Инкуб
Шрифт:
И здорово расстроился: представлять себе, что эта милая девушка является одной из тех, кто хладнокровно уничтожил отца Элли и ещё десятки, если не сотни, людей, мешающих добиться своих целей, мне почему-то было неприятно. Да, я понимал, что ощущение её цельности было, скорее всего, результатом работы транслятора, но поверить в такой её цинизм не мог. Как ни старался. Не помогали даже мысли о том, что для Элли я оказался предателем: зная, что Лия — убийца её отца, отказывался участвовать в её аресте. Но ощущение того, что майор Лейрам Брайн что-то недоговаривает, заставляло снова и снова обдумывать сложившуюся ситуацию. Да и САБС, вживлённый и Элли, и мне, плохо способствовал слепой вере в искренность
К обеду Элли упилась вусмерть, и я, приказав системе безопасности номера открыть дверь в ванную, перенёс девушку в ближайшую спальню, подключился к её комму и задал программу выведения шлаков из организма. Кроме того, пришлось погрузить её в сон до середины следующего дня — к этому времени, как мне казалось, я должен был разобраться и с ролью Лии в заговоре, и с нашими с Элли перспективами. Удостоверившись, что заплаканная девушка спит, я аккуратно закрыл за собой дверь и отправился к выходу из апартаментов — приближалось время, назначенное майором для начала занятий. Однако Брайн не торопился: ещё двадцать две минуты я тупо смотрел в потолок, не чувствуя за дверью ни единой живой души. А потом я ощутил приближение нескольких человек и внутренне собрался…
Майор Брайн отнёсся к делу добросовестно и с размахом. Первое, что я увидел в здоровенном помещении, куда меня привели, — это строй из восьми (!) находящихся в состоянии стазиса суккубов на любой вкус и цвет. Обнажённые фигурки будущих игрушек выглядели так беззащитно, что мне стало немного не по себе — я на мгновение представил лица идущих мимо покупателей, выбирающих себе игрушку, и почувствовал, что начинаю злиться.
— Как тебе девчушки? — не замечая, в каком я состоянии, хохотнул майор. — Нравятся? Это — твои тренажёры… Эх, будь я на твоём месте — я бы не упустил возможности перепробовать каждую…
Я еле сдержался, чтобы не врезать ему по морде, но вовремя остановился — конфликт в данный момент вряд ли сыграл бы мне на руку. Однако Брайн заткнулся сам — видимо, ему сообщили, что я реагирую на его шутки не совсем так, как ему бы хотелось: чувства контролирующих меня из соседней комнаты людей хоть и здорово глушились расстоянием, но всё-таки ощущались.
— Ладно, не злись! Шучу я… — пробормотал майор и тут же перешёл на деловой тон: — Слушай меня внимательно! Твоя задача номер один — используя свой транслятор, соблазнить госпожу Лию Ниори и привести её в номер, который ты «снимешь» специально для любовных утех. В номере всё готово — генератор стазис-поля сработает от твоей команды. В радиусе трёхсот метров от здания не будет ни одного нашего сотрудника. Мы не хотим, чтобы она почувствовала слежку. В общем, тебе надо её довести до апартаментов и всё… Вроде бы не трудно. Но, как ты понимаешь, для того чтобы совратить эту сучку, ты должен суметь правильно работать транслятором. Наши специалисты разработали методику обучения, которая будет апробироваться на этих суккубах, прошедших процедуру импринтинга и продления жизни.
— Как я понимаю, корпорацию «Удовольствие» вы «уговорили», не так ли? — съязвил я.
— Угу… — осклабился Брайн. — Покупать такое количество игрушек ради того, чтобы их запороть за какие-то пятнадцать часов, — это несколько дороговато… Хотя и с бюджетом у нас проблем нет.
— Ясно… — вздохнул я. — Отказаться я, конечно же, не могу.
— Умница! Именно так!
— Ну хорошо, я готов приступить… Кто будет меня учить?
— Я так и думал, что сопротивляться ты не станешь… — довольно осклабился майор и кивнул в сторону кресла, стоящего у дальней от меня стены. — Садись, сейчас к тебе придут.
…Следующие часы я провёл, занимаясь самым идиотским, по моему мнению, делом — тренируясь соблазнять
Специалисты майора потрудились на славу — каждая последующая девушка оказывалась всё менее расположенной к занятию любовью, и для того чтобы суметь её «раскрутить», мне приходилось напрягать фантазию и транслировать, транслировать, транслировать. Увы, моя идея научиться поскорее, чтобы хотя бы один-два суккуба избежали этой унизительной процедуры, оказалась несостоятельной — пока меня не прогнали по всем восьми, майор не успокоился:
— Работай, парень, работай! Суккуба с таким стажем, как у Ниори, обмануть намного сложнее… Следи за мимикой! Говорят, ты хороший программист! Так напиши что-нибудь себе в помощь! У тебя нет права на ошибку!
Наконец, за два часа до рассвета, специалисты, так и не показавшиеся в моей комнате, сочли, что я готов. И тогда я почувствовал себя свиньёй.
— Всё, эти куклы своё отработали… Можно утилизировать… А жаль — я бы позабавился с каждой, и не по одному разу… — покосившись в сторону комнаты, куда складировали отработавших своё «партнёрш», пробормотал майор. — Кстати, прикидываю, как тебе обидно, что тебя отрывали от них в самый неподходящий момент! Я бы взбунтовался!
— Что значит «утилизировать»? — поинтересовался я, стараясь, чтобы в моём голосе не чувствовалось эмоций. Практически как учили.
— А чёрт его знает! Если не ошибаюсь, то их растворяют в кислоте. Хотя, быть может, босс найдёт им и другое применение.
— Так! После продления они должны были получить статус гражданина Лиги! — сдерживаясь изо всех сил, сказал я.
— Да перестань ты! Эти экземпляры уже списаны… Или надо бросить все дела и заняться их адаптацией в обществе? Зачем нам новые заговорщики? С имеющимися четырнадцатью не знаем, что делать.
— То есть и я после всего буду утилизирован? Зачем вам лишняя головная боль? — понимая, что только что убил восемь ни в чём не повинных человек, прошипел я.
— Ты уже работаешь на нас! Зачем тебя-то? — хохотнул майор. Но как-то не очень убедительно. — Не боись, всё будет нормально!!! А сейчас мои умники советуют тебе поспать — до подъёма осталось всего полтора часа…
Естественно, заснуть мне не удалось — то, что творилось в моей душе, невозможно было передать словами. Если бы не мысли о том, что я несу ответственность за жизнь Элли, я бы, скорее всего, взбунтовался и натворил дел, а так, уговаривая себя потерпеть и дождаться возможности избавить мою хозяйку от САБСа, я кое-как дождался половины пятого утра и, ополоснувшись, собрался на пляж. Последние минуты перед тем, как выйти из номера, я заставлял себя отключиться от бунтующей совести, не желающей, чтобы я, не разобравшись в ситуации, давал людям майора арестовывать Лию, и, удавив это чувство, с тяжёлым сердцем вышел в коридор. Ухмыляющийся Лейрам Брайн ждал меня около лифта:
— Привет, полуночник! Выспался?
— Да как вам сказать? — буркнул я. — Не так чтобы уж очень…
— Угу, доложили… Да ты не бойся, парень! Всё получится… А потом ты поможешь нам поймать остальных и, глядишь, через недельку-другую вернёшься со своей хозяйкой на Солисс. И забудешь о том, что вам пришлось пережить…
Рекомендации психологов меня успокоить слегка запоздали — я и без этого был готов практически на всё, чтобы у Элли появился шанс выбраться из этой передряги живой.