Инстинкт

Кей Бен

— Ты в порядке?

Но Мэдисон даже не ответил. Едва встав на ноги, он тут же рванулся вниз через кусты.

Преодолев еще сотню метров джунглей, они оказались на площадке. Пилот тут же впрыгнул в «Спартан» и схватил наушники.

— Тридцать секунд! — крикнул Уэбстер, бросив взгляд на часы, пока остальные занимали места в самолете. — Пейну лучше бы помедлить.

Они сидели у окон, вглядываясь в джунгли, откуда должны были показаться остальные.

— Ну же… ну же… — шептал Уэбстер.

Мэдисон включил

зажигание, и оба турбовинтовых двигателя ожили. Поскольку самолет уже стоял в конце взлетной полосы, пилоту не нужно было выруливать на стартовую позицию.

— Ну где же они! — воскликнул Уэбстер.

Внезапно в наушниках пилота раздался сигнал тревоги.

— Черт побери! Объект с северо-северо-востока, малая высота, большая скорость. Это он, майор! Больше ждать нельзя.

— Терпение, Мэдисон!

Джордж, Сьюзен, Майк и Джейкобс вышли из-за деревьев и с трудом ковыляли по площадке. Уэбстер выбежал из самолета, чтобы помочь им, и вот наконец, задыхаясь и обливаясь потом, они поднялись на борт.

Двигатели заревели громче. Из заднего ряда послышался голос Таджа:

— Эй, Джейкобс. Похоже, ты ошиблась в расчетах — по моим часам время вышло.

По салону пробежал легкий смех облегчения.

— Всегда рада так ошибаться, Тадж.

— Можно взлетать? — спросил Мэдисон.

Уэбстер оглядел присутствующих.

— Двоих не хватает, — сказал он.

Мэдисон встал со своего кресла и показался в дверях кабины.

— Мне жаль, но Гаррет погибла там, на лестнице. Я не видел смысла говорить об этом, пока мы оттуда не выбрались. Но она дала мне понять со всей ясностью свое желание: чтоб мы жили, вот чего она хотела. Так что давайте поговорим об этом, когда взлетим.

И в наступившей тишине он вернулся в кабину пилота.

Уэбстер не желал верить услышанному, но в эту минуту не мог дать волю своим чувствам.

— Кто еще…

— Бишоп, — мрачно сказал Майк.

— Мы не можем улететь без него, — сказал Уэбстер.

— Майор, еще чуть-чуть, и у нас не останется шансов взлететь, — напомнил ему Мэдисон.

— Сколько именно? — спросил Уэбстер.

— Ожидаемое время подлета две минуты. Стало быть, у нас тридцать секунд до отрыва.

— Ну же, Бишоп, — прошептал Уэбстер сквозь стиснутые зубы.

— Оставим здесь сукина сына. Вы действительно хотите так рисковать, майор? — спросил Майк.

— А вы действительно хотите оставить человека умирать? — отозвался Уэбстер.

В эту секунду из джунглей на площадку вышел Бишоп, и Уэбстер стал делать ему знаки, призывая поторопиться.

Но Бишоп не побежал. Он неторопливо шел по траве и с грустью глядел на самолет. Потом сделал едва заметное движение рукой, как бы прощаясь, и направился к белому домику.

Уэбстер хотел его остановить, но понял, что уже не успеет. Увидев глаза Бишопа, абсолютно пустые, словно прозрачные, майор подумал,

до чего это неправильно — оставлять человека в таком прискорбном состоянии. И все же им не оставалось ничего другого.

— Взлетай! — крикнул он Мэдисону, и в этом возгласе чувствовалась горечь.

Окажись кто-нибудь сейчас вблизи Бишопа, он бы услышал его бормотание:

— Все правильно. Взрыв произойдет на глубине в полмили, так что никакой опасности. А я не могу просто взять и покинуть свой пост. И я найду вас. Когда здесь все утихнет и БРЭВИС вновь заработает в каком-нибудь другом месте, я свяжусь с вами и мы снова соберемся вместе и продолжим нашу работу, которая сделала эту базу уникальной, продолжим труд, который станет ценнейшим вкладом в…

То ли он понял, что никто его не слышит, то ли не нашел продолжения этой фразы. Бишоп посмотрел вслед самолету и снова помахал рукой — всем сразу, словно прощаясь с добрыми друзьями после окончания университета.

С задумчивой улыбкой на лице он продолжил путь к белому зданию. За его спиной «Спартан» разгонялся для взлета.

Самолет капитана Фокса был в трех километрах к северо-востоку. Капитан нажал на клавишу пуска, и В61 Mod 11 устремилась к цели.

«Спартан» прошел половину взлетной полосы.

— Докладываю, — крикнул Мэдисон. — Зафиксирован еще один объект. Он поменьше, но движется быстрее. Попробую избежать столкновения, но сначала должен оказаться в воздухе.

В этот момент колеса «Спартана» оторвались от бетона.

Фокс набирал высоту: надо было сделать круг и убедиться в том, что бомба поразила цель. Как только капитан задрал нос своей машины, на его радаре в качестве вражеского объекта появился «Спартан».

— Какого черта? — пробормотал Фокс и включил микрофон своего шлема.

— Я «Кондитер», вызываю базу.

— Это база, слышу «Кондитера».

— Чужая птичка в одном километре от цели. Мои действия?

— Мы ее видим, «Кондитер». Не стрелять до дальнейших указаний.

Ракета с ядерной боеголовкой летела прямо на «Спартан». Мэдисон ее видел, но ему не хватало высоты для маневра. Он взял рычаг управления на себя и вправо до упора, увеличив крутизну подъема до предела. Хвостовые рули высоты были в крайнем положении, педаль газа вжата в пол.

Их разделяла сотня метров, и скорость сближения составляла полторы тысячи километров в час.

Самолет уходил вверх и вбок.

Ракета ввинчивалась в воздух.

В момент встречи «Спартан» поднялся еще на несколько сантиметров и хвостовой стабилизатор ракеты чиркнул по заднему колесу самолета, пробив шину.

Затем они разминулись.

Все в самолете его почувствовали — мгновенный удар в хвостовой части, от которого машину швырнуло вверх под опасным углом.

— Черт… я не смог его удержать, — прохрипел Мэдисон, уцепившись в рычаг.