Иномирец
Шрифт:
— Горцы они такие, — глубокомысленно изрек я.
— Да никакие они не горцы, видимо, раздраженная моей тупостью фыркнула Валентина-Волеслава. — Они начали появляться вблизи замка Черного Властелина, словно вылезали из какого-то подземелья. Легенды говорят, что уже в полном вооружении. Выстраивались в когорты, легионы и растекались по всем сторонам света, сея на своем пути смерть и разрушение. Сами румийцы рассказывают, что они пришли из другого, гибнущего мира и вывел их оттуда Черный Властелин за обещание вечной ему преданности и службы.
Так,
— Ну и что было дальше? — постаравшись придать голосу искреннюю заинтересованность, спросил я.
— Вначале в наш мир вышли воины. Они спустились с гор на север Италийского полуострова, быстро привели к покорности местные племена и основали там свое государство. За ними пришли их семьи. Это было почти четыре сотни лет назад. За следующие полтора века румийцы завоевали весь Западный Мир и отделили его от остального Мира Великой Стеной.
— Они хоть люди? Румийцы-то?
— Да, вполне. На землях, которые привели к покорности, они установили имперские законы. По этим законам румиец, отслуживший в армии определенный срок наделялся землей, изрядной суммой денег и оседал в месте, которое ему понравилось. Многие женились на местных женщинах. Часто брали в жены нескольких. От этих браков рождались дети. Все эти дети, рожденные от западных женщин, уже считались румийцами. Мальчики с детства обучались военному делу и к зрелому возрасту обязаны были отслужить десять лет в легионах. Народы, среди которых они жили, свыклись с их властью, переняли обычаи. Некоторые стали считать себя румийцами, хотя в их жилах и нет румийской крови. Но кое-кто до сих пор и через сотни лет не смирился с их гегемонией. Иногда вспыхивают восстания, которые жестоко подавляются. Но их все меньше и меньше год от года — все же, завоеватели дают дышать подвластным народам. Кому-то даже нравится жить под ними.
— Что, так-таки запросто и завоевали половину Европы?
— Половину чего?
— В смысле, Запад.
— Ну, не так уж все было легко и просто. Однажды, это было лет через пятьдесят после начала их завоеваний, западные племена германцев объединились и начали их теснить. Загнали за Североиталийские горы, прорвались на Италийский полуостров, который Румы к тому времени уже весь завоевали. Казалось, чужаки доживают последние дни. Но, когда противоборствующие армии сошлись в решающем сражении, в ход битвы вмешался Черный Властелин. С помощью своей магии он разметал и обратил в бегство армию германцев.
Опять этот непонятный монстр. Поинтересуемся подробнее, хотя бы ради вежливости.
— Кто он такой, этот Властелин?
Валентина опять посмотрела на меня, как на слабоумного. Вздохнула и пояснила:
— Этого не знает никто. Он существовал еще до сотворения мира. Некоторые считают, что Черный Властелин его и создал. Покидает свой замок он чрезвычайно редко.
Я немного устал следить за описанием политической ситуации придуманного
— Ну а от меня — посланника богов, вам что нужно?
Синицина опять с подозрением глянула на меня, видно снова усомнившись в моем статусе. Однако продолжила.
— Около сотни лет румийцы строили свою стену.
— А для чего она им была нужна? — встрял я с вопросом.
— Племена германцев: визиготы, лангобарды, герулы и другие — наши западные соседи, которые не были завоеваны, начали совершать набеги на территорию империи.
Ага, такие названия племен я тоже где-то читал. Это вроде, из эпохи 'великого переселения народов'. Ну-ну…
— Имперцы начали возводить стену, — продолжала, тем временем, свой рассказ Валентина. — Одновременно они совершали походы на беспокоящие их племена, захватывали там рабов и использовали их на постройке стены. Мало кто жил там больше трех лет. Так, что Великая Стена буквально стоит на костях.
Ах, как пафосно! Голос задрожал, щечки раскраснелись. Ладно, слушаем дальше.
— Стену построили и полсотни сотни лет румийцы за нее почти не выходили. Можно сказать, царил мир.
— Можно сказать? — снова встрял я.
— Были, конечно, стычки, — не очень охотно созналась Валька. — Германцы научились прорываться через стену, если собирали много воинов. С трудом, но могли. Даже западные племена наших родичей — славов — принимали участие в этих прорывах. Как союзники. Еще варанги совершали набеги на побережье Империи.
Варанги — надо полагать варяги, то бишь викинги. В нашей истории серьезные были ребята.
— И чего они там творили, за стеной?
Синицина посмотрела на меня, как на идиота.
— Что, обычно, творят на войне?
— Понятно. Можешь не продолжать. Могу даже сказать, что было дальше. В один прекрасный день румийцы вышли из-за стены и начали давить окрестные народы.
Моя собеседница с подозрением в голосе спросила:
— Ты точно ничего не знаешь про нашу земную жизнь?
— Точно ничего. Просто, кому же понравится пятьдесят лет отбивать набеги и грабежи? Это они еще долго терпели.
Валентина с нескрываемой злостью уставилась на меня и прошипела:
— Слушай, посланник, или кто ты там, ты, вообще, кому прислан помогать — нам, или румийцам?
— Но-но, повежливее с посланником богов, — в свою очередь перешел в атаку я.
— Посмотрим, чей ты посланник. И скоро.
Так, что-то я увлекся. Надо помнить, что я имею дело с чокнутыми ролевиками, а от таких, чего угодно можно ожидать.
— Ладно, — примирительным тоном сказал я, — и что было дальше?
Валька еще с минуту гневно пораздувала ноздри, потом немного остыла. Вспомнила, видно про свои обязанности жрицы и нехотя продолжила излагать.
— Да, восемьдесят три года назад Империя перешла в наступление. Такого победного шествия, как, в свое время, на Западе у нее, конечно не получилось. Германцы, а особенно племена славов не чета изнеженным западным народам.