Иномирянка для генерала
Шрифт:
— Я ведь ответственный аристократ, — Амор перевёл взгляд на двух ругающихся мужиков, сцепившихся из-за бутылки и хмыкнул, — И не упущу шанса позлить генерала.
— Я так понимаю, у вас с ним давние счёты? — я заметила, как из открытой двери буквально вывалился Рагнар с двумя крепкими мужиками на плечах, а Легро что-то неустанно говорил, дёргая генерала за рукав, — Вы в ссоре?
— О, был один случай, — Асхан безучастно наблюдал за приближением наших спутников, — Но эта долгая история требует отдельной чашки чая. Могу лишь сказать, что однажды я выследил одного человека быстрее и получил одну весьма ценную награду. Конечно Рагнара это не устроило.
— И
Я подняла на Рагнара непонимающий взгляд и наткнулась на бледное измученное мужское лицо. Он как будто на несколько лет постарел, неужели пользовался магией и осушил резерв? И его не очень радостное настроение вовсе стало паршивым и кажется грозило всем неприятностями.
— Милости прошу в повозку, — граф вытянул руку в сторону и неестественно выпрямился, — Ехать нам не очень далеко, придётся потерпеть неудобства.
Это он ещё легко сказал, неудобства… Мне так вообще пришлось сесть в ноги Рагнара, потому что он занял полностью всё сидение. И если Легро с Асханом успели переругаться, но кое-как влезли на сидение, то мне досталось место на полу, рядом с заговорщиками. Хороша забота, ничего не скажешь. Пришлось поджать под себя ноги и согнуться в три погибели. Конечно дорогу я не запомнила и голову старалась не поднимать, чтобы не свернуть себе шею на неровной дороге
Не знаю, сколько длились мои мучения, но когда меня вытащили из повозки и попробовали поставить на землю, мои затёкшие ноги не выдержали подобных испытаний и я начала оседать, чересчур громко выругавшись. Асхан успел подхватить меня в последний момент, когда я уже почти успела сесть в лужу.
Пока Рагнар собирал со дна повозки подарочки для карателей в виде заговорщиков, я успела более-менее прийти в себя и даже огляделась. Резиденция карателей изысками не отличалась и представляла из себя узкое длинное здание из серого камня. Впрочем внутри ничего не изменилось, один сплошной камень и железные решётки камер, вот и вся нехитрая обстановка. Никаких тебе картин или чего-то яркого, сплошной мрак и уныние.
Сперва мне показалось, что генерал ошибся адресом и мы приехали в заброшенное здание — здесь совершенно никого не было, а камеры оказались пустыми. Никак звуков и запахов, как будто этим местом давно не пользовались. Тяжёлая атмосфера очень напрягала как и отсутствие хоть кого-то живого. Пришлось цепляться за руку герцога и постоянно оборачиваться назад. Ну мало ли, выскочит какая-нибудь тваринка, а мне потом крась седые волосы.
Вот кстати накаркала. Та самая тваринка, а вообще, строгий мужчина с седыми волосами, небольшого роста, но широкими плечами вырос как будто из-под пола и резко преградил нам дорогу. К великой гордости я даже не пикнула от страха, но руке герцога досталось знатно, я точно оставила на ней несколько царапин.
— Опять всякий хлам ко мне тащишь, — мужчина помассировал массивный подбородок и махнул рукой нескольким карателям, — Этих в карцер, а остальные со мной, хочу полюбоваться на живых людей.
— А то ты действительно в последнее время не покидаешь резиденцию, — Рагнар обменялся с карателем мощным рукопожатием и первым зашёл в предложенную комнату, — Без допроса никак не обойтись? Мы вообще-то спешим.
— На том свете спешить будете, — отмахнулся мужчина, предлагая каждому по крепкому деревянному стулу, а вообще в комнате находился ещё и стол, больше никакой мебели не было, — Так-так. Шульский
Казавшийся дружелюбным, каратель моментально изменился в лице, когда мы встретились взглядами. Первое и последнее, что я увидела, это резкий рывок в мою сторону. Через несколько секунд я уже безвольно сидела на коленях, удерживаемая какой-то невидимой силой, а мужчина грубо положил мне на лоб ладонь. Я отчётливо ощущала, как он поднимает из глубин моего сознания различные воспоминания и даже не пыталась противиться, до ужаса перепугавшись за свою жизнь. Как же так? Ведь полминуты назад всё было хорошо, а сейчас в мою голову влезли и роются в ней, словно в мешке с хламом… Было совсем не больно, я просто не могла осознать, что нарвалась на опытного карателя. Рагнар за моей спиной что-то говорил, но я не вникала в смысл его слов, беззвучно роняя горькие слёзы.
— Иномирянка из земляного мира, — меня грубо оттолкнули и мужчина брезгливо отряхнул ладонь, — Хорошо, что держал её возле себя и привёл ко мне. Теперь ей не отвертеться.
Рагнар продолжал говорить, но я не могла сосредоточиться и пыталась осознать всю шаткость своего положения. Наконец, до меня дошло. Я подняла голову и сухо поинтересовалась, с трудом разлепив пересохшие губы.
— Когда будет казнь?
— На рассвете.
Глава 22. На моей ли ты стороне?
До рассвета ещё целая ночь. Позволят ли мне провести её спокойно или будут пытать, словно какую-то преступницу? Я никогда не чувствовала отчаяние настолько остро и не могла нормально дышать, рывками хватая сухой воздух. Не так я представляла себе конец, ох не так. Но несмотря на жуткую для мужчин правду, никто не сдвинулся с места. Время как будто замерло, я существовала в гордом безумном одиночестве, предоставленная сама себе. Никто за меня не заступится, не в этой жизни так точно.
Я неожиданно вспомнила, что мы с Лерой так и не посетили собор Парижской Богоматери и не побывали в Японии на каком-нибудь фестивале. От осознания, что мои мечты рушатся, словно карточный домик, я непростительно громко хрюкнула и разразилась звонким истерическим смехом, наполнившим комнату хоть какими-то признаками жизни.
— Шайгул, она невиновна, — Асхан резко вышел вперёд, прерывая мою истеричную тираду и прикрыл меня собой, — Ева всего лишь жертва обстоятельств и никому не желает зла.
— Она иномирянка, Асхан, — каратель опёрся руками на стол и раздражённо заявил, — Иномирянцы умеют исказить правду и затуманить разум нечестивыми мыслями. Тебе ли этого не знать, Амор.
— Я знаю, но вижу, что она не виновна, — твёрдо ответил герцог, отважно рискнувший выступить против Шайгула и спокойно выдержал его мрачный взгляд, — Пора бы уже начинать менять принципы и разрушать предубеждения. Нельзя ставить жертв и хищников вместе, иначе нарушится закон равновесия.
— Раз ты такой правильный и решил читать мне морали, отправишься на плаху вместе с ней за измену! — каратель аж покраснел от злости и ненавистно прищурился, испепеляя моего защитника взглядом, — Я не потерплю людей, идущих против самой природы. Иномирянцев создало что-то иное, неподвластное нам и мы по-прежнему будем бороться за наши земли.
— Оба замолчите, пока ваши головы ещё держатся на шеях, — брызгая слюной, генерал вышел вперёд и разрушил мою веру в любовь одной лишь короткой фразой, — Если она иномирянка, то останется здесь до рассвета в любом случае.