Incomplete
Шрифт:
Разлуку с ней я переносил особо остро. Несколько раз я предлагал Сэм приехать ко мне, хотя бы на один день. Но она не могла. Конечно же, я говорил, что понимаю и все хорошо. Но я ничего не понимал, и не было ничего хорошего. Я сам себе напоминал вечно жалующуюся девчонку, но ничего не мог с собой поделать. Это сильнее меня, маза фака.
Залпом выпил джин и бросил в бокал бычок от сигареты. Минутка хандры прошла, и я готов вернуться на вечеринку и надраться в хлам. Не успел я войти, как в моей руке тут же оказался стакан с янтарной жидкостью, а какая-то брюнетка мне призывно улыбалась. Я отсалютовал ей стаканом и выпил все содержимое. Не успел
Вот уже рядом со мной стоит какая-то блондинка и так громко смеется над моими шутками, что я боюсь, как бы у нее силикон не полопался. От этой мысли начинаю смеяться и я. Дальше, все как в тумане. Помню ощущения легкости и мнимого веселья. И то, как мы уединились с блондинкой в уборной, и она тут же засунула свой язык мне в рот.
Где-то на краю сознания я понимал, что это неправильно, и я должен отпихнуть ее от себя, но не мог вспомнить, почему должен это сделать. Помню, как из недр своего внушительного декольте она достала телефон и предложила сделать селфи. И в тот момент я посчитал ее практически гением.
Мы позировали, дурачась у зеркала. А потом я забрал телефон у нее из рук и усадил на столик рядом с мойкой…
Через три дня после вечеринки мы были в Питтсбурге, где вечером у нас очередной концерт. Мы сидели и смотрели кабельные каналы, как без стука к нам зашла Линда, бросила мне газету на колени и ушла.
Я молча взял ее и посмотрел на первую страницу. На ней красовалась моя физиономия. Но я был не один, а с девушкой с вечеринки. Мы стояли и улыбались зеркалу. Я сглотнул и прочитал заголовок: «Фронтмен набирающей популярность группы уже почувствовал вкус славы. Эксклюзивное интервью Аманды Льюс о ночи с рокером!»
Если бы я поднял брови еще выше, то они оказались бы у меня на затылке. Рядом сидевший со мной Аарон притих, а Тревор вырвал газету у меня из рук.
— Твою мать! — выругался я и, поставив локти на колени, схватился за голову.
Меня накрыла паника, я тут же достал телефон из кармана и написал Сэм.
«Привет, Птичка, как ты там?»
И когда через пару секунд получил ответ, то вздохнул с облегчением.
«Привет, собираюсь с Бьянкой пить тыквенный кофе. Она меня убивает»
Значит, Сэм ничего не видела, может, это местная газета… Что делать? Я подорвался с дивана и пошел на поиски Линды, когда вопрос Трэва остановил меня.
— Чувак, ты что, серьезно, прежде чем засадить этой телке, сказал ее вагине «Пустите переночевать»?
Я показал ему средний палец и вылетел из комнаты. Линда была у себя в комнате и не стала ходить вокруг да около.
— Я все уладила, Алан. Она дала журналу только одно фото в надежде заработать. Завтра я выступлю с опровержениями. Но постарайся держать себя в штанах. Никому не нужна эта головная боль. Ты не Пэрис Хилтон и Ким Кардашиан, чтобы строить карьеру на сексе. У тебя есть мозги. Включи их, прошу тебя.
Мы с Линдой еще поговорили, она сказала, что это местная желтая пресса и вряд ли кто-то воспримет это всерьез. Я вернулся обратно к парням и к этому времени Тревор куда-то ушел. Аарон сидел на том же месте и, как только я сел рядом с ним на диван, он повернул голову в мою сторону.
— А если Сэм увидит это и захочет знать правду, что ты будешь делать? — спросил друг.
Сейчас я ненавидел
— Буду врать. Скажу, что это все выдумка.
Видел, как Аарон разочарованно начал качать головой и это меня выбесило.
— Я сам разберусь со своей девушкой, ок? Эта блондинка просто ошибка и ничего не значит. Конец истории.
Я встал с дивана и прошел в себе в комнату, которую делил с Эваном. Завалился на кровать и закрыл глаза предплечьем. Черт, меня тошнило от самого себя. Эти слова-клише после измены. Я больше никогда не буду пить. Все во мне снова взбунтовалось.
После той ночи… Когда я протрезвел на следующее утро, мне было противно смотреть на себя. Я ненавидел себя за это. Ненавидел за то, что предал Сэм. Это было самое настоящее предательство. Она доверилась мне, доверила себя, свою душу и свое тело. А я осквернил это все. Не смог сдержаться, ведь знал, как на меня действует травка… Мне было так одиноко в тот момент, просто хотелось тепла…
Нет, хватит себя оправдывать, что сделано, то сделано. Но, как я и сказал Аарону, я буду врать. Буду до последнего говорить, что ничего не было. Этот перепих не стоит наших отношений с Сэм. Я исправлюсь, я стану лучше для нее и буду до конца дней зализывать свою вину, но будь я проклят, если признаю правду. Обещаю.
Мы перебрались в другой штат, чтобы провести здесь ближайшие пять дней. В нашем графике небольшой перерыв на перезарядку. Было около восьми вечера, и я спустился в ресторан отеля, собираясь поужинать, а потом вернуться в номер. Я все еще наказывал себя за эту чертову блондинку. Постоянно писал и звонил Сэм, она вела себя как обычно. И я каждый раз произносил молитву благодарности Всевышнему за это. Хоть мне и было хреново… Но если ложь раскроется, то она уничтожит Сэм. Давайте смотреть правде в глаза. То, что у нас есть — это нечто настоящее и нам повезло, что среди всех этих заменителей мы нашли друг друга. Больше никогда, никогда я не сделаю такого. Черт, да я даже курить бросил, наказывая себя.
После ужина я еще позависал с Эваном. Мы вышли из отеля и решили найти ближайший Старбакс, ему, видите ли, захотелось мятного какао с зефирками. Кофейню мы нашли без проблем, но когда стояли в очереди, барриста узнал нас, вместе с парочкой посетителей. Все захотели получить автограф и сфотографироваться. Зато нас обеспечили халявным кофе и маффинами.
Пока мы дошли обратно, все уже было съедено и выпито. Эван предлагал рвануть в ночной клуб, но я отказался. Зашел обратно в отель и на лифте поднялся на свой этаж. Прошел по коридору до своей комнаты, открыл дверь, включил свет и тут же встал как вкопанный.
По центру кровати сидела Саманта. Первым моим порывом было броситься к ней и целовать до онемения губ… Но когда девушка подняла на меня глаза, я сразу же отбросил эти мысли, как ненужную обертку. Она знала, я видел это в ее глазах. Сэм молчала, и я не смел заговорить первым. Просто не мог.
— Ты спал с ней?
Сэм все-таки нарушила молчание, и ее голос резанул по мне. Настолько он был сдавленный и хриплый. Все во мне кричало — ВРИ. Я много раз репетировал этот разговор и каждый раз говорил так, что почти убедил себя. А сейчас я стоял и не мог вымолвить и слова. Смотрел на нее, на свою девочку. Такую красивую и такую ранимую. На ее глазах выступили слезы, и мне захотелось вырвать себе кадык за них.