Импульс пропавшего электрона
Шрифт:
– Парни! А давайте, снимем шлемы! Сравним воздух у нас и здесь…
– А вдруг, здесь удушающая жара? – Проявил осторожность Надисту.
– Давно известно, что все мужчины трусы. – Эмма откинула свой шлем. – Ого… Парни, я хочу, чтобы меня признали провинившейся! Давайте, я что – нибудь сделаю такое… Подскажите, что я должна натворить?
Её попутчики тоже сбросили наголовники скафандров и, почти сразу же, сделали глубокий вдох.
– А вот если бы, меня Княгиня не выбрала, то я бы никогда и не узнал, как на планетах приятно находиться. – Похоже, Агзельда окружающая обстановка впечатляла больше других.
– А
– Ну, а чем, по – твоему, Княгине понравился Сельверо? – Поинтересовалась его мнением Эмма. – Она же могла отправить замену и только пяти работницам.
– Точно я этого не знаю… Хотя, уверен, что дело – в его отце, сменном капитане. Эгриме – то, по слухам, теперь капитанам конкурент. Поэтому, если в экипаже будет ещё и сын капитана, то странных неожиданностей, вроде бы, уже быть не должно.
Агзельд его дослушал, после чего изложил Надисту, нюансы собственного пути в экипаж:
– Я финальный бой проиграл случайно. И когда я узнал, что Эгриме набирает единомышленников, после своей стажировки на капитана, то нашёл его специально, чтобы, при случае, доказать ошибку того финала. И Эмму уговорил, за компанию… Она, сначала, об этом – и слышать не хотела! Правда, ведь? – Повернулся он к однокласснице.
– Что теперь об этом говорить… А, представляешь, вот если бы ты выиграл финальный бой, мы об этой красоте и не узнали бы! – И она обвела рукой вокруг себя. – Ой, смотрите! Кто это летает?
– Ты что, не проходила материал про птиц на диких планетах?
– Да разве это птицы? Такие маленькие?
Пёстрые птички, ярких расцветок, размером меньше ладони, стремительно осаждали три огромных цветка, растущих непосредственно из почвы планеты. Некоторые пернатые забирались под лепестки, внушительных размеров, и что – то там искали, но никакого урожая в клювиках у них не просматривалось.
– Послушайте, одноклассники! Вам не кажется, что бывалые члены экипажа уже по полкороба черенков набрали, а мы – только любуемся. Если новички окажутся «не такими, как надо», то доказывать обратное, нам придётся очень долго.
– Но мы нужных деревьев ещё и не встретили…
– Нам надо искать редколесье – там плоды дозревают полностью. Я же с вами, одноклассники, тоже забрался в чащу… – И Надисту рассмеялся, безнадёжно махнув рукой.
Вглядываясь в дальние верхушки местной растительности они, постепенно, распознали плодоносный участок леса. Но буквально, рядом с ним, проходила широкая прямая просека, и Агзельд, твёрдо знавший, что природа никогда не строит правильных геометрических фигур, указал коллегам на творение чьих – то рук.
– Это что же получается? На дикой планете, жильцы не такие уж и дикие? – Удивилась Эмма.
– Кто – то из учёных говорит, что всё в Мире относительно…
– А вот, и не всё! – Тут же однокласснику возразила девушка. – Мы, все трое, разве относительны?
А по просеке шагал человек! Он был одет, и совсем даже ни
– И вы – за черенками?
Акцент у местного жителя был, но понять его речь, он не мешал.
– Да. – Просто и искренне ответила Эмма. – А вы, как я понимаю, кого – то из наших уже видели?
– Видел. Обрезают цветущие ветки и думают, что они у вас, там, приживутся.
– Приживутся. – С видом знатока, кивнул головой Агзельд. – У нас, умеют многое.
– Ну, как знаете… – Местный, было, продолжил свой путь, но потом обернулся. – Вы, хотя бы, разрешение у нас попросили… А то – хозяйничаете, как у себя дома.
– А у кого спрашивать? – Удивился Надисту. – Вы же не Князь, как я понимаю.
– У нас нет князей… Вон, вдали, ваше маскирующее облако. Как только вы на своём аппарате подлетаете, те, кто отвечает за безопасность планеты, за вами уже наблюдают. Вот, у них бы и спросили разрешения.
Гости в скафандрах недоумённо переглянулись.
– Может, Вы ещё скажите, что ваш народ и в космосе уже побывал? – Криво ухмыльнулся Агзельд.
– А что вас удивляет? Мы с космической мелочи фосфорные и калийные удобрения привозим. Некоторых металлов у нас здесь не хватает, поэтому, мы их тоже находим и добываем… Но привозим мы всё это – с безжизненных объектов! Так что, разница у нас с вами есть.
– Хорошо, тогда, можно ли посмотреть как вы, на самом деле, живёте?
Местный житель немного помолчал, а затем, как – то сентиментально, переспросил:
– А зачем это вам? Просто, любопытство?
– Ну… И любопытство тоже… Что в этом плохого? – Немного замялся Агзельд. – В конце концов, мы с вашими молодыми людьми можем и посоревноваться в физических достижениях…
– Вы имели в виду – провести с ними спортивные соревнования?
– М – да… Наверное, так.
– Такой вопрос мы вдвоём не решим. И поддержит ли Вас остальной экипаж? Ну, а если какое – то предложение от вашего содружества станет официальным, то, в конце этой просеки находится один из космодромов. Там есть люди, обладающие определёнными полномочиями, но только им надо предъявить что – то, заменяющее верительную грамоту… – Местный житель, для убедительности, развёл руками. – Вот всем вам путь, по которому можно пойти, если захотите сотрудничать… Только, моё мнение: такое, вряд ли, произойдёт. Ну, мне пора… Не опоздайте на свой аппарат, а то останетесь здесь провинившимися!
Плодоносные ветви, трое новеньких набирали, практически, молча. Живописные пейзажи дикой планеты стали приятной неожиданностью, но наличие населения, противоположного дикарям, ввело их в недоумение. Получалось, что всё то, чему их учили в этом направлении, было неправдой? А если так, то какая цель такой лжи?
– Люди, а может быть, здесь дикари всё же есть? – Надисту задал, по сути, риторический вопрос, но с надеждой в голосе. – Ведь могут же быть на одной планете и цивилизованное сообщество, и пока ещё дикое?