ИнфоСфера
Шрифт:
Мы всегда стремимся уменьшить время использования ЖО, чтобы оставался запас на непредвиденные нужды. Случалось, что какая-нибудь группа выполняла задание, а потом банально задыхалась где-нибудь в промежуточных отсеках. А у нас ведь и без этого куча возможностей откинуть копыта.
В станционной атмосфере уже пошло легче и быстрее. Технические коридоры шире, повороты в них плавнее, чтобы спокойно мог проехать грузовой колёсный дроид. Как назло мы сразу же встретили один такой, настырно едущий навстречу, и который нас, естественно, в упор не видит.
Жужжащая махина занимала собой почти
Метров десять матерящегося хакера тащило следом за грузовиком, потом он смог таки отцепиться, упал на спину и раскорячился посреди коридора, притворяясь что помер. Видимо надеялся, что мы пойдём его подымать.
– Печальная смерть вне битвы, - констатировал Дуос и театрально смахнул несуществующую слезу.
– Жалкое зрелище. Пойдёмте отсюда, побратимы.
– Как всегда, никакого сострадания, - Мёд качнулся из стороны в сторону, тяжёлый ранец делает его похожим на неповоротливого жука, что упал на панцирь. Но жуку и не снилась лёгкость, с которой может вскочить на ноги армеец.
– Нет, но согласись, - не сдался снайпер, глядя как перекатом поднялся Мёд.
– Славная смерть в бою, почётнее жизни без падений.
– Да все согласны, Дуос, - Трикс приятельски толкнул Дуоса в наплечник.
– Спорить с тобой о смысле жизни это быстрый способ заработать жуткую головную боль. Заткнись, пожалуйста, братан.
– Но...
– Тихо!
– жёстко выдохнул я.
– Мы уже рядом с орудием, тут могут быть живые. Всем смотреть в оба и помалкивать.
Встретить в техническом коридоре живого человека событие маловероятное, но лучше перестраховаться. Иногда диверсионные группы прокалываются из-за сущих пустяков. Да и слушать индейские излияния Дуоса, то ещё удовольствие.
Я решил поторопиться чтобы не встретить ещё один грузовик. Дальше двигаемся спешной пробежкой. Через километр обнаружился искомый люк для ревизии орудийных систем. Мёд его споро отвинтил, мы влезли в тесный и пыльный отсек и закрыли за собой.
Вот она, собственно, цель нашей операции. Механизм наведения и распределения мощности орудия МАТ-1000 номер пять, сектора СК-3. Нам предстоит вывести пушку из строя за тридцать минут до начала штурма. Чтобы гадский рельсотрон не пулял по штурмовым транспортам когда «Мармеладка» пойдёт в атаку. К месту мы поспели всего-то за каких-то два часа, так что остальные сорок шесть будем предаваться обжорству и сну.
Думаю, другие диверсионные группы тоже легко достигнут своих целей. И когда придёт время, станционная ПКО свернёт дезертирам громадную фигу в заданном секторе. Ничто так не опускает мораль защитников как дружный отказ множества систем защиты.
Трикс уселся поудобнее и затылком шлема прижался к люку через который мы вошли, так ему будет лучше слышно если кто-то пройдёт рядом. Рельсотрон всегда контролируется удалённо из пульта в защитной рубке, наподобие той, что мы с парнями брали прошлый раз. Но есть и запасное управление, к которому
– Жаль, что рядовому бойцу никогда не оценить величия всей картины, - заявил Дуос, растянувшись вдоль переборки и закинув руки за голову.
– Мы знаем только крошечный отрезок операции. А представьте каково наблюдать за стратегической картой: стеной идут мощные дредноуты, вокруг роятся быстрые эсминцы прикрытия, в кормовом следе множества кораблей прячутся транспорты с пехотой. Тяжёлые рельсотроны мятежников наводятся на наступающий флот и … пшик... Отказ систем. Вражеский командующий формирует десятки запросов, офицеры поддержки орут в инфу идиотские приказы, техники не способны разобраться в ситуации, паника на мостике... Наконец, на периферии сканинга проступают очертания титана «Мармадел». Операторы в креслах дружно вздрагивают от страха...
– На стратегической карте командующего нет видео с операторами в креслах, - сварливо пробубнил Мёд, уже начиная не спеша отвинчивать панель, под которой скрыты блоки связи.
– Рубки с операторами специально экранированы от наблюдений извне.
– Тссс!
– поднял палец Трикс, мы мгновенно замерли и затаили дыхание, здоровяк пару секунд прислушивался, а затем расслабленно махнул рукой.
– Отбой. Продолжайте трепаться.
Лучший сценарий для диверсионной группы это когда противник совершенно не замечает её работы или замечает постфактум, когда бойцы уже причаливают обратно к «Мармеладке». И когда всё складывается тихо и мирно (а так происходит почти всегда, мы же профи), Дуос впадает в меланхолию, насколько это вообще возможно для «рефа», и начинает загонять пафос. Практически каждое ожидание начинается с философских мыслей индейца о войне. Он вообще любитель что-нибудь беспристрастно обсудить и поспрашивать ненужных советов.
– И всё же, - приняв отмашку Трикса, как указание к действию, продолжил Дуос: - Быть командующим я бы не хотел. Им совершенно не ведомо упоение боем или схваткой глаза в глаза.
– Какие глаза в глаза?
– ехидно фыркнул я.
– Ты снайпер, ёпта.
– И поэтому в прицел мне видно гораздо больше, чем бегущему сломя голову штурмовику, - спокойно парировал Дуос.
– Я не умаляю твоих качеств, босс. Но ты стреляешь навскидку, замечая цель лишь краем глаза. Я же отбираю жизни медленно и верно. А что касается ближнего боя, то мало кто достоин сойтись со мной.
– Тут не поспоришь, - поддержал Трикс.
– И как снайпер я всегда легко отслеживаю, как противник крадётся, выбирает выгодную позицию, надеется подстрелить кого-то из вас, и как тревожно вспыхивают его глаза когда он начинает чувствовать давление в грудине от попадания из моего «дырокола». Медленно и верно.
– Ты маньяк, - я снял со спины маленький плоский ранец и вытащил из него плитку шоколада, вернее что-то слегка напоминающее по вкусу, но зато полезное до усрачки, разломил и передал каждому бойцу по кусочку.