Иномирец
Шрифт:
Оглядываюсь кругом. Вижу укрытие сделанное магией земли Криса и Орда. Земляной купол выдержал взрыв, и магистры, явно оглушенные, вылезают из него. Где тварь… От ужаса сердце ушло в пятки, а биение сердца заглушило звон в голове. Она еще жива! Как такое возможно?! Ее должно было разорвать на молекулы!
Монстр, пусть и сильно израненный, медленно пошатываясь, вставал на лапы. Крис и остальные начали бить всем, что осталось. Это даже имело эффект, но химера защищалась магией. Если всё так и дальше пойдет, битву на истощение мы проиграем.
Немного
Что же делать? Ближний бой — глупость, патронов осталось штук десять на револьверы и все. Водорода нет. Твою мать. Вокруг только песок. Песок?! Точно, мать вашу! Напитываю магией весь песок, до которого могу дотянуться. Сотня тонн точно есть.
Рывком бросаюсь к твари. Тело явно протестует против такого насилия над собой. От боли в глазах темнеет. Но для реализации идеи, нужно быть хотя бы в двадцати метрах от монстра. Тварь стоит ко мне спиной, отвлеченная битвой со слабеющими на глазах магистрами. За моей спиной мчится целое песчаное цунами. Рубеж достигнут. Встаю на месте, а волны песка устремляются вперед, накрывая монстра. В тот же момент, песок начинает с дикой скоростью вращаться вокруг химеры. Песок под высоким давлением режет даже металл. Будем надеяться, что монстра тоже сможем шлифануть. Но маны хватит минуты на две.
Бегу к Крису и остальным, осевшим на песок безвольными куклами. Черт!
Подбежав, я немного успокоился. Серьезных ран нет, видимо магическое истощение накрыло.
Тварь ревет всеми глотками от боли. Но вот себя я, видимо, переоценил. Песок опадает, сил его держать его больше нет. Мана на нуле, сам держусь в сознании только на морально-волевых.
— Жива, да? — горько вздохнул я смотря на обтесанную, в некоторых местах почти до костей, тварь.
Яростный рев был мне ответом. Чувствую, как коса костлявой старухи опускается на мою шею.
— Ну нет, старая! Мне еще рано! — заорал я изо всех сил в небо и достал свой последний козырь — лазер.
Тварь летящую на меня, насквозь пронзает яркий луч света. Стало светло, словно солнце спустилось с небес на землю. Разрезаю химеру надвое, наискось махнув рукой.
Разделенное надвое исчадье ада опадает на землю. Убираю лазер в кольцо и выдыхаю. Вот теперь точно все. На мои глаза падает первый луч солнца, что осмелился заглянуть в ущелье, ставшее местом нашей битвы. Сотни тел, разорванных на куски. Песок в округе, красный от крови. Где-то видны остатки вражеского лагеря, а в центре этой картины побоища лежит огромная, титанических размеров сука, явившаяся из глубин преисподней. И хотя пустыня уже скоро поглотит все следы этой страшной битвы, в памяти всех выживших это сражение останется на всю
Глава 27. Цена победы
Что происходит? Нихрена не вижу, может помер? Вдруг меня тряхнуло. Ай… Зараза. Точно живой, иначе не было бы так больно. Но почему я ничего не вижу? А, это просто мокрая тряпка со лба на глаза сползла. Похоже, я в повозке.
— Есть кто живой? — постарался я сказать погромче, но вышло не очень. Из пересохшего горла вырвался лишь сдавленный хрип.
— Макс? Это ты очухался? — раздался рядом такой же хриплый голос Криса, — Щас, погоди, воды подам.
Ориентируясь на голос, я кое-как приподнялся на локте, приняв полусидячее положение рядом с Крисом. Тряпка свалилась с моего лица, открыв картину конной повозки, прикрытой тентом. Справа от меня, сидел вусмерть бледный магистр, с перевязанной рукой, и, судя по бинтам, раной на боку. Он, бледными, иссохшимися руками протянул мне бурдюк с водой.
Целой рукой, я схватился за глиняное горлышко и присосался к живительной влаге. По телу пошла приятная прохлада, смачивая пересохшие, словно пустыня вокруг, стенки горла.
— Фух… как же хорошо, — хрипящий голосом блаженно простонал я.
— Как самочувствие? — спросил Крис, протянув трясущуюся руку к бурдюку, чтобы самому напиться.
— Явно получше, чем твое.
— А по тебе не скажешь, — вздохнул он, оторвавшись от бурдюка, — У тебя сломаны левые рука и нога, несколько ребер и, как будто этого мало, ещё и магическое истощение. Я если честно, думал, что ты уже не очнешься.
— А вот хрен тебе. Я ещё всех вас переживу, — попытался оскалиться я, но скривился от боли в груди.
Даже дышать глубоко нельзя, а то лёгкие об сломанные ребра поврежу. Как же паршиво. Опустив взгляд на руку, я понял что в бледности кожи, Крису совсем не уступаю. Сквозь побелевшую до цвета офисной бумаги кожу, явственно проглядывали кости, и болезненно выглядели сильно выступающие синие вены. Но да ладно, это не так критично, раз уж я еще жив.
— Сколько?
Вопрос, непонятный большинству заставил глаза Криса наполниться болью.
— Сорок три. Большинство погибли в бою с химерой.
Я отлично услышал как скрипнули его зубы, а кулаки сами собой сжались, до хруста костяшек.
— Где Грег и Орд?.
— Не волнуйся, живы они, — пояснил магистр, — Просто катятся в соседней повозке.
Я облегченно выдохнул, и прилег обратно на импровизированную лежанку.
— Сколько нам ехать?
Закрыв глаза, я попытался принять такую позу, чтобы сломанные конечности были неподвижны.
— Не больше десяти минут, мы почти добрались до города.
В этот момент телега подскочила заставив нас с Крисом болезненно скривится, щелкая остатками костей.