Империя Страсти
Шрифт:
Я заталкиваю ее в одну из комнат и прижимаю к двери. Она задыхается, ее губы раскрываются.
— Что за…
Ее слова заканчиваются на вздохе, когда я прижимаюсь губами к ее губам.
Она ошеломлена на секунду, прежде чем попытаться укусить меня, бормоча и прижимаясь своим ртом к моему.
Мы с Аспен не просто целуемся, мы воюем.
Мы идем на такое, на что никто другой не решился бы.
Я хватаю в кулак ее огненные волосы и кусаю ее губу так же сильно, как она кусает мою. Металлический привкус
Мне все равно.
Запустив пальцы в ее платье, я задираю его, пока оно не достигает талии.
Когда мои пальцы встречаются с ее голой киской, я стону, отрываясь от ее губ.
— Ты не только мокрая, но и пришла готовая к тому, чтобы тебя трахнули.
— Пошел ты, придурок. Как ты смеешь вмешиваться в мою работу…
Я ввожу два пальца в ее киску, и этого достаточно, чтобы оборвать ее слова.
Ее глаза опускаются, дыхание затрудняется, но она бормочет:
— Я убью тебя… если ты еще раз влезешь в мои дела… о, блядь.
— Точно, блядь, и не рекомендуется угрожать мне убийством, когда твоя киска сжимается вокруг моих пальцев.
— Ты… не имеешь… никакого… права… дерьмо.
Я затыкаю ее своими губами, пока она содрогается вокруг моих пальцев. Мне нравится, как несколько грубых толчков и немного стимуляции на клитор способны вывести эту женщину из себя.
Она просто богиня секса.
Все еще держа ее за волосы, я выхожу из нее и тащу ее к высокому окну с видом на задний сад.
Ее реакция запаздывает из-за оргазма, учитывая, что мне приходится практически нести ее. Я прижимаю ее передней частью к стеклу, она задыхается, но я не даю ей времени осознать происходящее, освобождая свой член и входя в нее сзади.
К черту презервативы.
Ничто не станет барьером между мной и теплом этой упоительной женщины.
Моя рука ложится на ее бедро, а другая сжимает ее челюсть с непререкаемым приказом.
— Тебе понравилось, когда тебя хвалил этот ублюдок, а?
Ее ноги дрожат, киска принимает меня полностью, но у нее хватает наглости посмотреть на меня в ответ.
— Понравилось. Не все такие мудаки, как ты.
— И все же, мой член в твоей маленькой тугой киске, дорогая. — я подчеркиваю свои слова несколькими резкими и быстрыми толчками, которые сбивают ее дыхание. — С этого момента ты вычеркнешь любого другого мужчину из своей жизни, поняла?
— Пошел ты.
Я отпускаю ее талию и шлепаю ее по заднице.
— Не правильный ответ. Теперь скажи его.
Она вскрикивает, ее стоны эхом отдаются в темноте.
— Н-нет.
Моя ладонь встречается с ее плотью, но на этот раз так сильно, что она вскрикивает.
— Попробуй еще раз, дорогая.
— Прекрати… черт возьми…
Шлепок.
— Нет,
— Ты не имеешь права указывать мне, что делать.
— Наблюдай.
Я шлепаю ее три раза подряд по заднице, от чего она задыхается и сжимается вокруг меня.
— Ты такая маленькая шлюшка, дорогая. Всего несколько шлепков и ты заглатываешь мой член.
— Мудак…
Я отпускаю ее попку и провожу большим пальцем вдоль входа, пока не нахожу ее заднее отверстие.
— Ты имеешь в виду вот это? Ммм, она кажется девственной и готовой к покорению.
Аспен замирает.
— Кингсли… не надо…
— Не сегодня. — я ввожу большой палец в ее задницу. — Но однажды ты примешь мой член в эту попку, как хорошая девочка, и тогда закричишь так громко, что весь мир узнает, что тебя трахаю я.
Она вздрагивает, и я пользуюсь случаем и шлепаю ее.
— Ты все еще не ответила мне.
Ее удивленный звук удовольствия пронзает воздух, но она бормочет:
— Нет.
— Если хочешь, чтобы ты вообще могла сидеть, дай мне правильный ответ.
Она смотрит на меня через плечо и осмеливается улыбнуться.
— Все равно… нет. Покажи мне свой худший вариант.
Тогда я превращаюсь в чистое животное. Мой ритм бешеный, глубокий, и я чувствую, что никогда не закончу с ней. Я ввожу палец и в ее заднюю дырочку, одновременно трахая ее и шлепая по заднице, пока она не начинает скулить.
— Я собираюсь выебать из тебя это чертово упрямство, Аспен, а когда закончу, то все повторю. — я хватаю ее за волосы, так что ее губы оказываются в нескольких сантиметрах от моих собственных. — Скажи «да».
Она качает головой в моих руках, даже когда в уголках ее глаз собираются слезы. Это слезы удовольствия или боли, я не знаю.
— Посмотри на свое выражение. — я направляю ее лицо на наше отражение в стекле. — Ты видишь в нем экстаз? Это то, что может увидеть любой гость, если он выйдет на улицу и посмотрит вверх. Он увидит, как ты принимаешь мой член, как грязная маленькая шлюшка, которой ты и являешься. Ты покажешь им, как тщательно я тебя трахаю? Или будешь хорошей девочкой и продемонстрируешь свое удовольствие только мне?
Ее губы размыкаются.
— Кинг… перестань говорить такие вещи…
— Скажи волшебное слово.
— Нет…
Ее стон заканчивается вздохом, когда я шлепаю ее по уже покрасневшей заднице.
Затем она кончает, сильно и с горловым звуком, который вызывает мой собственный оргазм. Мои яйца напрягаются, а спина дергается, когда я вхожу в нее дикими, глубокими толчками.
— Блядь, блядь, блядь.
Я кончаю в нее так долго, что мне кажется, что это не закончится. Когда я выхожу из нее, моя сперма стекает по ее ногам на туфли, и я не могу не проследить за этим жадным взглядом.