Инородное тело

Градова Ирина

Глаза Александры Журовой с ожиданием и надеждой смотрели на Андрея.

– Вы обращались в милицию или прокуратуру? – спросил он сухо.

– Да, но они ничего не предпринимают. Ах да, совсем забыла: это было бы не так ужасно, если бы с меня, ко всему прочему, не стребовали денег!

– Денег?

– Ну да, двадцать пять тысяч пришлось заплатить.

– За что – за операцию?

– За кровь.

– Переливание крови осуществляется на бесплатной основе. Единственное, о чем могут попросить в больнице, так это чтобы ваши родственники

сдали свою кровь – если ожидается большая кровопотеря.

– У меня редкая группа. Мне сказали, что таких групп обычно не хватает, так что… Мало того, что я деньги выложила, так меня еще и заразили! В общем, дело мое лежит под сукном, а полиция и прокуратура бездействуют – уже больше двух месяцев прошло.

Андрей собрался было сказать, что два месяца – это еще далеко не предел для рассмотрения подобных жалоб и что, скорее всего, пациентка получит очередную отписку. Однако ничего такого он не сказал.

– Я займусь вашим делом, – произнес он, едва шевеля губами. – Оставьте свои данные у секретаря, и я перезвоню, как только у меня появятся какие-то сведения.

Лицо женщины осветила надежда. Андрей же мечтал лишь о том, чтобы она поскорее ушла. Нет, на самом деле ему хотелось, чтобы они никогда не встречались.

* * *

Погода вновь была отвратительной. Дождь лил уже третьи сутки подряд, словно природа вознамерилась в точности следовать предсказаниям астрологов о грядущем конце света. Неужели это начинается второй всемирный потоп, спрашивал себя Артем, кряхтя, вылезая из старенького автомобиля прямо под струи воды. Несмотря на разгар лета, они были ледяными, и это тоже оптимизма не прибавляло.

– Ну и что тут у нас, Егорыч? – недовольным голосом поинтересовался он, подходя к судмедэксперту. На лице пожилого, видавшего виды мужчины застыло выражение безысходности.

– Сам погляди, – хрипло отозвался он, и майор, взглянув на тело, сглотнул неприятный комок в горле.

– Это то, что я думаю? – спросил он.

– Похоже, – кивнул судмедэксперт.

Громко крякнув, Карпухин опустился на корточки. Тело принадлежало молодой девушке не старше восемнадцати лет. Короткий топик, обнажавший ее живот и пупок с пирсингом, джинсы с опущенной талией, едва прикрывающие тощий зад, – типичный пример современного подростка. Взяв руку девушки, майор внимательно осмотрел ее ногти.

– Есть шанс, что под ними обнаружится эпителий нападавшего? – задал он вопрос.

– У других ничего не обнаружено, – ответил эксперт. – Но проверить все равно надо.

Только теперь Артем приступил к осмотру непосредственно самого тела. Кожа жертвы была очень белой, а в глазах, широко распахнутых и слепо пялившихся на тучи над их головами, застыло выражение страха – хотя, возможно, майору просто показалось: пустоту во взоре покойников часто трактуют как захотят, в зависимости от обстоятельств смерти. Невольно при этом вспоминалась ошибочная криминалистическая теория, в свое время, однако, пользовавшаяся большой популярностью. Согласно ей,

в зрачках людей, умерших насильственной смертью, отражается лицо убийцы.

– Было бы здорово, – пробормотал майор, не осознавая, что говорит вслух.

– Что? – спросил Егорыч, наклоняясь поближе. – Ты что-то сказал?

– Я? Да, я спросил о предположительной причине смерти.

– Если не считать того, что из нее пили кровь?

Вскинув голову, Артем взглянул в глаза эксперту:

– Брось, Егорыч, ты что, и правда в это веришь?

Губы собеседника сжались в упрямую ниточку.

– Ты видишь это отчетливо, как и я? – спросил он, ткнув пальцем в две маленькие дырочки у основания шеи покойной.

– Да, но… Послушай, мы же оба – люди, обремененные научным материализмом: неужели ты веришь в сказки о вампирах?!

– Разумеется, нет! – возмутился судмедэксперт, но то, как он при этом отвел взгляд, говорило об обратном, а также о том, что ему и самому стыдно в этом признаваться.

– У нее на глазных яблоках петехиальные кровоизлияния, – заметил Артем, продолжая осмотр. – Удушение?

– Возможно – перед… этим.

– Что-нибудь при ней обнаружили – ну, вещи какие-то, сумку?

– Вот.

Егорыч протянул майору кожаный рюкзачок. Кошелька в нем не оказалось, но Артем, пошарив внутри, обнаружил три маленьких пузырька то ли с шампунем, то ли с гелем для душа, и еще косметичку.

– Ты вот сюда погляди, – Егорыч приподнял ступню жертвы, обутую в сиреневую «балетку». – Ничего не замечаешь?

– Она чистая, а вокруг – грязища.

– То-то и оно: по всему видно, убили ее не здесь. Да и следы борьбы отсутствуют, хотя, конечно, дождь ведь идет… Скорее всего, произошло это в помещении, а уж потом девчонку привезли сюда и выкинули, как мусор.

– Странный способ избавиться от тела, да? – задумчиво пробормотал Артем. – Если уж грохнули девицу, то почему бы, скажем, не сбросить ее в водоем, коих у нас в Питере пруд пруди, извини за каламбур, или не закопать в каком-нибудь парке или лесочке?

– Это уж, Иваныч, тебе решать – что да как, а мое дело маленькое: установить причину смерти и орудие убийства. Хотя вот с этим, пожалуй, проблемы возникнут! А тебе я, честно признаюсь, не завидую: теперь городские власти с тебя с живого не слезут, пока ты им убийцу не найдешь!

– Погоди, Егорыч, еще неизвестно, связаны ли предыдущие убийства с этим!

– Да ну? – скептически изогнул бровь судмедэксперт.

– Ты вспомни – те, другие жертвы, были бомжами, скитались по всему городу, сегодня здесь, завтра там, а эта девица вовсе не выглядит бездомной.

– А тот парнишка, Киреев? Сдается мне, могут найтись и другие тела. Налицо явная серия, и ты прекрасно понимаешь, что это означает!

– Эта малышка не из простых, – заметил между тем майор, словно бы не слыша слов Егорыча. – Ты на ногти ее посмотри: маникюр дорогой, какие-то блестящие штучки по краям – наверняка такое «художество» немалых денег стоит.