Иномирье

Осадчук Алексей Витальевич

Только когда я додумался использовать «Стрекозу», дело пошло на лад.

Ошарашенно наблюдая, как мой нож легко режет плоть и шкуру твари, до этого казавшейся деревянной, Барсук сказал:

– Даже не представляю, сколько может стоить такое оружие. Его создали руки великого мастера.

Я не знал, что ему ответить на это. Поэтому лишь неопределенно хмыкнул. О своих экспериментах говорить не хотелось. Правда, поговорить нам все-таки придется. Я буквально спиной ощущал нетерпеливый взгляд Барсука.

А

еще я был зол. Мало того, что Великая Система никак не отреагировала на мои потуги при разделке туши, так еще и сняла несколько единиц прочности с ножа. Видимо, это было мне маленьким предупреждением за то, что вздумал действовать без полагающихся навыков и инструментов. Безобразно срезанные куски шкуры, вырванные когти и шипы чернокрыла в моем мире не стоили бы и ломаного гроша, но здесь, со слов Барсука, все эти «трофеи» должны были произвести впечатление на его соплеменников.

Разговор состоялся на следующий день, когда мы уже были на середине реки. Нужно отдать должное моему боевому товарищу - он терпел до последнего и с вопросами не лез. Мне пришлось самому начать:

– Вижу, ты о многом хочешь меня спросить? Спрашивай…

– Ты измененный?
– сходу спросил Барсук.

Признаться, меня удивил его вопрос. Значит, Ласка ничего ему не рассказала. Любопытно почему? Пока у меня только одно объяснение - оберегала брата.

– Нет, - я покачал головой.
– И сразу, чтобы все вопросы отпали, я - не злобный дух, но я не из этого мира. Чтобы путешествовать между мирами, мне нет необходимости пожирать чье-то тело. Так что я - не одержимый и не мутант.

– Эта тварь из твоего мира?
– Барсук кивнул на мешок с башкой чернокрыла.

– Нет, - ответил я.
– Скорее всего, она родилась уже тут. Она — потомок перерожденного духа, пришедшего в этот мир. И если это так, то называть ее одержимой тоже не совсем правильно.

– Но ты все-таки ее так назвал, - напомнил Барсук.
– Почему?

– Да, - согласился я.
– Потому что у каждого охотника на чудовищ есть дар чувствовать тьму.

– Тьму?

– Иномирный монстр, приходя из своего темного мира, несет в себе его частичку.

По крайней мере, именно так я себе и объяснял суть темных тварей.

– Так значит, ты охотник на одержимых?
– глаза Барсука загорелись.

Я молча кивнул.

– Почему ты здесь?

– Я попал в твой мир случайно, - коротко ответил я.
– У меня просто не было другого выхода.

– А почему не вернулся?

– При переходе я потерял всю свою силу.

Мой ответ развеселил Барсука.

– Ты чего?
– спросил я.

– После того, что я наблюдаю последние дни, мне сложно назвать тебя слабым.

Я усмехнулся в ответ.

– Ах, вот ты о чем… Нет. Я говорил о другой силе.

– Волшба?
– догадался Барсук.

– Именно, -

кивнул я.

– А те склянки? Твой нож? Зелье, которым ты меня отпаивал?

Я лишь отмахнулся.

— Это все не то…

– То место силы, о котором ты постоянно спрашиваешь… - догадался Барсук.
– Думаешь, там найдешь то, что ищешь?

– Очень надеюсь. По крайней мере, это единственная зацепка, которая у меня есть. Теперь ты понимаешь, как важен для меня разговор с Филином?

Лицо Барсука неожиданно помрачнело.

– Что-то не так?
– насторожился я.

Он вздохнул и, хмурясь, произнес:

– Тебе нельзя разговаривать с Филином. Тебе вообще лучше подальше от него держаться.

– Это еще почему?
– удивился я.
– Еще седмицу назад ты только о нем и говорил…

– Да, - кивнул Барсук.
– Но тогда я не знал, кто ты.

– И что это меняет?

– Старик обладает особым чутьем. Он раскусит тебя на раз.

– Любопытно, - хмыкнул я.
– И что произойдет, когда он меня раскусит?

Барсук взглянул на меня с недоумением.

– Как что? Он сразу же расскажет о тебе вождю и всем жителям Озерного. Думаешь, как мы узнаём об измененных?

Я закатил глаза и удрученно покачал головой. Этот парень неисправим.

– А как же Лис?
– задал я наводящий вопрос.

– Видать, Филин его не почуял… - задумчиво произнес Барсук.

– Как и вождя? И еще многих твоих соплеменников?

Брови Барсука взметнулись вверх.

– О чем ты говоришь?

– О том, что в твоем племени полным-полно измененных, - спокойно ответил я.
– Мне они попадались почти на каждом шагу. А Могильщик снабжал их кровью мутантов. Кстати, твой лучший друг в курсе происходящего.

– Тощий?

– Он самый, - кивнул я.
– Натравил на меня своих дружков. Один из них, кстати, измененный. Он, правда, только начал свой «путь»…

– Кто?!
– буквально выпалил Барсук.

– Хм… - нахмурился я, вспоминая имя.

– Глыба?
– севшим голосом подсказал мне Барсук.

– Он самый.

– И что произошло между вами?
– с замиранием сердца спросил Барсук.

– Ну, в принципе, все как обычно… - ответил я, потирая кулак.
– Твой Тощий показал себя отличным бегуном. Снова…

– А Глыба?

– Получил по морде и успокоился, - пожал плечами я. Видя мрачную физиономию Барсука, я спросил: - Из-за меня у вас будут проблемы?

– Ты чужак, атаковавший сына одного из влиятельнейших людей племени, - начал говорить он.
– Чужак, за которого я поручился. За такое у нас по голове не погладят.

– Думаешь, Глыба побежит жаловаться папаше?

– Нет, - уверенно ответил Барсук.
– А вот Тощий - может.

Затем он, прищурив глаза, с подозрением в голосе спросил: