Иной мир
Шрифт:
– Ник Каттер, профессор эволюционной биологии. Рад познакомится с вами, сэр.
– Взаимно, достопочтенный коллега, хотя и удивлен вашим видом. Неужто двадцатое столетие оказалось столь воинственным, что к двадцать первому даже мирному ученому приходится носить рыцарский доспех?
– Отчасти так и есть, профессор, но эту броню вызвали к жизни скорее стихийные силы природы, чем человеческое оружие. Тем же путем, что и вы, из других эпох могут появляться разнообразнейшие животные и люди - и среди тех и других зачастую встречаются настоящие
– Поистине, это прискорбное явление, - кивнул профессор, - но я обнаружил нечто, что заставляет меня задаться вопросом: не слишком ли мягко я обходился с одним из студентов - или же, напротив слишком сурово?
Гость из прошлого поднял лежащую на столе книгу - "Затерянный мир" - и продемонстрировал иллюстрацию, изображавшую профессора Челленджера. Сходство было несомненным и, очевидно, не случайным.
– Право, я даже не знаю, счесть ли мне подобное изображение в романе оскорблением или же, напротив, комплиментом? Полагаю, это требует длительного осмысления...
– ученый взглянул на переливающийся шар аномалии у камина и добавил, - прошу меня простить, профессор Каттер, но я считаю необходимым покинуть сей гостеприимный кров. То, что мне довелось увидеть из окна, не возбуждает желание знакомиться с вашей эпохой ближе, а тот межвременной канал, по которому я попал сюда, насколько понимаю, не слишком стабилен.
– Он действительно нестабилен, - согласился Каттер, - но, смею вас заверить, двадцать первый век не так уж и плох.
– Для привычного к нему человека - возможно. Но я-то уже не молод, да и родился в совершенно иной стране... Прощайте, профессор Каттер.
– Прощайте. И напоследок хочу вам сообщить, что ваше имя памятно до сих пор, и вас почитают, как блестящего ученого и преподавателя.
– Это весьма приятное известие, - ответил профессор Резерфорд, шагнув в аномалию.
Щелкнул блокиратор.
– Еще три часа, - Коннор коснулся переключателя на шлеме, - надо внутри камеру прицепить, чтобы управлять этой штукой, просто двигая глазом. Возвращаемся?
– Конечно. Занимательное явление...
– Тем, что ведет в недавнее прошлое?
– Не только... Это ведь еще и литературная аномалия.
– Литературная?
– Коннор недоуменно уставился на учителя, - а, ну да. Профессор Челленджер в квартире Шерлока Холмса... Конан Дойль бы оценил. Наверно...
Вернувшись, Дженис снова принялась за рисование. На сей раз моделью стала Эбби, и законченный рисунок стянул Коннор.
Несомненно, это была Эбби. Но черты лица девушки под рукой художника приобрели какую-то неуловимую чуждость. Чуть тоньше линии, чуть острее скулы, чуть длиннее лицо - и заостренные уши. Левый глаз охватывает татуировка - треугольник с перевернутым трезубцем под ним. Закованная в доспехи, со странным трехлезвийным ножом на поясе, в одной руке девушка держала устрашающего вида шлем, а в другой - странный длинноствольный пистолет.
– Кто это?
– спросила Эбби,
– Джейн Зар, Буря Безмолвия, - Дженис пожала плечами, - хотя, надо признать, рисунок неканоничный.
– Зато красиво. Джейн Зар...
– протянула девушка, - где-то я это уже слышала...
В памяти отчетливо всплыла картина: лестничная площадка с разбитым окном, мерцающий шар аномалии. Блики на черной силовой броне. Хрустально-серые глаза - ее собственные. Искаженный респиратором голос: "Джейн Зар"...
– Так это была я сама?.. Тогда, с ультразвуковым оружием?..
– Возможно, - Коннор забрал рисунок, положил его на стол, - а возможно, и нет. Бывает удивительное сходство, особенно у родственников...
Несколько секунд Эбби таращилась на парня, затем неожиданно спросила:
– Хочешь сказать, что это наша дочь?
– Не имею ни малейшего представления, - сообщил Темпл, - но этот вариант ничуть не хуже любого другого. И, если уж на то пошло, между нами и этой Джейн Зар могут быть тысячелетия...
– Действительно, - девушка улыбнулась, - вариант ничуть не хуже всех прочих. Лет через тридцать узнаем - так ли это...
– Действительно, - улыбнулся в ответ Коннор, - доживем - и увидим...
Глава двадцать восьмая
Открыв кабинет, Коннор первым делом включил компьютер и полез в отчеты. Два десятка аномалий за ночь по всему Соединенному Королевству, удравший смилодон, две стычки с хеттами - в одной успели вытащить пушку и, прежде чем подтянулись военные, успели разнести полицейский участок и мэрию. В итоге - два десятка убитых и почти сотня раненых... Проблема продолжала обостряться, и Темпл не раз и не два радовался, что аномалия в Манчестере позволила раскрыть карты прежде, чем стало слишком поздно...
От мрачных размышлений его оторвала Эбби. Появившись в дверях, она осведомилась:
– Ты сильно занят?
– Нет, а что?
– Тогда помоги с велоцирапторами. Новозеландцы будут через пару часов, а ловить этих бестий в одиночку - дело бесполезное.
– Ладно, - согласился парень, - пошли. Кто еще участвует?
– Смайли, разумеется. Он снова отличился.
– Что на сей раз?
– полюбопытствовал Коннор
– Написал Беккеру заявление с просьбой отпустить его в самоволку.
– Да...
– протянул Коннор, ухмыляясь, - майор, надо полагать, не оценил?
– Скорее наоборот, - Эбби едва сдерживала смех, - но капрала это не спасло. Так что велоцирапторов будем собирать втроем.
В виварии ЦИА имелось семь велоцирапторов - относительно молодых а потому крайне активных. Всех семерых требовалось каким-то образом поместить в транспортную клетку, причем не усыпляя - для того, чтобы они проспали весь перелет от Лондона до Окленда, требовалось слишком много снотворного, что было просто опасно. А перевозка бодрствующих динозавров - дело, весьма и весьма нетривиальное... Но всяко менее, чем их поимка.