Интенсивность

Кеньон Шеррилин

Гнев и злоба питали его силы. Делали его безжалостным и сильным. Съедали его волю и оставляли уязвимым для плохой стороны его демонических способностей. Если оставить его слишком долго среди подобных людей, он может потерять контроль и превратиться в полномасштабного демона…

Да, это была ужасающая мысль.

И это было последнее, что кому-либо было нужно.

Ник тяжело сглотнул.

— Я с Сими.

— Вы в безопасности?

— Определенно. Здесь полиция не сможет меня достать.

— Хорошо.

Оставайся там, я позвоню и скажу, где нас встретить, чтобы мы с этим разобрались.

Ник повесил трубку и покачал головой, пытаясь разобраться в этом безумии. Но это было невозможно.

Алан и Тайри были мертвы. Как? Хотя они и правда, как известно, тусовались с плохими ребятами и делали то, чего не следовало делать, но его это все же шокировало. Когда-то они были неразлучными друзьями, которые поддерживали друг друга, несмотря ни на что.

Блин…

— Ты в порядке?

Он моргнул, услышав вопрос Такеши.

— Вы можете показать мне моих друзей на этой временной шкале? Алан и Тайри изначально так умерли?

— Что ты имеешь в виду?

— Мои друзья, которые стреляли в меня. Они умерли в первом раунде, до того, как была изменена временная шкала?

Он вернулся к свету и попытался прочитать свою дорожную карту.

— Я должен знать, что с ними случилось, прежде чем Амброуз вернется и начнет что-либо менять.

Такеши подвел его к первому странному расколу.

— Ну, тебя не застрелили в первом эпизоде. Тебя ранили.

— Почему это изменилось?

Нашира двинулась вперед.

— Потому что одна из возможностей в новой временной шкале состоит в том, что ты можешь попасть в тюрьму за убийство в отместку за то, что в тебя стреляли, а затем ограбили.

Такеши кивнул.

— Она права. — Он указал на пересекающиеся линии. — Посмотри, как вещи строятся друг на друге. Это причина и следствие. Когда ты что-то поменял, оно идет в другом направлении и отщепляется. Теперь это новая возможность, которой раньше не было.

Ник постепенно начал понимать.

— Как в Глазе Ананке.

Такеши уставился на него.

— Что ты об этом знаешь?

— Он у меня был. Калеб отнял его у меня, словно разгневанный родитель, ударил меня по по рукам и сказал, чтобы я больше не трогал его, иначе он в следующий раз ударит меня по лицу.

— Хорошо! Не нужно с этим играть. Это тебя только испортит.

И так оно и было. С тех пор его голова была не совсем в порядке. Хотя, большинство сказало бы, что его голова никогда не была в порядке.

Иногда он с этим соглашался.

Вдруг все стало зеленеть.

— Что сейчас происходит?

Такеши нервно рассмеялся.

— Честно? Не уверен, что ты хочешь, чтобы я ответил.

Как-будто молчание ему поможет.

— Амброуз сказал мне использовать Глаз,

чтобы обнулить все то, что я сделал. Чтобы вернуться к началу и больше ничего не испортить.

— Да, но ты не слушаешь, Ник. Это не то, что ты сделал. Кто-то еще вмешивается в твою временную шкалу. Дело не в том, что делаешь ты. А в том, что они переделывают.

— Чувак, ты меня реально пугаешь.

— Ты и должен бояться. Все плохо. Все рушится, а ты словно идешь по канату.

— Не помогает!

Единственное, что спасало — на милость Ника здесь не было Коди, чтобы слушать его немужское нытье. Это было последнее, чего бы он хотел.

Или того хуже, это мог услышать Калеб.

— Вы неправильно это интерпретируете.

Они оба повернулись и посмотрели на Наширу.

— Прости, что?

Она шагнула вперед.

— Посмотри на это, Нео. Внимательно.

С тонкой грацией она провела руками по линиям, как будто играла на каком-то инструменте. Когда она это сделала, огни замерцали и затанцевали, а затем погасли.

Такеши разинул рот.

— Она права.

— Я снова ничего не понял.

Он покачал головой.

— Нет, Ник. Ты все понимаешь. Просто закрой глаза. Досчитай до трех. И открой их.

— Да, конечно. Я не вчера родился! В прошлый раз, когда я так сделал, меня сильно ударили.

Из-за его прошлого у него были серьезные проблемы с доверием. Он никогда не закрывал глаза, слепо доверяя. Даже при загадывании желания у праздничного торта.

Сими цокнула на его.

— Ты можешь им доверять, глупый мальчик-демон! Просто повторяй то, что он говорит!

Не уверенный в этом, Ник зарычал и заставил себя сделать это. Но каждый волосок на его шее встал дыбом в знак протеста.

В нем не было доверия. С кровью Малачая или без нее.

Блин!

Однако в тот момент, когда начал расслабляться, он начал понимать, что они пытались ему сказать.

Задыхаясь, он открыл глаза и покачал головой.

— Ты Малачай.

Впервые Ник осознал это. Полностью. Он видел вселенную такой, какая она есть, и свое настоящее и истинное место в ней.

Более того, увеличилась широта и глубина его истинных сил. Они потекли и соединились. Не только его, но и всех Малачаев, которые были до него.

Он был Монакрибом. Джеросом. Эвандером и Вересом…

Ярином. Илаем. Ксулом. Элионом. Ксарексом. Уту…

Адарианом.

Амброузом.

Всеми ими. Все объединены. От первого до последнего, на протяжении всего времени. Он чувствовал эту связь.

Более того, он видел, как все начиналось, и ощутил ярость первого предательства, которое привело к их созданию. Жажду крови.