Интерферотрон Густава Эшера
Шрифт:
— Верно. А воевать приходилось на той стороне, которая хватала меня за шкирку и тащила в бой. В разное время это были, по-моему, все. Стоило мне только втихую дезертировать и, подделав документы, осесть в неприметном месте, хоть на другой планете, как тут же меня опять брали в оборот. Я убегал раз десять, наверное, и всякий раз меня забирали как новобранца — меня, ветерана-штурмовика! Заново всему обучали — я, естественно, прикидывался ничего не знающим и не умеющим. Так, покочевав из одной армии в другую, набрался некоторых знаний
— У меня приблизительно то же самое, — рассмеялся Макналти. — Но последнюю войну я закончил с Южной коалицией.
— А я — с Северной!
— А начинал с кем?
— С южанами!
— А я — с северянами! Оба расхохотались.
— Интересно, почему мы с тобой до сих пор не говорили об этом? — спросил Густав.
— Во-первых, опытные штурмовики приучены держать язык за зубами. Во-вторых, все затмил твой интерферотрон — кстати, не хочешь попробовать его здесь?
Густав остановился, посмотрел по сторонам, но нигде не увидел просветов.
— Если мы и разгоним тучи, то хватит этого ненадолго. Я просто не успею запустить машину. Не думал, что здесь будет такая шизофрения, знал бы — оставил интерферотрон дома.
— Ладно, дойдем до конца поселка, а если Богенбрума нигде не будет видно, тогда поневоле придется включать машину, пусть хоть полдня пляши вокруг нее. Я могу подключиться к настройке среды, ты только объясни как.
— Хорошо, Стив. А что это там, в развалинах?
Они подошли к полуразрушенному зданию казино и увидели торчащие из-под кусков стены волосатые мускулистые ляжки. Густав мечом сдвинул обломки в сторону; оказалось, что ноги заканчиваются копытами.
— Похоже, это не Франц, — заключил Эшер. — Просто удивительно, до чего элементариев тянет ко всяким злачным местам.
— А что это была за карта, которую ты бросил в старушку? — поинтересовался Стив.
— Обычная семерка посохов. С моими наставлениями. Действует в основном на астральные силы, хотя, как видишь, нас тоже порядком встряхнуло.
— Я в таких случаях пользуюсь тройкой чаш. Помню, было дело в Карпатах. Нас тогда бросили на сильно заговоренный участок, элементалы попались ну просто бешеные…
Под рассказ Стива они проделали остаток пути до церкви. Храм Святого Обрезания Господня представлял собой древнее сооружение, пережившее все войны, но заброшенное еще с XXI столетия ввиду отсутствия прихожан и священников. Постройку можно было датировать серединой XVI века, судя по конкистадорам, вылезшим из могил и бродившим между крестов и склепов.
— Ну вот, в точности как тогда в Карпатах, — сказал Стив. — Там, правда, приходилось делать поправку на православие. А ты с католиками работал?
— Да, попадались. Только, боюсь, ситуация здесь будет посложнее, чем в карпатском замке, — Эшер сосредоточенно принюхался. — Мне что-то тут совсем не нравится.
— Брось, Густав. Где наша не пропадала, — Стив достал торсионный аннигилятор и перевел
— Не думаю, что это здесь поможет, — Густав в задумчивости остановился у ворот невысокой церковной ограды. Конкистадоров насчитывалось штук десять; у всех на боку была шпага, кости их желтели сквозь лохмотья и сухо постукивали с каждым шагом.
— Почему? — изумился Стив. — По пять на одного. Мы их уделаем как младенцев.
— Дело не в них, — Густав, приподняв край шлема, почесал подбородок. — Это всего лишь наружная сигнализация. Посмотри наверх.
Стив поднял голову и увидел, как к шпилю церкви из туч плыли светящиеся бледно-зеленые сгустки. Достигнув креста, они растекались по нему, из-за чего тот вспыхивал таким же цветом, а потом опускались вниз, по крыше, исчезая внутри здания.
— Что будем делать? — спросил Стив. — Неудобно как-то оставлять знакомого в беде. Похоже, он там, в церкви.
В подтверждение этих слов из храма донесся сдавленный крик, очень похожий на голос Богенбрума.
— Конечно, неудобно. Более того, противоречит кодексу чести штурмовика, — со вздохом Эшер достал свой торсан, взвел его и переложил в левую руку, а в правую взял меч. Макналти сделал так же. Концом меча Густав отпихнул калитку, и ее протяжный ржавый скрип, а может быть, совпавший с ним удар молнии и душераздирающий гром привлекли внимание нескольких конкистадоров, с необычайной резвостью примчавшихся к воротам.
— Ух ты, какие шустрые, — удивился Стив. — Не иначе, новой смазкой натерлись.
По ту сторону калитки стояло уже шесть скелетов. Обнажив шпаги, они уставились пустыми глазницами на чужаков. Эшер сделал Стиву чуть заметный знак, и приятели стремительно разбежались вдоль ограды на небольшое расстояние друг от друга, а потом запрыгнули на нее. Скелеты, повертев черепами, разделились на две группы и побежали к пришельцам. Блеснуть искусством фехтования никому не пришлось: Стив и Густав моментально перестреляли конкистадоров из торсанов. К забору подбежали остальные призраки, но и от них после нескольких вспышек остался лишь легкий дымок.
До церковных дверей оставалось ярдов семьдесят, пройти которые нужно было через открытую лужайку. Эшер и Макналти, сохраняя между собой прежнюю дистанцию, легкой трусцой побежали от ограды. Но не успели они сделать и десяти шагов, как земля под ними судорожно затряслась, а в грунте появились трещины, из которых вырвались дым и пламя. Бежать или стоять на лужайке было невозможно, поэтому Стив с Густавом предпочли ретироваться за ограду, на безопасное расстояние. Вибрация продолжала нарастать, усилившись настолько, что колокол в очередной раз зазвонил, а остатки ближайших домов, уцелевших после взрыва пиццерии, окончательно рассыпались. Эшер жестом дал понять Стиву, что надо отходить еще дальше. Макналти кивнул, и они отбежали на противоположную сторону улицы, где залегли в кустах.