Имперский колонист

— Грёбаные эльфы!

Я упёрся ногой в туловище ушастого и с усилием выдрал меч, застрявший в распаханной до середины грудной клетке. Со скрежетом клинок покинул мёртвое тело, разливая алые потоки по полу.

В проём ворвался новый противник. Одним взглядом оценив меня, стоящего в доспехе, заляпанном кровью, с обнажённым мечом над поверженным эльфом, он вскинул руку, создавая магический круг.

Б-бах!

Короткий обрез выплюнул сразу две пули, вынося ушастого в коридор, окрасившийся

брызгами крови. Переломив ствол, я вытряхнул обе стреляные гильзы и вогнал новые патроны на место. Дёрнув рукой, я услышал сытый щелчок оружия и двинулся в проход.

Со всех сторон звучали крики и лязг металла. Где-то уже трещал начинающийся пожар. Я шагал по коридору, переступая через мёртвых защитников, мельком подмечая, что убивали их спящими. Маги убийц постарались на славу, наложив массовый сон на гвардию, и резали её, как скот.

Двери в номера в моём крыле оставались заперты, за ними не было слышно живых. Но вот справа распахнулась створка, и ко мне выскочила перепуганная официантка. Увидев меня в доспехе, она прикрыла рот рукой, чтобы не вскрикнуть.

— Беги отсюда! — рявкнул я, продолжая двигаться вперёд.

Следующий эльф взбежал по лестнице на этаж, держа в руках короткие мечи. Лицо его было скрыто капюшоном, из-под которого выметнулись белые волосы. Он успел увидеть меня и поднять руки, намереваясь начать атаку.

Бах!

Кровавое облако вместо ушастой головы окутало лестницу, и обезглавленное тело покатилось по ступенькам. Я же перепрыгнул на пролёт ниже, минуя ступеньки, и сразу же разрядил второй патрон в грудь следующему длинноухому ублюдку.

Его швырнуло на стену, но эльф, даже зная, что уже умирает, всё равно попытался призвать магию. Его рука поднялась, чтобы очертить магический круг, но удар меча отсёк конечность и срубил половину лица.

Проходя мимо окна, я выглянул на улицу, оценивая обстановку.

Ночной простор осветило вырвавшееся с первого этажа пламя. Крики сместились на улицу, народ суетился, не зная, то ли тушить пожар, то ли спасаться бегством. Ярились кони, старающиеся убраться от злых языков огня куда подальше. Наши кареты стояли, покосившись — какая-то ушастая тварь сломала им все колёса.

Ни одного гвардейца снаружи не оказалось. Твари, напавшие на нас, усыпили их внутри, вероятно, надеясь за пожаром скрыть факт, что они зарезаны, а не сгорели. Все погибнут, персонал не в курсе, что произошло, убийц никто опознать не сможет — они в плащах и капюшонах.

Перезарядившись, я двинулся дальше, прислушиваясь к чужому топоту. Сквозь треск деревянных перекрытий можно было различить нескольких эльфов. Слишком лёгкие шаги, чтобы они принадлежали кому-то другому. Несмотря на устроенный пожар, убийцы по-прежнему старались двигаться тихо и незаметно.

Путь дальше был преграждён массивной дверью. Я остановился перед ней, наведя ствол на высоту груди взрослого мужчины. Как только эльф добрался до неё и уже наверняка потянулся рукой, чтобы распахнуть, я спустил оба курка.

Б-бах!

Щепки,

сдавленный крик, грохот падающего тела. Перезарядившись, я ногой выбил дверь, проникая в общий зал. Здесь тоже хватало дохлых гвардейцев. Они лежали лицами на столах, залитых кровью из перехваченных ножами глоток. Отдельно валялся хозяин гостиницы — его тоже не пощади головорезы.

Я выставил ствол влево, наводя его на очередного убийцу. Тот успел выпучить глаза, но его магия запоздала. Дуплетом мага разнесло на клочки, и я спрыгнул на пол первого этажа. Переломив оружие, вытряхнул стреляные гильзы, спокойно оценивая обстановку.

Снаружи, наконец, опомнились. Я слышал заклинания, призывающие воду. Уцелевший персонал не пытался спасти гостиницу — ещё минута, и пылающие балки перекрытия посыплются, хороня под собой все свидетельства массовой бойни. Поливали соседние постройки, чтобы не дать пламени перекинуться на них.

Развернувшись на пятках, я направился к другому коридору. Отдельная комната для благородных находилась в соседнем крыле. И оттуда до сих пор были слышны удары мечей. Гвардия, защищённая нашими амулетами, не пала под напором массового сна и теперь стояла до последнего.

Выбив ногой двойные двери, я тут же разрядил оба патрона в спины наседающих на охрану эльфов. Ушастые ублюдки попадали на пол, я бросил пушку, позволяя ей повиснуть на ремне, и рванул вперёд.

Меч засвистел в моих руках. Каждый удар оставлял после себя рубленую рану, крошил поддающиеся моему дару клинки ушастых. Насчитав пятнадцать убитых, я остановился только перед последним уцелевшим гвардейцем. Остальные его соратники уже были мертвы.

— Выведи принцессу, человек, — произнёс эльф, опускаясь на колено.

Оружие выпало из его руки, и я прошёл мимо склонившего голову ушастого. Помочь ему было уже нечем — гвардеец держался до этого момента только на силе воли.

За спиной рухнула крыша обеденного зала. Пожар разрастался всё сильнее, на потолке уже появились первые язычки огня. И это пламя похоронит достойных эльфов вместе с их убийцами.

Клинок в моих руках засверкал разрядами молнии, и я всадил его между двустворчатыми дверьми. Одно движение, и металлический засов с внутренней стороны оплыл, развалившись на части.

Она стояла посреди отведённых покоев, удерживая магические круги перед собой. Длинные уши топорщились из-под поспешно заколотых волос. Взгляд бирюзовых глаз был полон ужаса и паники.

— Я-Ярослав? — потерянно спросила она.

Я протянул ей руку.

— Идём со мной, если хочешь жить.

Три месяца назад.

— Яр-рос-слав!

Стон сорвался с губ рыжей девушки, и она выгнулась, едва не вставая на мостик. Тяжело дыша, я откинулся на мокрую простыню и, закинув руку на глаза, стал успокаивать дыхание. Довольно мурлыкающая рядом личная горничная наслаждалась негой.