Империя. Часть вторая
Шрифт:
– Ваше Высочество!..
– Довольно, маркиз! Нам больше не о чем разговаривать. Благодарю вас за то, что вы передали мне предложение Ассамблеи. Не сомневайтесь, я запомню это, и, когда верну Аметистовый Дворец, найду для вас награду сообразно заслугам. Но на этом все. Вы сделали свое дело, и теперь, с вашего позволения или без оного, я прощаюсь. Вашим обществом я сыт по горло.
– Как вам угодно, принц Келион. Об одном лишь вас прошу: не совершайте опрометчивых поступков. Выждите еще немного, погасите в себе гнев и подумайте хладнокровно над тем, что здесь услышали. Возможно, тогда вы поймете, что я просто сказал правду - нравится она вам или нет. И если
– Прощайте, маркиз Стайгер. Не трудитесь меня провожать. Я сам найду дорогу.
ГЛАВА 7
Корвин нашел Дамиру на одной из галерей, опоясывавших верхний уровень Аметистового Дворца. Острые верхушки башен нависали над головой. В ярком солнечном свете они переливались всеми оттенками фиолетового - от нежно-сиреневого до глубокого лилового. Черные знамена со спиралью Млечного Пути на геральдическом треугольном щите трепетали под порывами ветра. Черный и фиолетовый стали официальными цветами императорского герба еще в годы правления легендарного Райвела Инерина, Императора-основателя.
Дамира стояла на галерее и смотрела на город, раскинувшийся у подножия Сияющих Гор. Сегодня она была одета в традиционное облачение астренской дворянки - свободную мантию с просторными рукавами, перехваченную в талии широким узорчатым поясом. Корвин знал, что Дамира не слишком любит такой наряд - видимо, она только что покинула какую-то официальную церемонию и не нашла времени переодеться. Темные волосы ниспадали на спину и плечи. С принцессой было двое преторианцев-космодесантников, но, заметив Корвина, она жестом велела им держаться позади.
– Хорошо, что вы здесь, капитан, - сказала она.
– У меня есть некоторые вопросы, с которыми, как я надеюсь, вы можете мне помочь.
– Всегда к вашим услугам, - отозвался мужчина.
По узкой лесенке он спустился на галерею. Отсюда до земли было не меньше сотни метров, и внизу все казалось удивительно маленьким - парк, который едва успели расчистить после недавнего боя, тонкие линии дорог между выжженными дочерна аллеями и садами, запятнавшие землю воронки, машины, не говоря о людях. Пластиковые панели были прозрачны до такой степени, что Корвину казалось, будто он шагает прямо по воздуху. Вообще-то, ощущение было не из приятных. Капитан никогда не боялся высоты, и все-таки ему не слишком нравилось думать о том, что под ногами всего пара сантиметров пластика. Разумеется, этот пластик настолько прочен, что вес человеческого тела для него ничто, да и Корвину приходилось смотреть на землю с неизмеримо большей высоты, и все-таки он предпочел поднять взгляд к небу.
Дамира молча дождалась, пока он поравняется с ней. Прозрачная галерея протянулась между двумя высокими и тонкими, как копья, башнями. Отсюда открывался впечатляющий вид на город. Инерин был колоссальным мегаполисом с населением почти в тридцать миллионов человек - одним из крупнейших во всем Обжитом Космосе. Он простирался до самого горизонта, насколько хватало взгляда. Широкие автострады и линии монорельсов разделяли идеально ровные прямоугольники городских кварталов. Стройные иглы небоскребов тянулись к облакам. В несколько ярусов над городом раскинулась обширная сеть аэротрасс. Обтекаемые, серебристые воздушные корабли парили высоко над городом. Конечно, с такого
Корвин наблюдал за Дамирой. Та шла неспешным шагом, глядя прямо перед собой. Трудно было догадаться, о чем она думает, но капитан предположил, что, скорее всего, о недавней встрече с маллурианкой на борту "Адаманта". Он рискнул задать вопрос:
– Я не ошибусь, предположив, что разговор с Джалайной Наэли получился не из простых?
Дамира едко усмехнулась в ответ на его замечание.
– С какой стороны посмотреть, капитан. Я бы сказала, что наша беседа прошла в атмосфере полного взаимопонимания. Вы никогда не посещали рынки в Кольце Удовольствий на какой-нибудь демонами забытой колонии на задворках Обжитого Космоса?
– Как ни удивительно - приходилось, - Корвин ответил ей такой же ухмылкой.
– Вы забываете, что я несколько лет был капитаном крейсера в Терминианском Флоте.
– Тогда вы можете представить себе, на что это было похоже. Мы с адмиралом Наэли обсудили условия сделки.
– Надеюсь, вы пришли к согласию на разумных условиях? Если, конечно, мне позволено задавать такие вопросы принцессе.
Едва ли Дамира могла не заметить затаенную иронию в его словах, но не подала вида. Она остановилась и посмотрела на город, слегка прищурившись от яркого солнца.
– Трудно сказать, капитан. Наэли не из тех, кто позволяют окружающим видеть, что у них на уме, пока не сделают свой ход. Естественно, она хотела выторговать у меня, хм, более щедрую плату за поддержку Маллурии.
Корвин не выдержал и выругался вполголоса. Таких слов не принято произносить в присутствии дамы, в особенности - дамы из августейшего семейства. Впрочем, как и следовало ожидать, Дамира нисколько не смутилась. Ядовитая улыбка вернулась на ее лицо.
– Лучше не скажешь, капитан Корвин.
– Демоны бы забрали Наэли и ее наемников!
– процедил мужчина.
– Проклятые мерзавцы слишком хорошо понимают, что сейчас нам не обойтись без них, и пользуются этим!
– Ну, удивляться тут нечему. Джалайна Наэли - истинная дочь своего народа. Когда она видит возможность урвать лишний кусок, она не станет сидеть на месте и хлопать глазами. Люди другого склада характера на Маллурии не дорастают до адмиральских рангов.
– В этом я не сомневаюсь, - в душе Корвина еще кипела злость.
– Но Астрена не может больше отдавать собственные "куски", как вы выразились, этим паразитам!
Дамира вздернула подбородок и смерила капитана вызывающим взглядом янтарных глаз. Корвин прикусил язык. Гнев внутри него уступил место неловкости.
– Спасибо, что напомнили мне об этом, капитан. Мне самой такая мысль никогда не пришла бы в голову!
– Простите меня, принцесса, - Роланд слегка склонил голову. В его голосе, впрочем, не слышалось особенного раскаяния.
Дамира состроила раздраженную гримаску.
– Разумеется, я дала понять Наэли, что не собираюсь уступать ни пяди сверх того, что Теодора уже отдала Маллурии.