Империя зла

Гущин Александр Александрович

Тихонов, если Гущин или иной завербованный его не будет слушать, заявит ему:

– "Я царь Борис, я вор в законе, а ты мародер, взяточник, насильник падла, от тебя трупами смердит! Хочешь, чтобы все узнали, кто ты на самом деле?"

Дед Лапа всегда говорил, что уголовники и работники спецслужб, родственные души, так как разведчики вынуждены развивать криминальное мышление. Но не завербовал, как пишет Федосеев, капитан

Тихонов нашего героя! Вообще, на борту теплохода "Балтийск" творились непонятные для капитана явления. Вдруг переругались приятели капитана, судовой врач и первый помощник Федорин. По судовому расписанию они

охраняли в трюме ценный груз. Оказалось, что второй штурман Гущин написал докладную, что при выгрузке, на стыке дежурств первого помощника и доктора по охране груза, произошло воровство грузчиками порта ценных антикварных изделий. Второй штурман Гущин просит капитана принять соответствующие меры. Судовой врач и первый помощник разругались, так как никто не признавал, что воровство произошло именно в его дежурство.

Рейс для капитана Тихонова был неудачным, мешки с кофе, которые в

Никарагуа погрузили в первый трюм, заплесневели, как их члены экипажа не переукладывали. Никаких оговорок в штурманские расписки о том, что кофе был влажным при погрузке, второй штурман не занёс.

Несколько единиц автомобильной техники, которую выгружали своим ходом сами члены экипажа, было разбито. В Ленинграде обнаружилась нехватка труб, которые привезли из-за моря. Первый помощник Федорин уже написал рейсовый отчет, где указал, что Гущина, этого тупого и недалекого штурмана нельзя использовать как грузового помощника, но

Александр сходил на склад, пересчитал трубы и заставил извиниться работников порта, которые не ладили с цифирью.

Дед Лапа объяснил Гущину, что его пытались завербовать и Федорин и матрос Цимбалов, который дал в долг не вербуемому большую сумму денег. Александр не поверил, говоря, что при этом присутствовал один ответственный работник внешней торговли СССР.

– Он все про аккумулятор спрашивал, не помню что, – бестолково говорил ничего не понимающий философ-мореход.

– Ждали разведчики, когда у тебя "аккумулятор стойкости психики" разрядится, ничего ты не понимаешь о психологических цепочках специалистов нейролингвистического программирования, – твердил тупому деревенскому философу дед Лапа.

– Вазомоторные реакции с твоего лица снимал боцман, который вместе с тобой во время грузовых операций пил кофе, – внушал сельскому недотепе дед Лапа. А капитан по рации в это время спрашивал тебя, где находишься. Так?

– За вахту сто раз спрашивал, – подтверждал Александр.

– Ну а ты что отвечал?

– Говорил, что спускаюсь на лифте на нижнюю палубу.

– А в следующий раз?

– Опять спускаюсь, теперь уже в трюм. А сам в это время пью кофе с боцманом. Боцман хохотал, что за время вахты, я, наверное, спустился к центру Земли.

– Я бы тебе объяснил в сексуальном смысле, значение слова

"спускаюсь" для работников ГРУ, боюсь, не поймешь, их половой и палубной тематики, и разговаривать со мною не будешь, – говорил, прощаясь, матерый шпион.

В этом рейсе, по совету деда Лапы, Гущин приобрел в Германии подержанный автомобиль Опель "Аскона". На нем Александр ездил в

Оренбургскую область к деду, по пути, сделав крюк, посетил с отцом укрепленный район на Днестре в местечке Садковцы, где в июле 1941 года его отец, по кличке "Мертвый Лейтенант", попал в плен. Четыре года лейтенант Красной Армии, Александр Федотович Гущин находился на грани жизни и смерти в нацистских концлагерях. Середину апреля 1945 года "Мертвый Лейтенант" встретил в тюрьме города Нюрнберга, откуда

16 апреля,

во время американской бомбежки Нюрнберга, бежал. Его освободила 8-я американская армия уже в конце апреля, которая заняла город Нюрнберг, с пригородами, где в Ретенбахе у очаровательной немки Эммы Лиммер прятался недобитый, но бодрый "Мертвый Лейтенант".

Американцы посадили "Мертвого лейтенанта" в американский концлагерь, в котором кормили много лучше, чем в нацистском, и людей ежедневно в американском концлагере не расстреливали. Когда янки передали

"Мертвого лейтенанта" русским, русские посадили его в русский концлагерь, что был под городом Невелем в местечке Опухлики. В этом концлагере от огорчения и обиды быстро умирали старшие советские офицеры, которым довелось вкусить немецкий плен, но "Мертвый

Лейтенант" был молодым младшим офицером и поэтому он выжил.

– Жаннетта рассказывала, что её предки приехали в США через

Францию из Германии. Поэтому у неё немецкая фамилия. Земной шарик-то маленький, – раздумывал Федосеев, услыша фамилию Лиммер.

34. Теплоход "Новокузнецк". Октябрь, ноябрь, декабрь 1989 года. Александр Гущин второй штурман. Мореходу 38 лет.

После рейса на теплоходе "Новокузнецк" дед Лапа спросил морехода,

– Оборудование для атомной станции на теплоходе "Новокузнецк" ты привёз. Но почему не отдал документацию этого оборудования? Она нужна для строительства атомной электростанции на Кубе, ты задержал строительство на несколько месяцев!

– Если честно, то забыл, – отвечал мореход, – а если пользоваться твоею методикой выявления деяний представителей ГРУ, то мне отключили память, пользуясь моими страхами детства. В детстве я боялся тютюки, вот тютюкой и напугали, – смеялся то ли недалекий, то ли хитрый грузовой помощник теплохода "Новокузнецк".

Михаил Исаевич выяснил, что Гущин был действительно кодирован, и проверка кодирования производилась капитан наставником Балтийского морского пароходства. Александр был вызван в каюту капитана, наставник спросил, проверяя военную подготовку моряка:

– Что означают на советском военном флоте однофлажные сигналы

"Аз, Буки и Веди?". Гущин четко ответил. Его похвалили и отпустили.

В своей каюте Гущин размышлял, почему это никто не сделал ему замечание, так как все сигналы он расшифровал неправильно. А капитан наставник, представитель сероглазых советских разведчиков был уверен, что этот зомби годится для дальнейших спецопераций советских суперспецслужб.

35. Теплоход "Новомосковск. Январь, февраль, март и апрель 1990 года. Капитан Кожевников Евгений Александрович.

Старшего помощника капитана зовут Владимир

Петрович. Александр Гущин 2-й помощник капитана.

После рассказа Александра о рейсе на теплоходе "Новомосковск" дед

Лапа расшифровал деяния "моряков", которые окружали 2-го помощника

Гущина следующим образом. Капитан Кожевников Евгений Александрович, утверждал дед Лапа, является резидентом ГРУ в Балтийском пароходстве, который своими деяниями и ведет это пароходство к краху. Александру просто не давали работать на судне, пытаясь опустить его психику до состояния вербовки. Непосредственно занимались вербовкой второй механик Бурдейный и моторист Грязнов.