Инстинкт

Кей Бен

Напрягая все свое внимание, Картер и Джейкобс вошли в пещеру и изготовили оружие — одинаковое у обоих. Хотя оно, как и прочее легкое вооружение всей команды, своим видом напоминало обычные пистолеты, пули в нем не использовались. Вместо спускового крючка под стволом оно приводилось в действие датчиками, управляемыми непосредственно сигналами, которые поступали из мозга. Когда стрелок приближался к объекту, который следовало обездвижить, это оружие отслеживало направление взгляда и наводилось именно в ту точку, определяло расстояние до цели и ее размер и поражало наиболее уязвимую область. К такому устройству нужно было привыкнуть, здесь не работал свойственный человеку сильнейший инстинкт охотника,

поскольку ему не нужно было ни целиться, ни нажимать на спуск, но это оружие обладало стопроцентной точностью и не оставляло никаких следов. Патронами служили миниатюрные капсулы адаптированного газа «Си-Эс», [10] которые при соударении с объектом взрывались, выпуская облако пара. Он наполнял воздух и льнул к любой поверхности (отсюда — необходимость в защитных костюмах). Не будучи смертельным для человека, этот газ мог вызвать временный паралич тех живых объектов, с которыми соприкасался, что и происходило в данном случае.

10

«Си-Эс» (СБ) — хлорбензальмалонодинитрил, боевое отравляющее вещество, в малых концентрациях — слезоточивый газ.

Картер взял на себя левую сторону пещеры, Джейкобс — правую. Ступая словно по тонкому льду, Картер старался переставлять ноги как можно более осторожно и бесшумно. Ничто не должно было отвлечь его или Джейкобс от более важных звуков, которые могли достичь их ушей.

По мере приближения к гнезду им становилось все труднее сохранять хладнокровие. Страх давал о себе знать — ведь не все осы были выведены из строя… Первая оса вылетела из-за угла слева от Картера. Он среагировал мгновенно — капсула поразила голову.

Резкий звук его выстрела заставил Джейкобс обернуться — нет ли нужды в ее помощи. Нет, помощь не требовалась. Но она упустила из виду свою осу: бешено треща крыльями, насекомое летело прямо на нее. Джейкобс хотела выстрелить, но не успела. Оса уже билась о маску на ее лице, пытаясь за что-нибудь ухватиться. Картер поднял свое оружие, но руки девушки находились слишком близко от насекомого. Из-под маски Джейкобс донеслось сдавленное: «Черт!»

Несколько ос тут же воспользовались заминкой Картера. Две устремились к нему спереди, еще две нацелились на его спину. Но Картер был начеку. Быстрый взмах руки по широкой дуге — и через мгновение все четыре твари лежали на земле.

Тем временем Джейкобс продолжала борьбу, и Картер понял, что времени у них не остается. В любой момент оса могла проникнуть сквозь защитный костюм. Он ждал, когда откроется цель… Ждал… Ждал… Вот!

На этот раз выстрел разорвал осу надвое, и еще трепещущие половинки насекомого упали на землю. Джейкобс пришла в себя и почувствовала, что подвела напарника. Картер разобрал ее «Прости!», прозвучавшее за маской.

— Все в порядке, — ответил он.

Похоже, он не ошибся. Датчики не фиксировали никакого движения. Картер и Джейкобс поставили свое оружие на предохранитель, вышли из пещеры и освободили место для Ван Аренна и Уэйнхауса.

Прежде чем начать зачистку Ван Аренну надлежало заполучить неповрежденный образец для доктора Трент, и эта задача была сопряжена со вдвое большим риском, чем уничтожение ос. Они не могли приступить к огневой обработке, пока не поймают хотя бы одну из этих мерзких тварей, и все ради какой-то бабенки, которая попивает горячий кофе в полной безопасности.

Он проделывал это неоднократно, поскольку такие образцы требовались для анализа результатов каждой операции. Однако три года назад им удалось повысить эффективность своих действий до такой степени, что надобность в подобных мерах предосторожности отпала. Если на первых этапах было очень важно

видеть, какие трансформации происходили с осами после перегруппировки роя, то теперь эти изменения стали малосущественными и анализ образцов утратил актуальность.

Пока Уэйнхаус следил за датчиком движения, Ван Аренн извлек из своего ранца плоский прямоугольный пакет и медленно двинулся вперед. Разумеется, он знал, что вот-вот с ними встретится, но каждый раз это происходило внезапно, в чем и заключался риск его работы. Предварительная обработка светом и звуком создавала почти идеальные условия, но именно почти,а потому малейшая оплошность могла стоить Ван Аренну жизни. Подобные пещеры таили огромную опасность, поскольку никто не знал, как глубоко в толщу скал уходят их извивы и могли ли различные выступы, ниши и каменные барьеры защитить насекомых от воздействия этих видов оружия. Нельзя было полностью полагаться и на газ «Си-Эс», ибо его состав следовало специально адаптировать применительно к каждой генетической модификации насекомых. Вероятность неудачи здесь была невелика, но все же и недостаточно мала.

Ван Аренн крайне осторожно продвигался вперед. Наконец он увидел знакомую картину: очертания гнезда, похожего на огромные коричневые схваченные коркой медовые соты, и первых ос — они лежали на спинах, обездвиженные действиями его товарищей.

Его внимание привлекло необычное ощущение — левая нога наступила на что-то. Глянув вниз, он увидел человеческие кости, составляющие полный скелет — от пальцев ног до черепа. Хотя Ван Аренн видывал такое не раз, размер костей заставил его задержаться чуть дольше. Скелет принадлежал ребенку. Он заставил себя не думать о том, как осы налетели на пораженного страхом беспомощного мальчишку, вцепились в его кожу и мышцы, рвали по кусочкам его плоть.

Еще через десяток метров он уже продвигался по колено в осах. Пожалуй, дальше идти не следовало. Ван Аренн стал подыскивать образец подходящего размера с распростертыми крыльями — так они лучше выглядели.

Слева от него поверх кучи насекомых лежал великолепный экземпляр застывшей на лету осы — каждое ее крыло вполне могло закрыть отнюдь не узкую ладонь Ван Аренна.

Потянувшись к осе, он вдруг помешкал. Ему показалось, что какое-то из насекомых зашевелилось, но он не был уверен: кевларовая маска закрывала уши Ван Аренна, и он почти ничего не слышал.

«Еще десять секунд, и дело будет сделано», — подумал он, снимая пластик с пакета. Обнажилась пластина оргстекла тридцать на тридцать сантиметров, по периметру которой шла металлическая трубка. Ван Аренн стал осторожно просовывать пластину под тонкие колючие ноги осы, пока насекомое не оказалось в центре, затем он повернул рычажок на одной стороне пластины, и та мгновенно изменила форму, став прозрачным кубом, внутри которого лежала оса.

Тем временем единичный треск, который вроде бы услышал Ван Аренн несколько секунд назад, превратился в постоянный гул, но у него уже не было времени проверять, что это значит. Он снова повернул рычаг, заперев контейнер с образцом, и быстро передал его Уэйнхаусу.

— Капитан…

Ван Аренн понял, что Уэйнхаус что-то сказал, но слов различить не смог: он был поглощен другим.

Осы шевелились, ползали, цеплялись друг за друга, слипаясь в гроздья.

Пора было уходить. Ван Аренн повернулся, чтобы сделать первый шаг, и зацепился каблуком за острый камень. Из-за этого нога опустилась на два сантиметра левее свободного пространства, и носок ботинка раздавил голову осы.

Тело раздавленного насекомого мгновенно испустило феромон тревоги. И тут же будто кто-то повернул ручку регулятора громкости по часовой стрелке до упора — мощное жужжание заполнило пространство, достигнув самых отдаленных углов пещеры.