Иначе — это МИФ

Асприн Роберт Линн

— Господа! — взвизгнула наша жертва. — Кажется произошла ошибка!

— Совершенно верно, — заметил я. — И допустил ее ты.

— Вы не понимаете! — настаивал Фрумпель. — Я испытал удивление и ужас, когда узнал о вашей смерти.

— Да и мы сами были не слишком этому рады.

— Позже, малыш. Слушай, Фрумпель. Прямо сейчас у нас есть мотив, и возможность тебя прикончить. Верно?

— Но я…

— Верно?

Ааз двинул ножом, и острие придавило кожу на горле девола.

— Верно, — прошептал Фрумпель.

— Отлично. — Ааз отодвинул нож

и сунул его за пояс. — А теперь поговорим о деле.

— Я…я не понимаю… — заикаясь, выдавил Фрумпель, потирая рукой горло, словно проверяя, что оно еще цело.

— Это означает, — объяснил Ааз, — что мы хотим получить твою помощь больше, чем хотим отомстить. Однако не надо слишком расслабляться. Выбор был не таким уж легким.

— Я…я понимаю. Ну, что я могу для вас сделать?

— Брось Фрумпель. Вспомни нашу первоначальную сделку. Ты должен признать, что мы проложили для твоих беглецов чертовски хороший ложный след. Теперь твоя очередь. Ты лишь восстанови мои способности, и мы отправимся домой.

Девол побледнел, или, по крайней мере стал из красною розовым.

— Я не могу этого сделать! — воскликнул он.

— Что?

В руке Ааза снова словно по волшебству появился нож.

— Слушай ты, жулик, изгнанный. Либо ты восстановишь мои способности, либо…

— Вы не понимаете, — взмолился девол. — Я не хочу сказать, что не стану возвращать вам ваши способности. Я хочу сказать, что я не могу. Я не знаю ни что с вами произошло, ни как этому противодействовать. Вот потому-то я и бросил вас толпе. Я боялся, что если дам вам этот ответ раньше, то вы не поверите. Я потратил слишком много времени, приживаясь здесь, чтобы позволить разоблачить себя неудовлетворенным клиентом. Я сожалею, действительно, сожалею, и знаю, что вы, вероятно, убьете меня, но я ничем не могу помочь!

ГЛАВА 16 

“Одно лишь то, что кто-то не делает то,

что вы ему запланировали делать,

не означает, что оно бесполезно”.

Т.Эдисон

— Хмм, — задумчиво произнес Ааз. — Значит, ты не в силах восстановить мои способности?

— Значит, мы все-таки можем убить его? — радостно спросил я. Я надеялся, что к Аазу вернуться его способности, но в то же время мне не давало покоя наше недавнее повешение.

— Ты довольно злобный ребенок, — задумчиво посмотрел на меня Фрумпель. — И вообще, с какой стати изверг путешествует с пентюхом?

— Это кто пентюх? — ощетинился я.

— Легче, малыш, — успокаивающе сказал Ааз. — Ничего личного. Все уроженцы этого измерения пентюхи. Пент — пентюхи. Усек?

— Ну, мне не нравиться как это звучит, — проворчал я.

— Расслабься, малыш. И вообще, что в имени? [5]

— Выходит, для тебя, в общем-то, безразлично, зовут ли тебя люди извергом или извращенцем?

— Поосторожнее в выражениях, малыш. Дела идут достаточно плохо и без твоих дерзостей.

5

Совершенно

очевидно, что Ааз знаком с трагедией Шекспира “Ромео и Джульетта”.

— Господа, господа! — перебил Фрумпель. — Если собираетесь драться, не будете ли так любезны выйти на улицу? Я хочу сказать, что это все-таки моя лавка!

— Можно нам теперь убить его, Ааз?

— Полегче, малыш. Одно лишь то, что он не может восстановить моих способностей, не означает, что он совершенно бесполезен. Я уверен, что он будет счастлив помочь нам, особенно потому, что он не сумел расплатиться с нами по последней сделке. Верно, Фрумпель?

— О, определенно. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы компенсировать причиненное вам мною неудобство.

— Неудобство? — недоверчиво спросил я.

— Спокойно, малыш. Ну, Фрумпель, можешь начать с того, что вернешь нам оставленное в твоей лавке добро, когда мы отправились выполнять твое маленькое задание.

— Конечно. Я вам его достану.

Девол попытался подняться, но лишь обнаружил, что нож Ааза снова угрожает ему.

— Не утруждай себя, Фрумпель, старина, — улыбнулся Ааз. — Просто скажи, где оно, и мы сами его достанем… и держи руки там, где я могу их видеть.

— Ва… ваши вещи там… в большом сундуке у стены, — глаза Фрумпеля, пока он говорил, не отрывались от ножа.

— Проверь, малыш.

Я проверил и удивительное дело, вещи оказались там, где сказал девол. В сундуке, однако, имелась еще интригующая коллекция других предметов.

— Эй, Ааз! — позвал я. — Посмотри-ка на это.

— Разумеется, малыш.

Он двинулся через лавку спиной вперед и присоединился ко мне. При этом он перебросил нож в то, что я теперь узнавал как такое метательный захват. Фрумпель тоже явно узнал его, так как оставался в прежней позе.

— Ну-с, что у нас здесь? — хохотнул Ааз.

— Господа! — жалобно воззвал девол, — я, вероятно, смог бы лучше вам помочь, если бы знал, что вам нужно.

— Достаточно верно, — отозвался Ааз, забирая свое оружие. — Фрумпель, мне приходит в голову, что мы не были с тобой до конца откровенны. Это требуется исправить, если мы собираемся стать союзниками.

— Минуточку, Ааз, — перебил я его. — Что заставляет тебя думать, что мы можем ему доверять, после того, как он упорно добивался нашей смерти?

— Все просто, малыш. Он пытался добиться нашей смерти, чтобы защитить себя, верно?

— Ну…

— Поэтому коль скоро мы объясним, что помочь нам в его же личных интересах, ему можно будет полностью доверять.

— Неужели? — фыркнул я.

— Ну, настолько доверять, насколько можно доверять любому деволу, — признал Ааз.

— Меня возмущают подобные намеки, извращенец! — воскликнул Фрумпель. — Если вы хотите моей помощи, то вам лучше… — Нож Ааза промелькнул в воздухе и со стуком вонзился в стену в каких-то дюймах от головы демона.

— Заткнись и слушай, Фрумпель! — рявкнул он. — Я — изверг!