Иней
Шрифт:
Я крепко вцепилась в дверь.
— Тогда зачем ты вообще участвовала в этом турнире?
— Я хотела быть к нему как можно ближе. Потому что, если бы я стала королевой, я бы каждый день до конца его жизни напоминала ему о том, кем именно он является. Что он — смерть. И я бы сделала всё, чтобы это произошло. Но теперь, когда я увидела будущее, я знаю, что мои планы сработали не так, как я надеялась.
— Когда ты говоришь, что сделала бы всё, что угодно… Мория. Это ты убила Элис?
Уголок её рта дёрнулся.
—
Блеск в её глазах говорил мне, что я не ошиблась
— Но послушай, Ава, может, и не имеет значения, что я не буду королевой. Я видела, что он убьёт и тебя тоже, и мне не нужно напоминать ему, не так ли? Потому что смерть будет следовать за ним по пятам, куда бы он ни пошёл, и все это увидят. Все будут знать, что король, который сидит на троне, прогнил и развращён до мозга костей. Просто Эрлкинг с симпатичным личиком.
— Почему ты рассказываешь мне это сейчас?
Она вытерла рукой мокрые от слёз щёки, размазывая по ним ещё больше крови.
— Потому что ты мне действительно не нравишься. Милисандия заслуживала быть королевой, а ты — нет. Ты похотливая, грязная социальная карьеристка. Ты шлюха, которая хочет корону, и тебе здесь не место. И хуже того, я чувствую, что с тобой действительно что-то не так. Что-то злое. Тебе не место в Благих землях, Ава. Поэтому я хочу убедиться, что ты ни на мгновение не испытаешь чувства победы, прежде чем умрёшь мучительной смертью, как это сделала Милисандия. Я хочу, чтобы ты поняла — ты здесь одинока и нелюбима. Я хочу, чтобы ты умерла в ужасе, зная, что так или иначе, ты проиграла мне, и я помочусь на твою могилу.
Мория повернулась на каблуках и прошествовала по коридору, пока её громкие шаги эхом отдавались от каменных плит. Я закрыла дверь и снова повернулась к Шалини.
Всё моё тело тряслось.
Я натянула зелёное платье, игнорируя требования Шалини рассказать ей всё до последнего слова, что она не смогла подслушать.
Но прямо сейчас мне нужно было поговорить только с одной персоной, и этой персоной был король Благих.
***
Я помчалась вниз по лестнице. Аэрон сказал, что я найду Торина в тронном зале, он уже готовился к своему торжественному объявлению.
Это могло быть уловкой Мории — долгой игрой на перспективу. Может быть, она подбросила эти дневники. Может быть, она пыталась заставить меня исключить себя из списка кандидаток. Но мне нужны ответы на некоторые вопросы.
И что терзало меня в глубине души, так это то, что Торин привёл меня в Храм Остары не просто так. Там, казалось, над ним нависла тень вины.
Позади себя я услышала шаги Аэрона, когда он последовал за мной, обещая оберегать меня до грандиозного объявления. Пока я не смогу надеть корону на свою голову и вернуть королевству его былую славу.
Когда я добралась до тронного зала, несколько фейри прибыли
Длинный красный ковёр тянулся по центру каменного зала, и когда я приблизилась к королю, мой взгляд скользнул по комнате. Я хотела поговорить с ним наедине, но предполагалось, что я должна держаться от него подальше.
Знал ли он, что его прикосновение было смертью?
И всё же, по какой-то причине, несмотря на всю его скрытность, несмотря на то, что я прочитала в дневнике, я доверяла ему. Несмотря на всё это, я уверена, что Торин был хорошим мужчиной.
Моё зелёное платье волочилось за мной, пока я шла, но, вероятно, я выглядела немногим лучше, чем Мория. Мои волосы всё ещё были влажными, а выражение лица — мрачным.
Торин поднялся со своего трона, когда я приблизилась, и его глаза были прикованы ко мне. Я бы не сказала, что он выглядел обрадованным, увидев меня.
Когда я поднималась по ступенькам помоста, он склонился ко мне и прошептал:
— Что ты делаешь, Ава?
— Мне нужно поговорить с тобой наедине.
Он покачал головой.
— Сейчас не время. Если только ты не хочешь отказаться от нашей сделки?
Я сделала глубокий вдох.
— Мория рассказала мне о своей сестре, — прошептала я как можно тише. — Милисандия. Она говорит, что ты убил её. Тебе это о чём-нибудь говорит, Торин?
Один взгляд на опустошённое выражение его лица, и я сразу поняла, что всё это правда. Мой желудок сжался.
— Почему она говорит, что твоё прикосновение — это смерть? — мой голос был едва слышным шёпотом.
Но Торин мне не ответил. Он смотрел на меня с мольбой на лице.
Стоило ли это пятидесяти миллионов?
Стоило ли это того, чтобы не быть одной?
Я уже не так уверена. Я бы вернулась домой, бедная, опозоренная и совершенно одинокая, но, по крайней мере, я была бы жива. По крайней мере, я не стала бы постоянно оглядываться через плечо, боясь, что смерть придёт за мной.
— Я забочусь о тебе гораздо больше, чем следовало бы, — пробормотал Торин.
— И всё же ты не ответил на мои вопросы, — во мне вскипело разочарование, и я отвернулась от него. Когда я это сделала, он коснулся моей руки.
Я оглянулась на него. На лице у него отразился ужас, щёки побледнели. Тени скользнули по его глазам, и моя кожа похолодела там, где его пальцы коснулись моей обнажённой кожи.
Он, казалось, застыл на месте, в ужасе уставившись на свою ладонь на моей руке — и я тоже не могла пошевелить ни единым мускулом. Воздух стал ледяным, и я почувствовала, как лёд растекается во мне.
Паника подступила к моему горлу, когда паутина инея расползлась по моей руке, сделав кожу бело-синей. Рука замороженного трупа…