Инструктор по обмену
Шрифт:
Дарина бросилась на меня, и все мысли о том, чтобы позволить ей достать меня, вылетели из головы. Моё тело действовала инстинктивно, избегая атаки.
Дарина быстра, и из-за небольшого роста легко меняла направление атаки, что она и сделала, как только я обошёл её. Она сделала еще одно быстрое движение, едва не зацепив ногу своим ударом.
Я увернулся и порыв воздуха от удара напомнил мне, что она не такая хрупкая, какой кажется.
– Где ты научилась драться? В академии Земли?
– спросил я, обходя Дарину по кругу.
– С моей
– Отец тренировал нас вместе и учил нас улаживать наши разногласия с помощью спарринга.
– И кто же выходил победителем?
– Саша всегда была лучшей, - Дарина нахмурилась и жёстко спросила, бросаясь на меня: – Мы собираемся обмениваться семейными историями?
На этот раз я заставил себя не уклоняться от её атаки и позволил женщине повалить меня на мат и оседлать, прижав мои руки к бокам своими бёдрами. Её глаза сияли торжеством, когда она поёрзала на меня, но затем взгляд сменился подозрительностью.
– Ты не сопротивляешься! В прошлый раз ты отшвырнула меня так, словно я ничего не весила.
– В прошлый раз у меня не было раны, - отозвался я, наслаждаясь ощущением бёдер на своих руках. На самом деле, я мог откинуть её, но пропустить такое шоу? Никогда!
– Я не просил тебя позволить мне выиграть, Этъер, – гневно прошипела она, метая молнии взглядом.
– Но ты хочешь победить, - я спокойно выдержал её взгляд и резко приподнял бёдра вверх, перевернул Дарину на спину.
– Меня учили побеждать в сражениях, проигрыш карался, - выдохнула она, оказавшись прижатой ко мне.
Я наклонился так, что её вздымающаяся грудь почти касалась моей при каждом вдохе и выдохнул:
– Но мы на одной стороне. Победа над своими союзниками невыгодна.
– Если мы на одной стороне, почему я в ловушке под тобой? – она чуть приподнялась, хватая меня за плечи и прижимаясь ко мне всем телом.
Кровь застучала у меня в ушах, когда движения пробудили во мне что-то первобытное, собственническое.
– Ты опасна, – проворчал я, стараясь взять себя в руки.
– Я?
– она засмеялась так легко и непринуждённо, а затем насмешливо произнесла: – Только не говори мне, что тебе угрожает человеческая женщина вдвое меньше тебя.
Несмотря на дразнящий тон, я прекрасно понимал, что Дарина представляет смертельную угрозу. Угрозу моему контролю, положению и статусу.
– До того, как ты появилась, я был уважаемым лётным инструктором, – я завёл её руки за голову и зажал запястья одной из своих ладоней.
– А теперь? – её дыхание стало прерывистым, но она не попыталась скинуть мои руки.
– Теперь я крадусь по Академии посреди ночи и помогаю обучать кадетов-людей выживать в лабиринтах!
– Нет никаких правил, запрещающих это.
– В Академии существуют неофициальные правила, Дарина, - у меня вырвался грубый смешок, когда склонил голову к шее, вдыхая аромат кожи. – Я сомневаюсь, что наше начальство одобрит то, что я сейчас делаю, или то, что я хочу делать.
–
– Ты не знаешь?
– Я знаю, что то, чего я хочу, неправильно, – Дарина замерла, её дыхание стало прерывистым, а ладони автоматически скользнули по моим плечам. Она как будто искала опору в бурном омуте эмоций, который захлестывал нас обоих.
– И чего же ты хочешь, Да-ри-на? – прошептал я, посмотрев прямо в глаза женщины, проведя свободной рукой по ее бёдрам, чувствуя, как в груди загорается пламя от прикосновений.
Дарина смотрела прямо на меня, словно решая говорить, или нет, а затем резко притянула меня к себе и игриво проводя язычком по моим губам, заставляя мое сердце забиться чаще.
– Поцеловать тебя, арракианец, – жарко и искренне шепнула Дарина.
Мое тело взорвалось, всякое сопротивление растаяло. Я обнял её крепче, прижимая к себе, и наши губы встретились в нежном, но жадном поцелуе, позволяя своему языку переплестись с её, познавая вкус, чего так долго желал.
Через миг я замер, отрываясь от женщины и чуть приподнявшись, посмотрел в ее глаза.
– Ты не понимаешь, что говоришь. У тебя есть передумать, - сказал я, голос мой звучал твёрдо, но внутри всё дрожало от нежелания отпускать ее.
Дарина запустила руки в мои волосы, смело отвечая на мой взгляд.
– Я точно знаю, что говорю, и точно знаю чего хочу. Я уже рискую всем, чтобы помочь нашим кадетам выжить. Почему бы мне не рискнуть ещё больше ради того, чего я хочу? И судя по тому, что упирается мне в живот, ты тоже не против, лейтенант, – она провела ладонями по моей груди, задев серебряную подвеску в виде крыльев, и скользнула вниз к животу, замерев на пряжке ремня брюк.
– Тогда я весь к твоим услугам, коллега, - выдохнул ей в губы, полностью завладев ими, только чтобы на миг оторваться и выдохнуть: – Теперь я знаю, почему мой народ сходит с ума из-за человеческих женщин. Ты могла бы заполучить любого, любого арракианца...
– Этъер, мне не нужен никакой другой арракианец. Ты единственный, кого я хочу или если ты продолжишь отвлекаться на разговоры, то мне придётся занять позицию сверху, а ты ведь так хотел оказаться сверху, – Дарина прижалась ко мне губами, а её ноги ещё сильнее обхватили мои бедра, прижимая к себе.
Она пилот и любила риск так же, как и я. И сейчас мне все равно, что подумает начальство, если застанет здесь. Всё, что меня волновало, утолить наш общий голод, который бушевал во мне с того самого первого момента, когда я увидел Дарину.
Я завладел ее ртом, погрузившись в поцелуй и позволив себе увлечься в горячие ощущения, двигаясь вместе с Дариной, пока наши стоны не слились воедино.
ГЛАВА 28