Империя страха
Шрифт:
— Ну что, нарвался на неприятности, — проблеял гаишник, явно гордившийся собой в эту минуту и представляя себя по меньшей мере сыщиком с Петровки, задержавшим матерого уголовника, — давай документы. По-моему, ты уже приехал.
— Да пошел ты... — злобно огрызнулся каскадер, усаживаясь за руль.
Сержант на миг опешил (он даже не мог и предположить, что с ним, представителем закона, могут так разговаривать), но тут же взял себя в руки и, срываясь на пронзительный писк, заверещат:
— Документы, я сказал! —
Тем временем Иваныч неторопливо извлек из кармана техпаспорт и права, но вместо того, чтобы отдать их инспектору, швырнул бумаги на дорогу, бросив пренебрежительное:
— Подавись ты ими...
Пока сержант размышлял над тем, как поступить, «шестерка» взревела форсированным двигателем и резко рванулась вперед.
Подобрав документы, гаишник бросился к поджидавшей его машине и, запрыгнув на переднее сиденье, выпалил на одном дыхании молчаливому напарнику, сидящему за рулем: — —Давай за ним!
Громогласный вой милицейской сирены вмиг огласил окрестности, привлекая внимание многочисленных прохожих.
А Иваныч, ощутив себя в привычной ситуации, требующей собранности и крайней сосредоточенности, принялся маневрировать между автомобилями. Светло-желтый «жигуль», словно нож в масло, входил в густой поток транспорта, разрезая его на мелкие островки паники.
Патрульная машина стремилась не отставать, но ее водителю явно не хватало мастерства, да и лошадиных сил у его автомобиля было гораздо меньше.
Поглядывая в зеркало заднего вида, Чижов откровенно куражился над преследователями — он то сбрасывал скорость, давая таким образом гаишникам приблизиться, то вновь принимался стремительно уходить вперед.
Но вдруг из-за поворота выскочила милицейская «Ауди» и перегородила дорогу нарушителю.
Ваня едва успел увернуться от лобового удара и нажал на тормоз — любой другой на его месте уже бы расплющился между рулем и сиденьем;
Из подоспевшего на помощь коллегам авто выскочили двое офицеров — один с капитанскими погонами, а второй престарелый лейтенант — и бросились к Чижову, наведя на него стволы табельных пистолетов,
Кривая усмешка коснулась губ трюкача, и он покорно поднял руки, сдаваясь на милость победителей. О возможных последствиях своего ухарства он в эту секунду даже не думал.
Почти в упор к бамперу «шестерки» приткнулся автомобиль преследователей, и в следующую секунду молоденький сержант бросился на нерадивого автовладельца. Окрыленный поддержкой соратников, мент попытался изо всех сил ударить Иваныча, но огромный кулак того, врезавшись в раскрытую пасть молокососа, уронил его на асфальт.
Округлив глаза, желторотый страж порядка уставился на обидчика, как бы не веря в реальность происходящего.
Офицеры тоже растерялись, но лишь на один момент — спустя секунду они подскочили к Чижову и приставили к его голове вороненые стволы.
Неожиданно для Вани над самым ухом послышался удивленный возглас одного из милиционеров:
— Да это же каскадер! Ты Чижов?
— Ну... — недружелюбно пробурчал Иваныч.
Внимательно всмотревшись в лицо милиционера, Ваня узнал в том своего недавнего почитателя, не более получаса назад интенсивно трясшего мозолистую ладонь трюкача.
Опустив пистолеты, инспектора переводили удивленные взгляды с поверженного сержантика на застывшего задержанного.
— Что случилось? — прервал паузу капитан.
— Остановился на запрещающий знак и отказался предъявить документы, — поспешно выпалил безусый юнец, перечисляя прегрешения каскадера, — да еще и высказывался в нецензурной форме... всякими выражениями.
Пристально посмотрев в глаза Иваныча, все тот же капитан спросил:
— Это правда, что ты высказывался, — он явно передразнивал косноязычного соратника, — всякими нецензурными выражениями?
Улыбка озарила лицо с переломанным носом, и Иван сдержанно заговорил:
— Во-первых, он не представился, — он указал на поднимающегося на ноги сержанта, — а во-вторых, у него нет нагрудного значка. Может, он и не милиционер, откуда я знаю?
На этот раз оба офицера наградили младшего коллегу испепеляющими взглядами — на нем действительно не было знака с личным номером.
— Извини, Иваныч, — примирительно сказал капитан, — езжай, а с ним мы разберемся.
— Я бы с удовольствием, но пусть этот птенец вернет мне мои документы, — Чижов откровенно издевался над поверженным на лопатки противником.
На этот раз заговорил лейтенант — нахмурив кустистые брови, он навис над незадачливым бедолагой и протянул с придыханием:
— Говоришь, отказался предъявить документы... Немедленно верни бумаги владельцу, — рявкнул он, — а после дежурства мы с тобой поговорим!
Техпаспорт и права привычно разместились в тощем бумажнике, а Иваныч — за рулем собственной колымаги. Этот эпизод хоть и приподнял настроение, но денег не прибавил. А являться к жене без подарка — испортить отношения на месяц вперед.
Озабоченный взгляд Чижова заметил у обочины двух голосующих парней. Рядом с ними стояли три громадных чемодана. Даже издали было видно, что парни не славяне, а, как это принято говорить в последнее время, лица кавказской национальности.
К потенциальным клиентам уже подруливал идущий впереди «Москвич», но Ваня решил его опередить. Педаль газа уперлась в полик, и «шестерка» бешено рванулась наперерез конкуренту.