Инкарцерон
Шрифт:
Человек нетерпеливо произнёс:
– Маэстра, послушай…
– Неси клещи, Сим. Сейчас же.
Её лицо оказалось совсем близко.
– Не бойся, Финн. Я тебя тут не оставлю.
Он с трудом поднял взгляд, увидел женщину лет двадцати, рыжеволосую и темноглазую. Через мгновение он учуял её запах – аромат мыла и мягких шерстяных тканей – пронизывающий сердце, прорывающийся сквозь его память прямиком в темноту наглухо закрытого внутри него чёрного ящика. Комната. Комната и яблоневые поленья в камине. Торт на фарфоровой
Возможно, на лице его отразилось царящее в душе смятение, потому что она, задумчиво взглянув на него из-под укрытия капюшона, добавила:
– С нами ты будешь в безопасности.
Не дыша, Финн смотрел на неё.
Детская. Каменные стены. Роскошные алые портьеры.
Торопливо подошёл мужчина, поддел клещами звено цепи.
– Глаза побереги, – проворчал он.
Финн уронил голову на руки, почувствовал, как народ столпился вокруг. На мгновение он подумал, что близится один из его мучительных припадков; закрыл глаза, ощутив знакомый одуряющий жар, окутавший тело. Борясь с дурнотой и сглатывая слюну, он ухватился за цепи, дрожащие под напором массивных клещей. Воспоминание таяло; комната и очаг, торт и крохотные серебряные шарики на тарелке с золотой каймой. Исчезло, как он ни пытался удержать его, а ледяная тьма Инкарцерона вернулась вместе с кислым металлическим запахом колёсной смазки.
Оковы соскользнули и упали. Он поднялся, облегчённо вздохнув полной грудью. Женщина осмотрела его запястья.
– Нужно перевязать.
Он застыл, замер. Она прикоснулась холодными чистыми пальцами к его коже между рукавом и перчаткой и заметила крохотную татуировку – коронованного орла.
Она нахмурилась.
– Это не знак цивила. Похож на...
– Что? – сразу же насторожился он. – На что?
По залу разнесся грохот. Лязгнули упавшие цепи. Позади него мужчина с клещами заговорил с сомнением в голосе:
– Странно. Этот болт не закреплён...
Маэстра уставилась на птицу.
– Как на кристалле.
Позади них раздался возглас.
– Что за кристалл? – спросил Финн.
– Странный предмет. Мы нашли его.
– И птица такая же? Ты уверена?
– Да, – она отвлеклась на болт. – Ты и в самом деле...
Он должен узнать об этом. Ему нужно сохранить ей жизнь. Он схватил её и толкнул на пол.
– Ложись, – зашипел он. И добавил зло: – Ты что, не понимаешь?! Это же ловушка!
На мгновение её взгляд задержался на нём, и Финн разглядел удивление, переходящее в ужас. Она вырвалась, подскочила и завопила:
– Бегите! Все бегите!
Но уже распахнулись решётки в полу, из люков, подтягиваясь на руках, гремя оружием, полезли люди.
Финн молниеносно оттолкнул человека с клещами, сорвал фальшивые крепления и отшвырнул цепи. Заорал Кейро, над головой просвистел нож. Финн бросился на пол, перевернулся и огляделся.
В зале было черно от дыма. Цивилы кричали и разбегались в надежде укрыться
Он не видел её. Может, она убита, может, убежала. Кто-то махнул ему и бросил оружие прямо в руки; кажется, Лисс, хотя, кто знает – подонки прятались под тёмными шлемами.
Наконец он увидел Маэстру. Она прятала ребятишек под ближайший фургон. Один малыш заплакал, и она схватила его и прижала к себе. Но тут на пол посыпались, лопаясь, словно сырые яйца, маленькие шарики, испускающие вонючий газ. У Финна заслезились глаза. Он вынул и натянул свой шлем с защитной маской, прикрывающей нос и рот. Сквозь пластину для глаз окружающее виделось в красном мареве, но фигуры различались отчётливо.
Она вооружена и стреляет.
– Финн!
Это был Кейро, но Финн его проигнорировал, подбежал к первой повозке, нагнулся, схватил Маэстру за руку и выбил оружие. Та, гневно завопив, потянулась к шлему пальцами в унизанных шипами перчатках – острия заскребли по металлу. На Финна, пиная и толкая, со всех сторон набросились дети, но он уже тянул Маэстру за собой. С телег на пол летела провизия, которую тут же подхватывали и волокли в люки.
Завыла сирена.
Инкарцерон пробудился.
В стенах сдвинулись панели. С громким щелчком на невидимом потолке включились прожекторы, шаря яркими лучами по залу, выхватывая разбегавшихся, как крысы, подонков. Заметались безразмерные тени.
– Уходим! – заорал Кейро.
Финн волок женщину за собой. Неподалёку от них безжалостный луч поймал убегающую фигуру, и та беззвучно испарилась. Плакали дети.
Потрясённая, почти не дыша, женщина повернулась, взглянув на то, что осталось от её людей. Финн потащил её к люку.
Их взгляды встретились.
– Вниз! – выдохнул он. – Или умрёшь.
На секунду ему показалось, что она не послушается.
Но она плюнула в него, вырвалась и спрыгнула в люк сама.
Вспышка белого пламени обожгла камни, и Финн торопливо прыгнул следом за пленницей.
Скат был из белого шелка, тугого и прочного. Финн стремительно соскользнул по нему прямо в кучу награбленных мехов и всякой металлической всячины.
Уже отконвоированная в сторону, с дулом у виска, Маэстра встретила его презрительным взглядом.
Финн медленно и тяжело поднялся. Повсюду вокруг в тоннель скатывались нагруженные добычей подонки, некоторые раненные, многие почти без сознания. Последним, легко приземлившись на ноги, прибыл Кейро.
Решётки с грохотом захлопнулись.
Скаты опали.
Смутные фигуры, тяжело дыша и кашляя, сдирали с себя маски.
Кейро медленно снял свою, явив миру прекрасное перепачканное лицо. Финн зло набросился на него:
– Что произошло?! Я чуть не свихнулся! Чего вы так долго?