Интервьюировать Торна
Шрифт:
— Но я же… я…
— Успокойся, Харви. Я не стану претендовать на твою девственность.
В этом-то и проблема!
— А можно меня к кому-нибудь другому подселить? — с надеждой спросила я.
Вдруг мне повезет, и здесь все же остановился клоун…
— Нельзя, — отрезал Торн. — Я же должен обеспечивать безопасность своему ассистенту. А что будет, если ночью неизвестные захотят тебя похитить? Или хуже! Начнут домогаться, — было видно, что он откровенно смеется надо мной. Вот только мне было не до смеха.
Агнес,
Так, почему я не могу спать с Торном в одной комнате? Я страдаю лунатизмом? Не пойдет, скажет, что будет охранять мой сон и не даст выйти в окно. У меня расстройство сна и я не могу заснуть рядом с посторонними? Прокатило бы, если бы я не отрубилась в самолете, причем прямо на нем.
Пока я судорожно прикидывала варианты, Джейсон уже довел меня до номера, который нам выделили и, открыв двери, отвесил шутливый поклон, приглашая внутрь. Вот я и поняла, что чувствуют люди, которые взбираются на эшафот.
Пройдя на середину комнаты, я застыла, комкая в руках насквозь мокрый пиджак и продолжая обдумывать открывшиеся передо мной перспективы и уже всерьез присматриваясь к окну, как к альтернативному пути отхода. Конечно, мы находились на третьем этаже, а пожарной лестницы видно не было, но все же выйти в окно казалось более заманчивой перспективой, чем предстать перед Торном без бороды.
Задумавшись, я пропустила момент, когда мой работодатель отбросил в сторону свой мокрый пиджак и начал расстегивать пуговицы на рубашке. Но как только он оголил ключицы, фокус моего внимания сместился, концентрируясь на действительно важных вещах.
— Ч-что ты делаешь? — дрожащим голосом спросила я, наблюдая, как из-под рубашки проглядывают грудные мышцы, кубики пресса, косые мышца живота…
— А на что это похоже? — выгнул бровь Торн. — Раздеваюсь, — хмыкнул он, сбрасывая с плеч рубашку.
Не знаю, что было хуже — видеть, как кубики пресса проглядывают через расстегнутую рубашку или лицезреть его тело вообще без ничего. Но когда он потянулся к ремню, я поняла, что первый вариант все же более предпочтителен! Все что угодно за то, чтобы он не снимал брюки. Я и так не могу оторваться от его пресса, завороженно наблюдая за тем, как мышцы перекатываются под кожей.
Черт! Вот надо тебе передо мной раздеваться? Именно сейчас, когда я даже трусы сменить не могу!
— Тебе бы тоже не помешало раздеться, — заметил он.
— Нет, спасибо, мне и так неплохо.
— В чем дело? Стесняешься меня? — уголок его губ искривился в легкой усмешке.
— Нет, — запротестовала я. — Просто…
Я так и не придумала что ответить. Впрочем, Торн не нуждался в моих оправданиях. Нарочито медленно пройдясь взглядом по моей фигуре, он хмыкнул.
— Я бы не советовал тебе ходить в мокрой рубашке. Можешь заболеть. Да и повязки твои наверняка нужно сменить на сухие, — он криво улыбнулся, задерживая
Кровь в одно мгновение отхлынула от головы, оставляя звенящую пустоту и почти неконтролируемую панику. Медленно опустив взгляд вниз, я увидела мокрую белую рубашку, которая прилипла к телу и стала почти полностью прозрачной. Сквозь ткань отчетливо было видно, сколько на мне намотано эластичного бинта.
— Я… я…
Оправдываться было нечем. Поэтому я решила поступить так, как советовали Макиавелли и Сунь-Цзы — совершила тактическое отступление. Взвизгнув, я швырнула в Торна свой пиджак и вылетела из комнаты. Несмотря на кровь, шумевшую в ушах, я все же услышала за спиной удивленное:
— Харви?!
Меня сейчас точно убьют! Нужно сваливать и очень срочно. Ну ее нафиг эту статью, проживу без нее. И даже все желания девочек выполню. Это все равно лучше, чем то, что мне грозит.
— Харви, не заставляй меня за тобой бегать! — послышался сзади голос Торна, причем намного ближе, чем мне хотелось бы. А я ведь думала, что скоро новый рекорд по скоростному бегу поставлю. И чего он такой быстрый, зараза!
Свернув за угол и увидев, что в конце коридора только тупик, а вовсе не лестница, которая ведет на выход, я продолжила бежать, но на этот раз судорожно оглядывалась. Наконец, мне повезло. Я увидела дверь с надписью «служебное помещение». Подлетев к ней, я со всей силы дернула на себя ручку. Дверь поддалась, распахиваясь и ударяясь о стену.
Продолжая пребывать в почти неконтролируемой панике, я протиснулась внутрь помещения, которое оказалось кладовкой для швабр, закрывая за собой двери и даже проворачивая замок, который каким-то чудом здесь оказался.
Господи! Пожалуйста, пусть Торн меня не найдет! Я завтра же отправлюсь в посольство, уеду домой, займусь своей привычной работой, и больше никогда не буду жаловаться на то, что она скучная.
Но мои молитвы, как всегда, остались неуслышанными. Тяжелые шаги приближались, и затихли как раз перед той дверью, за которой я пряталась.
Сердце бешено колотилось, по лбу градом бежал холодный пот, руки дрожали, а полноценный вздох сделать не получалось. Возможно, из-за тугой повязки на груди. Но скорее всего, из-за паники. Ну вот и все! Ручка заходила ходуном, а затем послышался весьма несдержанный стук, от которого дверь грозила слететь с петель.
— Открывай! — послышался за дверью разъяренный голос Торна. — Можешь не притворяться, я знаю, что ты там!
Кажется, сейчас меня раскроют, и настанет конец короткой жизни Агнес Харди! Ну как? Как я могла быть настолько неосторожна? А главное — как у меня вообще хватило мозгов ввязаться в эту авантюру?
Интересно, сколько я смогу здесь просидеть? Вообще, рядом со швабрами не так уже и плохо. А что, совью здесь гнездо, буду жить в тишине и спокойствии. Но дверь, которая в очередной раз заходила ходуном, дала понять, что отдохнуть я смогу разве что на том свете, куда рискую попасть очень быстро.