Инста Чика
Шрифт:
– Не знаю, скажешь тоже… Я как-то в этом плане его не рассматривала никогда, – задумчиво бормочу.
На миг вспоминаю внешность парня. Рыжие волосы темно-медного оттенка подстрижены по последней моде. Ровный нос, чуть пухлые губы, глаза узковаты и дерзноваты. Фигура да, хорошая. Но он спортсмен, не пухлишом же ему быть? А так… парень как парень. Ничего особенного.
А вот характер скверный. Бесячий. Высокомерный. В общем, не нравился он мне. А с сегодняшним инцидентом так вообще раздраконил. Теперь моя пострадавшая душа требует мести.
– И все же он симпатяга, хоть и мерзавец… – протягивает задумчиво Карина.
– Не знаю, не знаю. Да хватит о нем болтать, достал он меня. Ты лучше скажи, в эти выхи ты и в воскресенье будешь на свадьбе кутить?
Мы поднимаемся на первый этаж и оказываемся в вестибюле, заполненным студентами.
– Ага, скорее всего, – взволнованно сообщает подруга. – Милана сказала, что уже точно все решено. В воскресенье поедем на дачу молодежью.
– Ясно. Ладушки, значит, будем грызть учебники.
У нашей кафедры замечаю Ивана Павловича, и мне на секунду становиться стыдно. Блин, попала же… И все из-за Воробьева. Жесть, крылья бы ему пооторвать.
Мужчина, заприметив меня, уверенно пересекает зал и приближается к нам.
– Михина Диана! – чеканит твердо преподаватель.
– А?
– Так, с вас доклад, пишите тему.
– Как доклад? Я же сдавала? На той неделе.
– Я знаю, у меня с памятью, слава богу, все в порядке. Это вам за сегодняшний случай. Чтобы в следующий раз всем неповадно было. А то начало учебного года, а вы уже воротите дела. А что же к концу будет?! Итак, тема – «Здоровый образ жизни студентов».
– Но…
– Никаких но! Даю неделю!
– Ясно. Хорошо, будет доклад, – цежу сквозь зубы.
– Вот и прекрасно, – Палыч обходит нас и идёт дальше, больше не обращая на нас внимания.
– Шикардос! – вспыхиваю я, – теперь ещё и доклад готовить. Ну я его точно проучу. Будет ему морковка… В самом интересном месте…
– Ой, ой. Даже я испугалась! Я тебя такой кровожадной только на выпускном видела, когда Сорокин тебе на платье сок пролил.
Каринка в качестве поддержки хватает меня за руку.
– И не вспоминай даже. Сейчас все намного серьезнее, – недовольно произношу.
В гардеробе берём свою верхнюю одежду и, торопясь, одеваемся.
– Свобода попугаю, – выдыхаю я, оказавшись на улице.
– Какая свобода? Понедельник же, – грустно поправляет Стрельцова.
– Ага. Точно. Самый ужасный понедельник в жизни.
– Почему ужасный? Какое мы платье купили зачётное! А? Кстати, мне его забирать? – интересуется подруга.
– Пока да. Тебе же первой на свадьбу. Значит – забирай. А там, посмотрим.
– Хорошо.
Мы медленно идём по дороге, и все мои мысли заняты Воробьевым. Ну вот бывают же люди?
– Кстати, не забывай, «Инста марафон» уже начался. Или твоя месть рыжему теперь на первом плане? И я могу рассчитывать на победу?! – игриво спрашивает подруга.
– Ага, и не мечтай, сестрёнка! Это
– Игра началась! – повторяет Каринка.
Глава 5. Борьба за шоколад
Родион
Дождь льет с такой силой, что мне приходится оставить байк и добираться до университета, как среднестатистический студент, на автобусе.
Я немного неправильно рассчитываю время и приезжаю несколько раньше, чем обычно. Спрятавшись под большой козырек на крыльце, стою на улице в ожидании друзей.
Вдруг замечаю Шкета Михину, и в душе возникает неприятное чувство несправедливости. Из-за нее мне Палыч дал дополнительную работу. Ведь я реально ее не видел, и не слышал. Уж не знаю, как она так разговаривала? Голос у неё вроде громкий, фиг знает, почему я не услышал ее. Наверное, был в своих мыслях. Но черт, факт остаётся фактом. Она виновата!
Наблюдаю за девчонкой. Она ловко перепрыгивает через лужи. Несёт в одной руке огромный жёлтый зонт, а в другой крепко сжимает зелёную папку-файл.
Вообще-то, разговаривать с ней я не хотел, но сейчас почему-то мне приходит неожиданная интересная идея, и я пересматриваю свое намерение.
Девчонка забирается по ступеням и, кажется, не видит меня.
– Хей, Михина? – называю ее по фамилии, так как имени я не знаю.
Девушка резко останавливается и приподнимает свой зонт. Наши взгляды встречаются. В ее глазах стоит неприкрытая злость.
– Чего тебе надо, Воробьев?! – фыркает она в ответ, явно недовольная нашей встречей.
– Вчера мне из-за тебя Палыч доклад влепил делать. Так вот…
– Из-за меня? – перебивает она.
И где только ее манеры?
– Да, из-за тебя. Ведь это ты спряталась в шкафу, и я случайно тебя запер. Так вот…
– Что ты несёшь? Не в шкафу, а за шкафчиками. И не говори, что не видел меня! – вспыхивает девчонка яростью.
– Не видел! – спокойно произношу.
– Издеваешься?
– Ты не перебивай, а слушай! Где, вообще, твое воспитание? А? Так вот. Мне влепили доклад по твой вине. Теперь надо время выкраивать для задания. А у меня его просто-напросто нет. Тренировки, и все такое. Так вот. Я решил, если ты виновата, то и будешь мне доклад делать. Поняла?
– Что-о-о, ты совсем спятил? – девчонка надвигается на меня, – Ты меня специально закрыл! И не притворяйся, что не заметил меня! Мне тоже доклад влепили! И это как раз по твоей вине! А тебе я делать ничего не буду! Что я укушенная, что ли? Губу назад закати! И вообще, ты хоть понимаешь, что ты натворил? Я из-за твоей слепоты три часа сидела взаперти. А я если у меня клаустрофобия? Ты об этом не подумал?
Михина нервно дергает зонтик и складывает его. Смотрит на меня с такой ненавистью, что, кажется, ещё немного, и она взорвётся. Но последняя фраза меня сражает наповал, и я начинаю смеяться.