вы тут? У вас всё хорошо?
– У меня-то хорошо! А ты как? Как здоровье?
– Да, всё нормально.
– Как учёба?
– Учёба нравится, сдаю зачёты, – соврал я, потому что мне побыстрей нужно было взять деньги и уходить.
– Понятно,
ну это хорошо. Скоро выучишься, будешь работать. А как там на личном фронте? Невесту ещё себе не нашел?
– Нет. Думаю, рано мне ещё невесту искать.
– Ну ещё чего, я вот, в девятнадцать уже родила. Как раз у тебя возраст нормальный. Все мальчики уже с девушками в твоём возрасте гуляют.
– Мне всё равно, – безразлично сказал я.
– Ну ладно, не обижайся, – улыбаясь, сказала крёстная, – а как там мама?
– Мама нормально… Я вот почему пришел… Не могли бы вы мне денег дать хоть немного, а то маме зарплату ещё не дали, а у меня закончились.
– Ой, конечно могу, ты же мне как второй сын.
Крестная достала кошелёк, достала пару купюр и протянула Лёне:
– Вот держи.
– Спасибо.
В этот момент её позвали. В кабинете что-то случилось и нужна была помощь. Крёстная поцеловала Лёню в лоб и убежала, развернулась около двери, ещё раз помахала ему и зашла в кабинет.
Лёня вышел на улицу, пересчитал деньги, этой сумы хватало примерно на десять пачек. Магазин был недалеко отсюда, он пошёл, купил сразу две пачки красного «Мальборо», пирожок и маленькую бутылку сока. Перекусив на лавочке возле магазина, он наконец-то закурил. Он сидел и прямо наслаждался этой долгожданной сигаретой, курил медленно, пускал дым кольцами, на мгновение он был доволен.
Докурив сигарету, он сразу вспомнил про убийство и про свой план. На магазине были электронные часы, которые показывали 14:22. Нужно было заехать к Саше и потом сразу в больницу.
Глава 4
Я сидел в троллейбусе и уже подъезжал к дому Саши. Троллейбус был забит студентами, которые ехали с учёбы, они разговаривали
о парах, слушали музыку в наушниках. Некоторые выходили на остановках и перебегали в другую дверь, когда к ним подходил кондуктор – они ехали зайцем, экономили деньги. Большинство людей ехало стоя, я сидел, так как сел почти на первой остановке. Мне нравится ездить в троллейбусах, особенно, когда сидишь. Сидишь себе, смотришь в окно, мечтаешь, мимо проезжают машины, по тротуарам идут люди: кто-то медленно, кто-то спешит на работу или в гости; кто-то гуляет со своей второй половинкой, кто-то прогуливается с собачкой – это всё создаёт целую картину жизни этого сумасшедшего города. А ведь кто-то из этих прохожих завтра может умереть, или даже через час, или даже через пару минут, но они совершенно не подозревают об этом. Мало кто думает о смерти, мне это совершенно непонятно, ведь все понимают, что когда-то они умрут, но при жизни не думают об этом. Странно, очень странно. Незнание этого самого дня – дня, когда всё обрывается; когда закрывается ширма; когда гаснет свет и наступает вечная темнота; незнание того, когда это произойдёт, создаёт ощущение бессмертия; ощущение, что всё это будет длиться вечно; что люди, которых вы любите будут с вами всегда, и весь мир – всё, что вокруг вас будет таким же, как и в данную минуту вашей жизни. Но ведь это не так, наш мозг обманывает нас. Но зачем? Из-за этого многие люди живут в незнании. Наша жизнь напоминает мне роман Набокова «Приглашение на казнь» – когда главного героя приговорили к казни, закинули в тюрьму, но не говорили, когда наступит этот день, а потом просто застали его врасплох. А ведь нам с первой минуты нашего существования выносится смертный приговор, потом кидают нас в тюрьму под названием «жизнь» и держат в неведении. Ну, и в финале всё как в том романе – смерть застаёт нас врасплох. Только вот главный герой думал об этой казни каждый день, а мы – нет. Почему всё у нас так странно? И всем как будто всё равно, что они умрут. Не понимаю…