Шрифт:
Дверь кафе беззвучно закрылась, оставив весеннюю сырость за спиной. Вкусно пахнуло ароматом свежемолотого кофе и домашнего уюта. Анна, заказав двойной эспрессо, прошла к свободному столику у окна и почти без сил опустилась на стул. Ноги противно тряслись, сердце выплясывало румбу. Ну, чего она испугалась? Подумаешь, ходит за ней парень, ну и что? Простое совпадение, мало ли в жизни совпадений… Она осторожно отодвинула полупрозрачную штору и выглянула на улицу через запотевшее стекло. Сгущались сумерки. На другой стороне улицы возле припаркованных у бордюра машин стоял, засунув руки в карманы, тот самый парень,
Утром, выскочив из дома, она зацепилась взглядом за сочное оранжевое пятно, усмехнулась про себя, заметив, что для ранней весны расцветка ярковата, но — "чужие вкусы не обсуждаются", одернула собственное выдавшее виды серенькое пальтишко и, не обращая внимания на мешанину из талого снега и воды под ногами, побежала к подъехавшей маршрутке.
Добросовестно отсидев в конторе полдня, Анна решила выйти прогуляться и заодно купить что-нибудь вкусненькое, чтобы скрасить бесконечно тянущееся послеобеденное время. Разглядывая шоколадки в витрине ларька, женщина почувствовала неясное беспокойство, резко обернулась — вплотную к ней стоял парень. Анне захотелось прикрыть глаза рукой, настолько пронзительным был апельсиновый колер его куртки.
— Ань, ты? — знакомый голос отвлек внимание женщины от парня. Она близоруко прищурилась:
— Светка, сто лет тебя не видела! — и кинулась обниматься с бывшей одноклассницей. Тут уж не до парня, заболтались так, что едва на работу не опоздала.
Только вечером, когда обладатель куртки столь экстравагантного цвета, не таясь, пошел следом за ней, не отставая, Анна начала нервничать. Пару раз она порывалась подойти спросить, что ему от неё надо, но не рискнула, так же как и ехать домой с привязавшимся к ней "хвостом". Анна отправилась блуждать по городу, рассчитывая ускользнуть от преследователя, — внезапно ныряла в магазинчики, попадающиеся на пути, бесцельно побродив у пестрых витрин, выходила на улицу и опять видела поблизости оранжевое пятно, останавливалась у киосков "Роспечати", надеясь, что парень пройдет мимо, но напрасно, тот всё не отставал. А сейчас — она снова выглянула в окно — терпеливо ждал её.
— Ладно, погрелась и хватит, — зло пробормотала Анна и ринулась на улицу. Сейчас она ему устроит! Бармен меланхолично посмотрел вслед растрепанной миниатюрной брюнетке, промчавшейся мимо него. Забыла что-нибудь?
Женщина тем временем перебежала дорогу, остановилась в метре от неподвижно стоящего парня. Господи, да он же совсем мальчишка, лет восемнадцать, не больше. Светлые волосы взъерошены ветром, на лице выражение тоскливого ожидания. Она сделала шаг к нему и застыла оцепенело, глядя в его неподвижные светлые глаза. Что-то в этом парне было не так, а вот что именно…
Анна от природы обладала редкостной способностью к эмпатии. В молодости, пытаясь понять природу своей сверхчувствительности, она металась от одного "гуру" к другому. Потом-то, став старше, слегка поостыла и решила довольствоваться тем, что имеет. Достаточно и того, что досталось при раздаче… Она могла улавливать эмоциональный настрой другого человека, видеть нечеткие отражения чужих аур, а иногда даже угадывать мысли, но такое случалось очень редко и только с близкими людьми. Жаль, что этот необыкновенный дар принес
…она не чувствовала ничего, словно перед ней стоял манекен, обряженный в оранжевую куртку, словно сгусток раскрашенного тумана, невзначай принявший форму человеческого тела, словно…
Анна прижала пальцы к вискам, пытаясь погасить наплывающую болевую волну. В ушах зазвенел истошный женский крик, скрежет тормозов, жалобный взвизг шин, скользящих по асфальту. Пронзительные звуки сменились тишиной, в которую тревожным набатом прорывалось биение сердца. Женщина застонала — боль стала нестерпимой — и прикрыла глаза. Мгновенное ощущение полета в осязаемой всем телом темноте, крохотная искорка света впереди, разгорающаяся ослепительным сиянием и стремительное падение в сверкающий круговорот, неумолимо затягивающий в пугающее ничто.
Что это? Анна глубоко вздохнула, отгоняя видение, и озадаченно уставилась на своего визави. Тот, не говоря ни слова, развернулся и зашагал прочь.
— Стой, — срывающимся голосом прохрипела ему вслед женщина, — что ты хотел? — бежать за ним не было сил.
Парень удалялся, словно не слыша её.
Бармен поднял голову, удивленно глядя на брюнетку, пару минут назад выскочившую из кафе. Она тяжело оперлась о стойку бара, едва не падая от изнеможения:
— Мне плохо, вызовите "Скорую", нет, лучше такси…
— Давайте, я вам помогу, — бармен подхватил Анну под руку, провел к двери с нарисованным на ней женским профилем, — попробуйте умыться холодной водой, пока я позвоню.
Оставшись в одиночестве, Анна открыла горячую воду и застыла, глядя на себя в зеркало. Вид у неё! Ну, немудрено, если вспомнить происшедшее на улице. Опомнилась она только, когда её отражение заволокли клубы пара, а на запотевшем стекле проступила короткая фраза из нескольких слов, написанная небрежным почерком: — "Комарова, 55, кв. 69".
И что с этим делать? Анна закрутила кран с хлеставшим во все стороны кипятком и прошла в маленький зальчик кафе. Бармен улыбнулся:
— Вам лучше? — она кивнула в ответ, — такси уже подъехало.
— Спасибо. — Анна пыталась сообразить, где это — улица Комарова, вроде недалеко от её дома. Ладно, сегодня уже поздно, но сходить, наверное, надо. Зачем? Кто её там ждет?
На следующий день Анна всё же позвонила в городскую справку и получила подробное разъяснение, как добраться до нужной ей улицы. Надо же, совсем рядом! Что ж, было бы далеко, может и не пошла бы, а так…
Теперь она стояла в окружении блочных пятиэтажек и пыталась угадать, которая из них ей нужна.
— Скажи, где здесь пятьдесят пятый номер, — остановила она проходившую мимо толстенькую девочку с ранцем на спине. Та махнула рукой на ближайший дом и, не дослушав, побежала к стайке таких же по возрасту девчонок, терпеливо ожидающих подругу возле облупившейся беседки.
— Понятно, — Анна примерно представляла нумерацию квартир и, не колеблясь, отправилась в крайний подъезд. Дом был без лифта, поэтому к последнему этажу женщина порядком запыхалась. Слегка отдышавшись, она нажала кнопку дверного звонка, мало представляя, что сейчас скажет.