Интервьюировать Торна
Шрифт:
Переворачиваться, да и вообще подавать признаки жизни резко перехотелось. Я затихла, осматривая комнату из-под опущенных ресниц.
— Я помню, — буркнул Джейсон, поднимаясь с кровати. — В чем дело?
— Мы подготовили отчет по вашему вопросу. Сейчас…
Остальное я уже не слышала, потому что Торн отошел слишком далеко, а затем и вовсе вышел из спальни, прикрывая за собой дверь.
Игнорируя боль в раскалывающейся голове, я подскочила, подлетев к выходу в гостиную, и аккуратно нажала на дверную ручку, надеясь, что она не скрипнет. Оставив
— Да, я помню… Послушайте, я благодарен за работу, но мне не нужны эти материалы… Успокойтесь, я заплачу вам полную сумму! Отправьте мне информацию только о Робе Элмерзе. Отчет о Харли Агрест можете удалить.
Меня бросило в холодный пот, причем на этот раз не из-за похмелья. Именно Роба я обвинила в сталкерстве, когда отчаянно пыталась объяснить, зачем мне нужно переодевание в мужчину. Торн нанял частного детектива, чтобы узнать все о нем. Нет, не так. Он нанял детектива, чтобы узнать все обо мне. О несуществующей Харли Агрест. И обманывать себя не стоит — моя липовая история не выдержит проверки профессионалами своего дела. Я до сих пор здесь нахожусь только потому, что у Кинга есть более важные дела, чем копать под мою несчастную задницу. Остается только вопрос о том, почему Торн приказал уничтожить все материалы обо мне?
Услышав, что Джейсон уже не говорит по телефону, я на спринтерской скорости метнулась обратно к кровати, укрываясь одеялом. Вовремя. Не успело мое дыхание прийти в норму, как в спальню зашел Торн.
— Можешь открыть глаза, я знаю, что ты не спишь.
Разлепив веки, я увидела Джейсона, который стоял, сложив руки на груди и опираясь плечом на дверной косяк. Еще и ухмылялся при этом. Никакого сочувствия к ближнему! Глаза я, конечно, открыла, а вот начать говорить оказалось непосильной задачей, поэтому я промычала что-то нечленораздельное.
— А вчера ты была разговорчивее, — протянул он, заставив мое сердце снова пуститься в бешеный пляс.
Я ведь не могла вчера рассказать ему? Или могла? Вроде бы я помню все, что творила. А лучше бы страдала провалами в памяти как все нормальные алкоголики. Но нет, моему мозгу ведь нужно в точности запомнить все моменты моего позора!
— Что я говорила? — осторожно спросила я, хриплым голосом.
— В основном просвещала меня об особенностях Гарри Поттера и отвешивала комплименты, — хмыкнул Джейсон. — Меня интересует другое. Тебя кто-нибудь видел в таком состоянии?
Поток нецензурных ругательств, звучащий у меня в голове, мог спровоцировать панику и массовые беспорядки в отдельно взятом городе, если был бы озвучен.
— Н-нет, — пропищала я, пытаясь накрыться одеялом с головой. — Вроде бы…
— Вроде бы? Ты не помнишь?
— Помню. Меня никто не видел, — сказала я уже увереннее.
Не видел. Но явно слышал. Воспоминания о том, как я кралась по еще не спящему особняку с несколькими пачками чая, разговаривая сама с собой и рассказывая, какой замечательной преподавательницей прорицаний я могла бы стать, заставили окончательно
— Уже легче. Ладно, приводи себя в порядок. День сегодня тяжелый, но счастливый. Сегодня вечером моя мать должна уехать, — произнес Торн почти счастливым голосом.
***
Работать, имея все признаки похмельного синдрома, нелегко. Делать это с мыслями о том, что мне по-прежнему нужно поговорить с Джейсоном и увидеть разочарование в его глазах — невыносимо.
Дорогой дневник, мне не передать всю боль, которую пришлось пережить, притворяясь, что я не собираюсь сдохнуть в ближайшие пять минут.
С одной стороны умирать молодой и красивой было обидно, с другой — явно в стиле рок-н-рола. Эх, жаль только, что я в «клуб 27» не попадаю — мне до него еще пару лет. Впрочем, как бы мне не хотелось обратного, я пережила этот рабочий день. Перспективы войти в «клуб 27» снова замаячили на горизонте.
Пытаясь всеми силами избегать встречи с Бульдозером, я засела в комнате Джейсона сразу же, как только освободилась. Лучше пропустить ужин, чем попасть на получасовую лекцию о репродуктивном здоровье. А я была уверена, что такая лекция будет, учитывая, что Алисия должна уехать уже через несколько часов.
Впрочем, переждать в тишине и спокойствии не получилось. Уже через пятнадцать минут в комнату влетел Джейсон и, что очень нетипично, запер за собой дверь.
— Я думала, ты будешь провожать Алисию, — удивилась я. — Что ты здесь делаешь?
— Прощаться с моей матерью лучше по телефону. Так что я прячусь, — выдал Торн. — А ты?
— Тоже, — признала я.
Повисло тяжелое молчание. Точнее, тяжелым оно было только для меня. Джейсону, кажется, было вполне уютно, а вот я пыталась собраться с духом.
Давай, Агнес, подходящего времени никогда не будет. Это все равно придется сделать, так что лучше не оттягивать. Чем дольше ты молчишь, тем хуже будут последствия. Хотя куда уж хуже…
— Джейсон… — робко начала я. — Прости, что тебе пришлось вчера наблюдать это, — я неопределенно махнула рукой в сторону ванной комнаты.
— Ты о своем неожиданно проснувшемся таланте прорицателя? — рассмеялся он. — Не переживай. Если бы ты видела, что творит Кинг, когда напивается, то поняла, что твои развлечения чисты и невинны.
— Даже представлять не хочу, — передернула я плечами. — Послушай, я ведь не просто так решила уничтожить твои запасы вина… Дело в том, что я… я…
Мои тщетные попытки выдавить из себя предложения были прерваны неожиданным стуком в дверь. Мы с Джейсоном подскочили, испуганно уставившись в сторону выхода из комнаты. Черт, нужно было не просто дверь запереть, а установить баррикады!
— Джейсон, — раздался за дверью голос Бульдозера.
— Мне кажется, что-то в нашем плане изначально было не так, — прошептала я. — Я не уверена на сто процентов, но когда-то слышала, что прятаться нужно в тех местах, где тебя не будут искать.