Ингредиент
Шрифт:
— Я хочу купить все эти книги!
— Покупка книг хорошая идея, ах, если бы можно было бы также купить время на их чтение. Ну, ладно. Покупай и проваливай, уродец. Живей. Торопись!
Значит оно согласно? Я так и знал, деньги- вот что важно!
Но если и дальше так обращаться с клиентами, то можно и разориться.
Ища интересную мне книгу, я всё рассматривал загадочного продавца.
Мужчина это или женщина? Я не знаю.
Загадочный, бесполый продавец, был одет в классическую японскую юкату.
На юкате были нарисованы
Оно всё махало перед собой веером с японскими, а может и китайскими иероглифами.
— Прекращай бубнить себе под нос! Покупай, поторапливайся, ты оскорбляешь меня своим уродством! – Он или она всё повторяло это. Надоел. Или надоела. О-о вот! Куплю эту книжку! (Не знаю только зачем?) Я увидел очень странную книгу, точнее ее цену и не сдержал своего удивления.
— "Тот кто ищет солнце" Цена, один миллион долларов?! Что за бред, да что это за цена такая и кто написал эту книгу?!
— Это я! Хотя по правде говоря, я никогда не хотела быть писательницей, я всегда мечтала стать Мангакой. Так странно. Во время написания этой книги, я разрешила многие жизненные проблемы. Смешно? Писательство оказалось, мощным способом излечения от всех бед и проблем, и после написания, жизнь становится такой как надо. – Ответила неопределенность, размахивая своим веером.
— Вы автор? Но почему такая неадекватная цена, там, что расписан рецепт от рака?
— Неважно. Покупай и поторапливайся!
Подойдя к кассе я рассчитался своей карточкой и начал понемногу жалеть, что купил книги, которые по большей части мне нахер не нужны. Как и все остальное, что у меня есть нет.
Стоя у прилавка в тупом удивлении, пораженный, уничтоженный, я делаю шаг к двери и снова останавливаюсь.
Я пристально гляжу в стену; там, на кожаном шнурке, висит колокольчик, а под ним связка веревок.
Я все еще оставался в неведении; мужчина это или уродливая женщина?
— Ты чего пялишься? Ты что предполагаешь мою половую идентификацию?
— Ей богу ничего я не предполагал. И вообще, мне все равно. – Сказал я, после чего сразу же рассчитавшись с этим непонятным и грубым продавцом, я выложил за гору макулатуры целые двадцать одну тысячу йен.
Я покинул этот поганый магазин со странным специфическим запашком.
И вот я тащусь с пакетами полными проклятых книг по узкой улочке.
С каждым метром пакет с проклятыми книгами становился тяжелее.
Я даже без понятия, что я там купил. Но это не важно, я всё ровно всё прочту.
Я долго вспоминал, где я припарковался. Это вечная проблема любого мегаполиса.
И так, грядёт весьма серьёзный вопрос; Где, черт возьми, я припарковал машину?
Тем временем, пока я искал свою машину, на улице проходила какая-то демонстрация. Молодой человек очень громко агитировал через картонный мегафон:
— Внимание! Внимание! Не проходите мимо, и услышьте о зверстве над животными!
Ежегодное
Игнорируя его, я просто прошел мимо. Но вдруг, этот парень протянул мне какой-то флайер, после чего он с видом человека, который хочет что-то продать.
— Здравствуйте, я представляю общество защиты Китообразных и Дeльфиновoдных.
Я сообщаю обществу, что двадцать девять меpтвых кашалотов найдено на берегу Германии, но самая страшная находка оказалась в их желудках. Их желудки были полны пластиковых отходов. И это говорит о том, что люди должны прекратить делать из океана свалку для мусора. – все говорил парень. Он всучил мне брошюру. Как странно. Чувство глубочайшего омерзения мелькнуло на миг в тонких чертах этого молодого человека. Кстати, он был замечательно хорош собою, с прекрасными темными глазами, темно-рус, ростом выше среднего, тонок и строен. – Зачем он идет за мной и рассказывает все это?
Я взял флайер и ответил: — Спасибо, приду домой, прочитаю.
На самом деле, я взял флайер просто из вежливости.
Cолнце только что село, дневная теплота оставалась еще не надолго в воздухе.
* * *
Сегодня утром я рано подхватился с постели, вскочил с волнением, словно прямо сейчас, прямо в это мгновенье, что-то начнет совершаться.
Что-то очень-очень значимое!
Я верил, что вот-вот, сейчас, прямо сейчас наступает и непременно наступит какой-то радикальный перелом в моей жизни.
Вот-вот он наступит.
Увы, ничего не произошло.
Вообще ничего. Сегодня явно не мой день, не та нога, не та постель.
Сегодня я явно не в себе, ну или чересчур "в себе".
Ладно, подожду, я подожду, пока время пройдёт, точнее исчезнет.
Все как обычно; утро было обычным, настолько обычным, что это даже разочаровывало. Меня калечит само мое существование. Я не живу, а едва протягиваю.
Из-за скуки и той обычности я включил телевизор.
Я редко смотрю телевизор, обычно он даже не подключен к розетке.
Но на сей раз, я решил включить его.
Кажется, я не включал его с тех пор, как переехал в эту квартиру. Тупо щелкая каналы бесполезных реклам, я вдруг наткнулся на новости, сообщающие о том, что «Многие жители против принятия беженцев; мы не хотим видеть этих нищих иммигрантов на наших улицах, которые уже из-за них становятся трущобами!»
Тут я и переключил. Но вдруг, по этому проклятому ящику показывали повтор трансляции; как на улицах проходили массовые демонстрации. Это было сегодня?