Incomplete
Шрифт:
Спустя несколько мгновений появился Тревор. И, спасибо святым кексикам, он не был таким идиотом, как Эван. Парень, оценив ситуацию и видя, что силы не равны, бросился мне на помощь. Когда вес Бьянки пропал с меня, я еще валялся на полу, никто не спешил мне на помощь.
— На что вылупился, белобрысый? — услышал я рык девушки и аккуратно отвел руки от лица, глядя на собравшихся.
— На тебя, mamacita, — нагло ответил Эван, оглядывая девушку с головы до ног.
Бьянка мило улыбнулась барабанщику.
— Сейчас я тебе лупалки
— Эм… Алан? — нарушил молчание Трев, — это что, твой новый сексуальный фетиш? Тебе нравится, когда тебя унижают?
— Что… — прохрипел я с пола, — какого вы вообще делаете в Чикаго?
— Соскучились, — ответил Эван, продолжая разглядывать Бьянку.
Тут в дверь постучали.
— О, это мой завтрак, — радостно сказала Бьянка и, перешагнув через меня, пошла открывать дверь.
Кое-как встав с пола, почувствовал, как огнем болит все тело. Как же больно, твою мать.
— Как вы узнали, где я становился? — спросил у парней.
Я не говорил им, где останусь. Эв закатил глаза.
— Ты серьезно думал, что мы не узнаем, где остановился Брюс Уэйн? — м-да, кажется моя одержимость Бэтмэном разукрашена в голубых тонах.
Тем временем Бьянка отобрала тележку с завтраком у официанта и, нагло закрыв перед его лицом дверь, при этом не давая на чай, покатила ее к креслу, на котором сидела до всего этого.
Я просто не знал, что сказать. Это просто какой-то сюр. Я направился в душ.
Спустя самый долгий душ в моей жизни, почувствовал себя хомосапиенсом. Надел черные потертые джинсы и футболку, вышел к «гостям». Трэв на полу копался в телефоне. Бьянка до сих пор завтракала. А Эван сидел на диване и смотрел порно по платному каналу.
— Ради всего святого, Форд! Выключи это, — сказал я, садясь рядом с ним.
— Мне скучно, — ответил тот. Я не знал, что на это сказать, просто покачал головой.
— Я заказала кучу деликатесов, Картер. Тебе придется раскошелиться, — с набитым ртом проговорила Бьянка.
— После того, как ты отпинала меня, между прочим, лежачего, я ни за что платить не буду, — зло ответил ей.
Девушка пожала плечами.
— Это твой номер, — как для умалишенного проговорила она, — а я доем, оденусь и уйду. Может, прихвачу с собой пару полотенец из ванной.
— Я вчера тащил твою пьяную тушку в номер и вот благодарность, — постарался достучаться до совести Бьянки.
Девушка замерла с недонесенным беконом ко рту. И в этот самый момент в документальном фильме Эвана произошел кульминационный момент. В тишине номера начали раздаваться стоны и охи. Даже слышать их было некомфортно.
— Как ты включил телевизор без пульта?! — еще больше разозлившись, заорал я.
Меня вся эта ситуация начала конкретно напрягать.
— С помощью телефона, — спокойно ответил Форд, ни на секунду не отрываясь от экрана.
— Ты хочешь сказать, — злобно начала Бьянка, — что пока я вчера была в отключке, ты надругался над моим пьяным телом?
Я нахмурился
— Я хочу сказать, что донес тебя из машины сюда в номер.
— А я хочу сказать, что засужу тебя за сексуальные домогательства, кто знает, что ты делал, пока я была без сознания.
Мои брови поднялись так высоко вверх, что, скорее всего, виднелись над головой. Что она только что сказала? Домогательства. Я переглянулся с ребятами. Эв даже убрал звук на фильме, но естественно не выключил. Все мы знаем историю Харви Вайнштейна в Голливуде и про последующие скандалы. И когда кто-то рядом с вами произносит словосочетание «сексуальные домогательства», стоит нанять себе кучу адвокатов, а еще лучше сменить имя, пол и род деятельности. Мне нечего было сказать, я просто сидел и хлопал ресницами. Затем Бьянка снова принялась за свой завтрак. В тишине номера было слышно, как она пережевывает бекон.
— Ты ей сердце разбил, засранец, — как ни в чем не бывало, словно она только что не сжала нас ментально за яйца, произнесла девушка.
— Она была похожа на зомби. Не ела, не спала, тупо пялилась в потолок или рыдала. Я думала, что придется покупать надувную лодку и плавать в море ее слез. Никогда не видела, чтобы кому-то было так больно. Хотя все было внутри нее, я видела эту боль. И я сказала, что при встрече надеру тебе зад. Вот мы и встретились. Так скажи, Алан, та девушка стоила Сэм?
Лучше бы она еще раз меня избила, честное слово. Реальные удары ничто. Такое чувство, что каждое слово Бьянки било меня в центр груди, вспарывая грудную клетку и раня осколками.
Ни одна девушка никогда не будет и рядом стоять с Сэм. Саманта Джонсон — мое все. Пробыв с ней всего несколько жалких часов, я понял, что все это время не жил вовсе.
Та измена — самое фатальное решение в моей жизни. Мне противно от самого себя. Если бы я только мог все изменить… Отдал бы все. Даже свой голос. Как гребаная Русалочка в том мультике. Я понял одно — хватит жалеть. Прошлое должно остаться в прошлом и не нужно его ворошить, как мусор на дне реки.
Последние два года я занимался самообманом. Уговаривая себя, что смогу без Саманты. Незаменимых людей нет. Иисусе, я такой идиот. Наша история любви никогда не закончится. Она не просто о счастье, о заботе, о вдохновении. Она обо всем сразу. О соединении. Никак не о боли.
Раньше я думал, что любви к музыке мне достаточно для счастья. Как же я ошибался. Жизнь никогда не будет полной, если в ней не будет моей Дикарки. Не зря о любви мужчины и женщины слагают легенды. Я и Сэм связаны. Красной нитью, космосом, эмоциями. Все равно чем. Может, наша встреча и не была на карте Судьбы, расположении звезд и всяких параллелях. Мы разные. Но когда мы встретились, то обрели некую связь, которую разорвать невозможно. Она моя, а я — ее. Вот так просто. И во что бы там ни стало, я верну Сэм.